Чтение онлайн

Витязи склонились над манускриптом.

— Княже, а посланец то, где? Надобно ему честь оказать. Путь проделал не близкий. Да и, человек он знающий, нам в помощь посланный.

Воевода покраснел от смущения, и выбежал из кабинета. Оставшиеся переглянулись, и от души захохотали.

В скором времени, чужеземец стоял пред ними. Влад с Ионой откровенно разглядывали его, уж больно чудно выглядел. А, и было чему удивляться. Невысокого росточка, худощавый, с желтоватой кожей, выглядел он более чем необычно, для Европы XV века. Посланец, в свою очередь, осматривал хозяев. Тишину нарушил архиепископ.

— Как прошло путешествие? И, как звать-величать тебя?

— Раз я могу предстать пред вами, о, владыка, то путешествие моё прошло успешно. Позвольте мне, недостойному, спросить — ты ли Влад, господарь Валашский?

Князь утвердительно кивнул.

— Разрешите припасть к твоим ногам, о, великий победитель вампиров! Слава, о твоих подвигах, передаётся, из уст в уста, по всей земле! Я бесконечно рад, что могу, воочию лицезреть, такого знаменитого воителя!

С этими словами китаец грохнулся на колени и, вытянув вперёд руки, склонился до земли. Хорошо, архиепископ строго следил за чистотой в кабинете, а то мог получиться конфуз. В первое мгновение, собравшиеся опешили, от проявления такого раболепия. Сии азиатские излишества оказались внове, для цивилизованной Европы.

— Встань, посланник.

Иноземец не шелохнулся. Хотя, в глазах Влада, плясали весёлые искорки, в голосе появилась строгость. Очевидно, с демократией в империи было туго.

— Я повелеваю, встань!

Приказ китаец понял чётко. На ногах он оказался со скоростью, не многим уступаемой, скорости своего падения.

Влад не смог сдержать улыбку и, уже нормальным голосом, продолжил.

— Как тебя зовут? Расскажи о себе, о своей стране. Как здоровье вашего императора? Что интересного довелось увидеть в дороге? Откуда знаешь, так хорошо, наш язык?

— Зовут меня, Лу Минь. Я монах из монастыря Шао Линь, находящегося на севере империи.

— Ты, не стой, присядь. С друзьями у нас нет церемоний.

Князю сразу понравился сей посланец. Было в нём, нечто располагающее к себе.

— Мой народ вы называете китайцами. Сами же мы зовём себя, народом хань. Страна моя очень древняя, существует многие тысячелетия. Правит нами Сын неба — великий император Чжу Циюй [29] , да ниспошлют ему небеса благоденствие и отраду. Около двух лет, тому назад, моему учителю, Су Ляню, и мне, приказали явиться во дворец, к нашему повелителю, да продлиться его жизненный путь вечно. Во время сей личной аудиенции, я удостоился великой чести, получить поручение, отправиться к вам, дабы помочь в борьбе с врагом, с которым боролись несколько поколений наших предков, много столетий назад. Когда-то, Аттила со своими демонами, несколько веков подряд опустошал земли Поднебесной, сбирая кровавую дань.

И китаец начал своё повествование. Троица единомышленников, с большим вниманием слушала рассказ, о том, как люди далёкой страны боролись с хунну. Война длилась века и протекала с попеременным успехом. Никому не удавалось взять окончательный верх в этом противостоянии. Под своим началом, Аттила сплотил многие кочевые народы, жадные до набегов на, презираемых ими, земледельцев. И в те времена, как и сейчас, хватало предателей, переметнувшихся на сторону агрессоров. Много крови пролилось, много битв произошло, пока не удалось изгнать Аттилу со своими приспешниками. В какой-то момент, вожди китайцев поняли простую, казалось бы, на первый взгляд, истину — с врагом надо биться его же оружием. Они хитростью и подкупом переманили на свою сторону, наиболее влиятельных вождей кочевников. Тем самым, армия вампира сократилась на две трети. Кроме того, окреп и набрал силу особый Орден уничтожителей кровососов. Местом их базировки стал монастырь, Шао Линь. Эти воины, разработали целую школу боевого искусства, крайне эффективную в борьбе против упырей. К тому времени, этой технике боя удалось обучить достаточно много бойцов. Как результат, Аттила потерпел сокрушительное поражение и бежал. А потому, как далеко его занесло, видно — не на шутку испужался.

Также, рассказывал Лу Минь, история прихода к ним хунну, достоверно не известна. Хотя, в Китае бытует мнение, будто пришли они с севера, из-за холодного моря. И в той далёкой земле, Аттилу считали богом, сошедшим с небес, и всячески поклонялись ему. Но подтверждения этому нет, так слухи одни. Точно известно лишь одно, когда Аттила появился у стен Поднебесной, он уже был очень могущественным и древним вампиром. До сих пор в бескрайних просторах Великой степи можно встретить полуразрушенные капища, посвящённые ему. Кочевники считали его воплощением бога войны. Говорил Лу Минь о тысячах безвестных храбрецов, пытавшихся уничтожить вампира. Все они сложили свои головы, но память о них живёт до сих пор. Спустя тысячелетие, в китайских деревнях поют песни о героях той войны.

