Чтение онлайн

– А я ожидал вообще никого не увидеть...
– пробормотал Михаил, и под столом его пнули сразу с двух сторон. Михаил пожал плечами и снова углубился в изучение декольте сидевшей напротив особы. Визитер недоуменно оглядел его, потом перевел взгляд на лицо Ейщарова, на котором не было ничего кроме вежливого внимания.

– Кстати, я рассчитывал на конфиденциальность нашей беседы. Кто все эти люди?

– Просто мы как раз проводили совещание. С моим заместителем, Максим Егорович, вы уже знакомы, - Михаил приветственно наклонил голову, не отрывая глаз от брюнетки, - остальные же - мои ближайшие и ценнейшие сотрудники.

– Да уж, - снова пробормотал Михаил, - не барахло какое-нибудь!

Под столом его снова от души пнули. Максим Егорович не без удивления окинул взглядом потрепанную майку заместителя.

– Для вашего заместителя он как-то, мягко говоря, странно одет.

– Я недостаточно гламурен?
– огорчился Михаил, подпирая подбородок ладонями. На дальнем конце стола кто-то фыркнул. Брюнетка устремила туда холодный изучающий взгляд, после чего громко зашелестела бумагами. Максим Егорович, чья улыбка слегка поблекла, покосился на своих коллег. Один из них то и дело нервно одергивал рубашку и, запуская палец за воротник, почесывал спину, другой потирал висок, болезненно морщась, и в его глазах было похмельное страдание. Максим Егорович вновь обвел взглядом прочих присутствующих, продолжая их изучать. С самого начала он был удивлен тем, что в кабинете, помимо Ейщарова, обнаружилось столько народу, и все, они казалось, ждали этой встречи. "Ближайшие сотрудники" были на редкость разношерстной компанией. Здесь были мужчины и женщины, здесь были люди пожилые, здесь был паренек-инвалид с ДЦП лет восемнадцати - судя по его лицу безнадежно умственно отсталый, здесь даже была девчонка, которой вряд ли исполнилось четырнадцать. Эти люди походили на кого угодно, но только не на сотрудников бизнесмена, ухитрившегося заграбастать себе весь город. Максим Егорович восстановил свою блестящую улыбку, стараясь подавить легкую нервозность. Он хорошо умел чуять опасность, но сейчас никакой опасности не ощущал. Было нечто другое... нечто очень странное, чего он никак не мог понять. Другая "комиссия", посещавшая город до него, вернулась живая и невредимая, совершенно ничего не добившись, но почему-то очень довольная своей неудачей. В ту "комиссию" входили люди с соответствующим жизненным опытом, сильные и закаленные. Один из этих людей до сих пор находился в комнате с ограниченным доступом, разговаривая сам с собой.

– Вашему коллеге нездоровится?
– поинтересовался Ейщаров.
– Он неважно выглядит. Может, хотите воды?

– Нет, спасибо, - просипел человек, потиравший висок.
– Просто... съел что-то не то вчера. Мне показалось... нет, ничего.

– Олег Георгиевич, - решительно сказал Максим Егорович, - мы бы хотели побеседовать с вами наедине, если не возражаете.

"Ближайшие сотрудники" глухо зарокотали, но Ейщаров, чуть улыбнувшись, коротко кивнул на дверь. Раздался звук отодвигаемых стульев, и люди один за одним неохотно потянулись к выходу. Паренек-инвалид подхромал к Максиму Егоровичу, одарил его отстраненной пустоватой улыбкой, что-то пробормотал и похлопал здоровой рукой по спинке кресла, отчего Максим Егорович невольно отдернулся.

– Иди, иди, Сева, - сказал Олег Георгиевич, почему-то ухмыляясь. Паренек, подергивая головой, повернулся и побрел вслед за остальными. Едва дверь за ним закрылась, как Максим Егорович недоуменно спросил:

– Вы взяли на работу умственно отсталого инвалида?

– Дотация, - отозвался Ейщаров, пододвигая к себе сигареты. В этот момент дверь резко распахнулась, и умственно отсталый инвалид, просунув голову в кабинет, осведомился:

– Кстати, Олег Георгиевич, я вам в ближайший час не нужен? Мы тут с Сергеичем хотели одну новую программу поставить...

