Gothick
Шрифт:
– Заслужил!
– виновато ответил Гор На Драк, - я три года таскал слюну ползунов в Лабораторию. Кор Галом похлопотал перед Кор Ангаром, и меня приняли в Стражи.
– Всё, валите отсюда! Не примазывайтесь к славе.
Сплюнув под ноги ничего не понявшим Стражам, я поспешил в шахту. Они, бедолаги, были уверены, что "их служба опасна и трудна". А я, негодяй, растоптал их эдельвейсы и пописал на могилку бабушки. Буду идти обратно, пообрываю им хрящи на башке, уши, то есть. Декоративные герои с муляжами мечей, которыми хорошо отбиваться лишь от ночных кошмаров!
Все еще раздраженный сверх всякой меры, я вошел в Старую Шахту и начал спуск к тому месту, где обычно прохлаждался Ян. Подходя к нижней лавке, я чувствовал, как мою спину буравят взгляды Ульберта и Аарона. Это парни того сорта, что очень любят шутить над другими, но терпеть не могут, когда насмехаются над ними. Типичные бирюки с комплексом неполноценности, особенно сильно донимающем их под землей. В самом деле! В то время, как их товарищи прохлаждаются наверху, им приходится торчать в этой шахте, присматривая за рудокопами.
Ян оказался на своем обычном месте. Он закусывал большим куском ветчины и прогонял все это дело пивом. Надо отметить, что пиво было сортом повыше той кислятины, что была в ходу наверху.
– Здорово!
– сказал я. Он кивнул и чего-то промычал.
– Ешь, не торопись! Гомез подождет!
Он едва не подавился и громко закашлялся. Я с удовольствием постучал его по спине.
– Чего тебе нужно?
Прочитав оба рекомендательных письма и выслушав устное послание от Диего, Ян затряс башкой:
– Ничего не понимаю. Причем здесь Гомез?
– Я являюсь его тайным эмиссаром в Болотном Лагере. Это, собственно, секрет. В связи с предстоящей Великой Церемонией мне просто необходимо знать, где находится логово ползунов.
– Парень, глаза разуй! Вся эта Шахта - одно большое гнездо ползунов!
– Сдается мне, что ты чего-то недоговариваешь...
– Очень может быть! Послушай, Марвин, у меня тут своих проблем выше крыши. Дробилка вот вчера сломалась... шестеренка новая нужна. А где ее взять, я ума не приложу. Давай договоримся так: ты мне находишь шестеренку, а я тебе указываю на самое большое логово ползунов. Договорились?
– Так, а где же я тебе найду шестеренку?
– А вот это уже не мои проблемы. Ищи!
Уровень 10
Проблемы голода у паучков средней полосы.
Плюнув на все условности и приобретя в лавке несколько лечебных зелий, я отправился шастать по шахте, время от времени приставая к Стражникам и Стражам с вопросами о логове ползунов. Что же мне удалось выяснить? Ну, во-первых, то, что ползунов здесь не любили. Во-вторых, их здесь было великое множество. В-третьих, шестеренку можно было найти у старого пресса в ответвлении от основного ствола шахты. В-четвертых, возле пресса шастало не менее трех ползунов. Стражник, охраняющий вход в заброшенную штольню (они называли это штольней, но самом деле это был штрек), сказал мне:
– Здесь отменная порода шла. Но не было никакого спасения от этих тварей. Они загрызли восьмерых рудокопов и двоих стражников, прежде чем Ян отдал приказ покинуть опасное место. С тех пор здесь постоянно стоит один стражник.
– Зачем? Неужели ползуны способны взбираться по лестницам?
– Да нет. Смотрю, чтобы туда не сунулись случайные люди.
– Эге!
– почесал я в затылке, - но мне просто необходимо туда попасть!
– Иди, однако!
– вздохнул Стражник, - мое дело предупреждать, а не запрещать.
Нормально! Тоже мне, дорожный знак "Осторожно, ползуны"! У нас часовые на Сахалине тоже предупреждали, когда кто-либо к полигону приближался. Выстрелом в голову. Бывало, что и промахивались. Однако Стражнику и в самом деле до фонаря. Я прошел сквозь горизонтальную выработку и очутился в боковом стволе, на террасе. Внизу, метрах в десяти ствол заканчивался. Там находился старый пресс - дробилка руды, возле которой шастали ползуны. Эти твари были похожи на пауков, если представить себе паука ростом в метр и мандибулами, способными перекусить с первого раза берцовую кость среднего человека. Вот эти самые мандибулы и представляют интерес для Стражей, ибо находящиеся в них железы вырабатывают специфичный фермент, столь необходимый в алхимии. И, судя по бреду Кор Галома, должно быть что-то еще!
Так! Если я сейчас спущусь по лестнице прямо на нижний уровень, то эти сволочи сожрут меня в мгновение ока. И мне плевать, что благодаря волшебному ферменту боли я не почувствую. Так заканчивать жизнь не пожелаешь и злейшему врагу. Я осмотрелся. Затем зажег факел и еще раз осмотрелся. Слева можно пройти по карнизу на подмости, с которых некогда рудокопы добывали руду. С этих лесов отчетливо были видны все три ползуна. Меня они пока что не замечали, и метались по шахте в поисках пищи. Вот один из них наткнулся на адские грибы и принялся встревожено клекотать. Я прекрасное его понимал - вегетарианцами становятся не от хорошей жизни. Но развернувшись ко мне боком, он представлял собой отличную мишень, чем я не преминул воспользоваться. Черт побери, Кавалорн был слишком хорошим учителем, чтобы я не попал!
Одного ползуна я снял. Зато остальные два сразу же сообразили, откуда дует ветер. То есть, откуда летят стрелы. И мгновенно смылись в мертвую зону для моего лука - спрятались под скалой, на которой я стоял. Пришлось мне снова всматриваться вниз и жечь еще один факел. Свитки с заклинаниями "Свет" я решил поберечь до лучших (худших) времен. Оказалось, что в паре метров подо мной есть еще один выступ, довольно ровный, с которого я смог бы достать оставшихся тварей. При известной сноровке туда было нетрудно добраться. Снизу доносился недовольный клекот гигантских насекомых, и под этот аккомпанемент я начал спускаться. Воткнул факел в горку постой породы, что лежала прямо под жилой... брр!!! Только теперь мне удалось разглядеть, что это вовсе не гора пустой породы, а банальный скелет одного из бедняг-рудокопов. Рядом со скелетом валялась бутылочка эликсира, которая тотчас перекочевала в мой рюкзак.
Все. Можно было спускаться "этажом" ниже. Это мне удалось без особенных проблем. Вот они - два красавца-ползуна, по простоте ума своего пытающиеся вскарабкаться по отвесной скале. Нет, ребята! Такое даже ползунам не под силу! Вы похожи на пауков, но не настолько. Я подстрелил обоих, но не до смерти. Обиженно улюлюкая, они скрылись в темном проходе, ведущим налево от моего вынужденного укрытия. Убрались ли ползуны восвояси или только скрылись, чтобы зализать раны... эта мысль не давала мне покоя, когда я спрыгнул с уступа и со всех ног бросился к прессу. Хвала Инносу! Шестеренка валялась рядом с прессом на открытом участке. Подобрав ее, я огляделся. Вовремя огляделся. Точно два паровозика из Ромашкова, ползуны надвигались на меня, угрожающе посвистывая и шевеля мандибулами.