Завороженные историей, соратники не перебивали китайца. Он оказался талантливым рассказчиком, его речь была образной, эмоциональной, богатой эпитетами. Перед их взором проносились орды кочевников, они слышали стук копыт и крики, умирающих в бою, воинов. Повествование полностью приковало внимание слушателей. Никто и не заметил, как пролетел вечер. Солнце зашло. Пётр зажёг свечи, и Лу Минь продолжил. На сей раз, он поведал, с какими трудностями и опасностями пришлось ему столкнуться по дороге в Валахию, о странах и народах с которыми познакомился во время путешествия. Маленький китаец, показал, что он не только прекрасный оратор, но и весьма наблюдательный человек. Продолжение рассказа, оказалось, не менее увлекательным, чем его начало. Повесть заканчивалась знакомством с Петром. Закончив, он устало замолчал. В кабинете повисла тишина. Слушатели переваривали информацию. Лу Минь, утомлённый, но довольный собой, наблюдал за эффектом, вызванным его монологом. «Токайское», похоже, пришлось ему по вкусу. Он не поленился, пару раз наполнить свой бокал. Молчание нарушил архиепископ.

— Добро. Удивителен твой рассказ. Но ты не сказал, откуда язык наш знаешь? Ты говоришь, будто родился валахом.

— Это ещё одно загадочное совпадение. Двадцать лет прошло, как купил мой учитель, мудрый Су Лянь, у заезжих купцов, раба. Пожалел беднягу. Тот ослабел сильно, и торговцы хотели его убить. Звали того человека — Аурел, он был валахом. Я, ещё совсем зелёный послушник, выхаживал его и, понемногу, обучался вашему языку. Раз вы считаете моё владение им хорошим, значит, Аурел оказался неплохим наставником. Наше знакомство продлилось шестнадцать лет. После его смерти, я думал, моё знание оказалось не нужным. Кому в Поднебесной нужна валашская речь? Но моё задание, в очередной раз показало нам, что нельзя человеческим разумом понять Божественное предназначение. Как у вас говорят, о великие, неисповедимы пути Господни.

Встреча закончилась далеко за полночь. Влад велел слугам подготовить, для иноземца, во дворце комнату. Китаец быстро прижился и нашёл себя. Пётр, заинтересованный боевым искусством иностранца, попросил обучить приёмам своих «драконов». Лу Минь сразу, и с видимым удовольствием, согласился поделиться знаниями. Целые дни проводил он с воями, на плацу. Закалённые, во многих боях, «драконы», поначалу, с сомнением и недоверием приняли нового учителя. Однако, пара сломанных носов и вывихнутых суставов, заставили забыть о сомнениях. В умении рукопашного боя и боя, с применением разнообразного оружия, невзрачный иноземец намного превосходил, даже, лучших из сотни. Вои, с удивлением увидели, как в его тренированных руках, грозным оружием становились, самые не подходящие для этих целей, предметы. Смертоносными, в руках мастера, оказались вилы, цепы, веера. Да и сами руки, не хуже мечей, могли убивать. Осознав его мастерство и превосходство, «драконы» прониклись неподдельным уважением. Теперь обучение продвигалось с удвоенной энергией. Лу Минь всё своё время тратил, тренируя княжеских воев. Ушу принципиально отличалось от боевого науки Запада. Не все, одинаково быстро усваивали его, но наставник не отчаивался, а только старательнее обучал своих учеников. Либо, он обладал природным даром тренера, либо, желание бойцов оказалось столь велико, но буквально месяц спустя, у воев начало весьма недурственно получаться.

Частенько, вечерами, китаец пропадал в резиденции архиепископа. Закрывшись от посторонних, они подолгу беседовали. Поначалу, сей факт, вызывал удивление у дворцовой челяди, но, со временем, люди пообвыклись. Хоть, Лу Минь, и стал близок первым лицам государства, в отношении к остальным, он остался, как и раньше предупредителен и любезен, никоим образом не выказывая своё превосходство. Молва быстро соединила инцидент на базаре и, последующее за сим, возвышение чужеземца, не догадываясь, об истинной миссии китайца. То столкновение, в устах черни, обросло тысячами невероятных подробностей, и придало Лу Миню статус настоящего былинного богатыря. Задействованные в нём, купеческие наёмники, предусмотрительно помалкивали о своей роли в тех событиях, вполне резонно полагая, что сориться с иноземцем, после приближения оного к князю, не только глупо, но и опасно. «Драконы» жаждали разорвать на куски обидчиков любимого учителя. Токмо молчание воеводы, прекрасно знавшего, у кого из купцов околачиваются наймиты, спасало тех, от жестокой расправы. Местные торговцы не на шутку струхнули, от таких событий. В скором времени, их делегация отправилась во дворец, думая дарами и лестью загладить последствия досадного события. На аудиенции, Влад откровенно потешался, наблюдая, как, почтенные, пожилые, крупногабаритные купцы соревновались, с тщедушным Лу Минем, в количестве и качестве земных поклонов. Пот крупными каплями стекал с, заплывших жиром, лиц. После сей памятной встречи в «верхах», китаец, враз, стал весьма обеспеченным человеком. В качестве подарка, он получил: 1) скакуна дорогого, арабского — одна штука; 2) оружие, отделанное дорогими каменьями — три штуки; 3) ткани заморские — много тюков; 4) серебром — пятьдесят дукатов; 5) и многое другое, всего не счесть.