– Нет, нет, Сева, занимайся, - Ейщаров махнул рукой, и дверь закрылась. Максим Егорович вздрогнул и переглянулся с коллегами.

– Мальчишка любит пошалить, - пояснил Ейщаров.
– Впрочем, это ведь не имеет отношения к делу?

– Н-нет, - визитер кивнул и натянуто рассмеялся.
– Надо же, я поверил... Ладно. А чего ждет ваш заместитель?

– Когда вы отпустите свою охрану, - невозмутимо сообщил Михаил, продолжая, развалившись, сидеть на стуле.
– Уж извините, конфиденциальность должна быть взаимной.

Наклонившись, он шепнул Ейщарову:

– У бабы нож, у того типа с кислой физиономией - тоже. Другого оружия при них нет. Ну, ножами они ничего не сделают... Может, я, все-таки останусь?

– В этом нет необходимости, - тихо ответил Ейщаров.
– Вначале они хотят поговорить.

– А-а, ну-ну!
– Михаил хмыкнул и, повернувшись, сделал приглашающий жест в сторону двери.
– Господа?

Максим Егорович кивнул, и охранники, еще раз просканировав кабинет взглядами, проследовали вслед за Михаилом. В этот момент что-то слабо щелкнуло, и тугой узел волос брюнетки развалился, разметав во все стороны шпильки. Одна из шпилек задела Максима Егоровича по носу, и он прижал к нему ладонь. Брюнетка, едва слышно ахнув, наклонилась и принялась подбирать заколки. Растиравший висок человек нервно заерзал в своем кресле. Максим Егорович отнял ладонь от носа и озадаченно воззрился на крохотную капельку крови. Вытащил из кармана платок и промокнул кровь, чувствуя себя довольно глупо.

– Итак?
– произнес Ейщаров с деловым нетерпением.

– М-да... Простите, я не представил своих коллег. Орлова Алла Яковлевна, - брюнетка, снова закручивая волосы в узел, коротко, зло кивнула.
– Байер Игорь Михайлович, - похмельный человек вяло шевельнул рукой.
– И Маленко Владимир Васильевич, - второй мужчина прекратил одергивать рубашку и сделал приветственный жест.
– Ну, меня вы уже знаете. Куваев Максим Егорович.

– Ейщаров Олег Георгиевич, - сообщил Ейщаров, откидываясь на спинку кресла и закуривая.
– Господа и, - он мягко кивнул Алле, - дама, поскольку мы все - люди занятые, давайте без прелюдий. Кстати, не желаете ли кофе?

– М-м, я бы выпил чашечку, - Маленко снова украдкой поскреб спину.
– Черт, похоже у меня аллергия на этот материал...

Алла толкнула его в бок, и он осекся. Дверь кабинета отворилась, и впорхнула молоденькая девушка с подносом, ловко удерживая его пальцами с невероятно длинными расписными ногтями. Наклонилась и принялась быстро сервировать столик. Маленко благосклонно уставился на тыл ейщаровской секретарши, потом подкивнул похмельному Игорю Байеру, но тот страдальчески сморщился и отвернулся. Потянувшись, Маленко взял чашку, отхлебнул из нее и возмутился:

– Господи, да он же ледяной!

Секретарша неожиданно швырнула поднос на пол, залилась слезами и вылетела из кабинета. Куваев озадаченно посмотрел ей вслед, потом взял чашку Маленко и отпил глоток. Снова посмотрел озадаченно, но уже на Владимира:

– Ты чего? Хороший горячий кофе.

– Да?
– спросил тот.

– Да. Девушку обидел... Простите, - он взглянул на Ейщарова, и тот развел руками - мол, бывает. Маленко с подозрением посмотрел на чашку, тронул ее пальцем, и в тот же момент Байер пробормотал:

– А я тебе говорил вчера... Ну, и у кого тут...

Максим Егорович обратил на него угрожающий взор, и Байер, замолчав, полез за сигаретами. Алла, справившись наконец с волосами, пододвинула Куваеву бумаги, тотчас же вздрогнула, и на ее лице появилась болезненная гримаса. Не заметив этого, Максим Егорович принял бумаги, откашлялся, и Ейщаров, потерев пальцами уголок глаза, взял со столешницы сигареты.

– Надеюсь, не возражаете, если я закурю?