Чтение онлайн

А потом в подвал на Рязанке нагрянули боевики Камилла и переколошматили всю аппаратуру, о чем Шейд тоже, естественно, знать не мог. Он с некоторой растерянностью воззрился на неожиданно вспыхнувшую алую мигалку:

fatal error, gate access denied

Остаться в чужом сетевом пространстве, когда назад в родную Сеть не пускают, тело находится неизвестно где и в чужой власти, а время, отпущенное телу, утекает, как песок сквозь пальцы... Мало кто не запаниковал бы в подобной ситуации. И не все сумели бы панику быстро унять.

Шейд смог. Потому что чувствовал в себе силу стать своим даже в чужой Сети. А тело... известно, как Шейд относился к бренному телу.

К удивлению Бая, восприятие после слияния со своей ущербной половинкой не слишком изменилось. Помнил он в основном себя, ушедшего за барьер и вернувшегося в Москву. Вместо московских воспоминаний зияли сплошные провалы, заполненные чем-то похожим на клубящийся в оврагах утренний туман. Впрочем, чему удивляться? Память ушла из сознания полу-Бая вместе с половинкой Аурела. Вместе с насильственно подсаженной личностью забарьерного хакера-мнемоника.

Зато как приятно было вернуться в свое, хорошо знакомое и уже почти забытое тело! Увидеть мир не с высоты подмышек, а с полновесных ста девяносто пяти сантиметров! Моторика восстановилась мгновенно, возможно, стараниями заторможенной московской половинки. Да и какая, в сущности, разница, чьими стараниями? Главное – восстановилась.

После манипуляций со слияниями потерянных половинок и сменой тел когорта Энди расползлась по устроенным норам, уговорившись вечером провести очередное совещание. Выбывших из игры Семецкого и Тигра вежливо спровадили в контору.

Бай вначале опасался каких-нибудь трудностей с похищенной девчонкой, но она безропотно последовала за Аурелом. Видать, пребывание в теле Тигра здорово допекло Тири, и она подчинила новую оболочку жестко и полно. Мысленно Бай попытался представить себя в женском теле и немедленно содрогнулся.

Нет уж. Даже в теле Семецкого – и то лучше...

До дома его подбросили Чен с РусТехом. Бай бодро выскочил из микроавтобуса и сделал народу ручкой:

– До вечера!

– До вечера...

Микроавтобус фыркнул и стрелой умчался в тусклый московский день. Бай неторопливо побрел к арке, где его телесную оболочку и часть личности совсем недавно нагло спеленали теперешние соратники в поединке с Камиллом.

Проснулся Бай только к вечеру, чувствуя себя отдохнувшим и куда более цельным. Исчез шов по центру души. Он снова стал собой, самим собой, и неожиданно ярко ощутил это.

Решение остаться за барьером почему-то стало казаться едва ли не глупым. И дело даже не в том, что здесь-то дом, а там – всего лишь свобода. Какой прок в свободе, если ты лишен дома? Почти никакого.

Глупостью представился факт раскола неповторимой своей личности на две неравноценные половинки. Надругательство над собственным "Я" – что может быть чудовищнее и бессмысленнее?

Одновременно вскипала и накапливалась злость на Камилла – того, чьими заботами Бай с приятелями перенесся в далекий бесконечный мир с причудливой неравномерной гравитацией. Чьими заботами чужак-хакер, неплохой в общем-то мужик Энди Трушин, лишился жизни в реале и оказался наглухо заперт в не знающем границ киберспейсе, общем виртуальном пространстве множества миров. Того, кто замыслил нечто недоброе, причем масштабы этого замысла Бай со товарищи скорее всего недооценивают.

Бай был далек от мысли напялить черный плащ и помчаться спасать мир. Но силы насовать палок в колеса машине чужого замысла вполне ощущал. Тем паче что Бай всегда работал не в одиночку, а в команде, которая могла собраться хоть и достаточно случайно, но зато по доброй воле. А Камилл строит свои планы и осуществляет их исключительно на угрозах и принуждении. Как и положено злодеям, к которым невозможно испытывать жалость или сострадание. Да и вообще, если уж приходилось бить – Бай бил без оглядки, во всю немалую мощь, стараясь, чтобы добивать было уже просто не нужно. И в реале бил, и в виртуале.

Поэтому наскоро слазив в душ и проглотив чего-то скороготовящегося, Бай умостился в любимом стареньком кресле, потянулся к клавиатуре, искоса взглянул на матово отблескивающие мнемоюсты в специальном ворсистом блюдце и, мысленно пробивая тонкую перепонку между реальностью и Сетью, втек в пределы локального холда.

Тут все было привычно и знакомо. Разблокировав выход в общую Сеть, Бай вырвался на свободу.

Сеть жила. Светящимся трехмерным лабиринтом, существующим лишь в воображении Бая. Не важно, как она выглядела на самом деле, важно, как представлял ее каждый отдельно взятый пользователь-сетевик. Бай представлял именно как лабиринт.

«Ну, куда? – подумал он. – В контору? Пожалуй...» И тусклой кометой понесся по зеленоватой глубине. Вдаль. К ближайшему решетчатому кубу мощного районного сервера.

Пальцы Бая привычно отстучали на клавиатуре адрес конторы Камилла, логин и пароль.

[Enter_]

Вход.

Холд, что и неудивительно, был устроен на манер домашнего холда Бая. Многие пользователи, из тех, что еще не успели накопить достаточно опыта, пользовались единым сетевым пространством, просто входили в него из разных мест. С домашнего терминала, с работы, из гостей. Бай давно отказался от этой порочной практики. Дом домом, а работа работой. Работу можно и потерять. А дом – крепость. Поэтому «на выезде» Бай просто создавал маленькую копию, филиал домашнего холда. Разумеется, помещая туда ровно то, без чего обойтись нельзя, плюс то, что можно было и не таить от любопытного сетевого народа.

Бай с самого начала отчетливо сознавал: его окружают тысячи людей, куда более умелых, нежели он сам. Даже учитывая способность ходить в Сеть без мнемоюстов. Поэтому всегда допускал возможность взлома собственной крепости, надеясь все же, что этого никогда не произойдет.

«Ну-с, – подумал Бай с некоторым оживлением, – глянем, чем я тут последнее время занимался...» Конечно, он и так это знал. Памятью своей ущербной местной половинки. Но у нее прежде недоставало любопытства да и просто желания представить всю картину целиком, а не отдельными пикселами, как на экране старых мониторов. Увидеть изображение, а не комбинацию синих, красных и зеленых точек.