Чтение онлайн

На ней была изображена молодая, похотливо улыбающаяся женщина в сильно декольтированном платье. На мой взгляд, ничего особенного. Я бы вряд ли заплатила за нее полтора миллиона долларов.

— Начинайте, Лев Владимирович, — предложила я, рассматривая картину.

Лев Владимирович вздохнул, поудобнее устроился в кресле и начал свой рассказ:

— Ровно три недели тому назад, вечером, мне домой позвонил из Москвы незнакомый мужчина с каким-то очень неприятным гнусавым голосом и сообщил, что…

Тремя неделями раньше

— Вот оно! — взволнованно воскликнул Благодаров, прочитав короткую газетную информацию. — То, что надо.

С утра он гулял с собакой и только что вернулся, прихватив все утренние газеты, которые нашлись в киоске.

Он подошел к телефону и набрал номер Назарова. Трубку взял сам Олег.

— Алло.

Голос был сонный.

— Олег, привет, это я. Разбудил?

— Конечно, — зевая, подтвердил Назаров, — еще девяти нет, чего тебе, безработному, не спится?

Друзья накануне ликвидировали свое предприятие и встали на учет на бирже труда как безработные. Они собирались вернуться к челночному бизнесу, а лишние три сотни в месяц никогда никому не мешали. Это, конечно, было не совсем законно, но все их знакомые челноки поступали именно так, и они не видели причин действовать иначе. Единственное неудобство заключалось в том, что каждые две недели нужно было отмечаться на бирже, но эта проблема, как правило, легко решалась правильным составлением графика поездок. Да и ездить приятели далеко пока не собирались. В московские Лужники, или просто Лужу, и обратно.

— Ты сегодня газеты не читал, конечно?

— Конечно, нет, а что там интересного? Увеличили пособие по безработице?

— Эрмитаж обокрали.

— Ну?

— Пять картин поперли, пару очень дорогих. Где Зинаида?

— На кухне возится, завтрак готовит. Позвать?

— Не надо, скажи, чтобы на мою долю настряпала. Я сейчас приеду.

— Давай.

После завтрака все трое собрались в гостиной, где на столе уже были разложены альбомы и каталоги.

— Вот она! — взволнованно воскликнула Зинаида, показывая на цветную репродукцию картины, изображавшей черноволосую, таинственно улыбающуюся молодую женщину в красно-белом одеянии с большим декольте.

— Франс Халс, «Цыганка», масло, 90 на 120 сантиметров, точное время написания неизвестно, предположительно 1628–1630 годы, Ленинград, Эрмитаж, — прочитал Назаров аннотацию, — и сколько эта «Цыганка» может стоить?

— Сейчас попробуем найти, — пробормотал Благодаров, листая толстый каталог.

— Цены как таковой там, конечно, нет. Максимум, что можно найти в каталогах, это предполагаемая стартовая цена аукциона, — пояснила Зинаида. — Конечно, какое-то представление о стоимости каталог дает, но только самое приблизительное. В конечном итоге стоит картина столько, сколько готов заплатить покупатель.

— Ну примерно сколько, как ты думаешь? — нетерпеливо поинтересовался Назаров.

— Не знаю, я к подобным полотнам не приценивалась, но, думаю, очень много. Халс приравнивается к таким мастерам, как Рембрандт, Ван Дейк. А это очень круто.

— Ого! — раздался изумленный возглас Благодарова.

— Нашел? — возбужденно спросил Олег. — Сколько?

— Три миллиона, — прошептал Благодаров.

— Долларов? — уточнил Олег.

— Фунтов.

— Ого!

— Не попугайничай, это я сказал «ого!».

— Тут я с тобой согласен. А почем нынче фунт?

— Черт его знает, доллара полтора. Надо в «Известиях» посмотреть.

— Да ладно вам, — остудила разгорячившихся друзей практичная Зинаида, — вы будто и правда эту картину продавать собираетесь. Что делать-то будем?

— Я думаю, это как раз то, что нам нужно, — уверенно заявил восстановивший хладнокровие Благодаров. — Давай, Зинаида, срочно делай копию, а мы с Олегом собираем чемоданы и едем в Москву, согласно утвержденному плану.

Поезд прибыл в Москву в полседьмого утра. Звонить решили вечером, чтобы наверняка застать нужного человека дома. Поэтому, не теряя даром времени, компаньоны отправились в Лужу, где нагрузились товаром так, что пришлось нанимать такси, чтобы довезти его до гостиницы.

С картиной то ли выйдет, то ли нет, а жить на что-то нужно.

Устроившись в гостиницу и пообедав, зашли в видеосалон, чтобы как-то убить время. Фильм, значившийся в рекламке как эротический, был настолько глуп и неинтересен, что пришлось уйти с середины.

Оставшееся время друзья приятно провели в пивной, пожалев, что не пошли туда сразу.

Льву Владимировичу Троицкому друзья звонили по междугородному телефону-автомату, расположенному в вестибюле гостиницы «Заря».

Сами они жили в «Ярославской», но из своей звонить опасались.

Более того, чтобы изменить на всякий случай свой голос, Благодаров надел на нос предусмотрительно заготовленную и привезенную с собой бельевую прищепку. Они где-то слышали, что так поступают дикторы, подпольно озвучивающие пиратские видеофильмы. Опустив жетон в прорезь автомата, Благодаров набрал нужный номер. Вскоре в трубке раздался скрипучий голос Троицкого:

— Слушаю вас.

— Здравствуйте, — прогнусавил Благодаров, — мне нужен Лев Владимирович Троицкий.

Голос Благодарова был настолько похож на голос переводчика только что виденного фильма, что Назаров, втиснувшийся в тесную будку вместе с приятелем, захихикал, зажимая рот рукой.