Чтение онлайн

— Это слишком просто, — упрямо возразил Хэзлтон. — Я привык бороться, чтобы достичь чего-нибудь. Привык сражаться за наш город. Я хочу работать головой, а не сидеть без дела. Все, что вы оба говорите о космических кораблях и колонизации, — это просто прекрасно. Но сначала мы станем тянуть лямку, пахать и сеять. Поэтому я и возражаю против твоего плана, Амальфи. Мы попадем в ситуацию, когда наш огромный опыт будет бесполезен.

— Не согласен, — спокойно сказал Амальфи. — В галактике Большого Облака уже существуют колонии. И они основаны не с помощью кораблей. Их создали летающие города. В ту пору, когда они появились, только город мог долететь в такую даль.

— Ну и что?

— А то, что не стоит и мечтать о том, что мы спокойно сядем и безмятежно возьмемся за мотыги. Нам придется повоевать, чтобы создать свое поселение. Завоевать хотя бы кусочек Облака, поверь мне, будет очень непросто. Предстоит выдержать самое большое сражение из всех, в которых нам доводилось участвовать. Будем драться с Бродягами, которые, наверняка, забыли свою историю и свое наследие, но которые все же остаются Бродягами. Мысли об уединении пришли им в голову гораздо раньше, чем нам, и теперь они будут насмерть стоять за свой приоритет.

— Ну что ж, это их право. А зачем нам вторгаться в их владения, когда вокруг столько пустынных созвездий? Любое из них ничуть не хуже.

— Потому что они сами — преступники. Даже еще хуже. Как ты думаешь, зачем в старые времена какому-нибудь городу могло понадобиться забираться туда? Ведь тогда Бродяги были полноправными, уверенными в себе гражданами галактики. Почему бы и м не остановиться в одном из гигантских созвездий? Подумай, Марк! Ответ прост. Это — бандиты. Эти города были вынуждены отправиться в такую даль, скрываясь от преступлений, сделавших их врагами всех звездных систем в галактике. Один такой город ты и сам можешь назвать, и сейчас он наверняка там. Это — Главные Межзвездные Торговцы. Тор Пять — далеко не единственное место, хранящее о них самые неприятные воспоминания. Думаю, что по всей галактике полно людей, мечтающих о том, чтобы этих злодеев настигло заслуженное наказание. Куда они могли отправиться, если не в Большое Магелланово Облако? Их не остановило бы даже, если в пути им пришлось бы голодать все пятьдесят лет. Хэзлтон медленно сплетал кисти рук, то с силой сдавливая, то расслабляя пальцы, и они то белели, то наливались кровью.

— О боги, — произнес он, сжав губы. — Бешеные Псы. Да, куда еще они могли уйти! Теперь я знаю, с кем я хочу встретиться.

— Не забывай, Марк, что встреча может и не состояться. Облака — это целая галактика.

— Конечно, конечно. Там могут быть и другие бандиты. Но если Бешеные Псы действительно находятся там, я хотел бы встретиться с ними. Помню, однажды на Тор Пять я побывал у них в гостях. Очень неприятные остались у меня впечатления. Что касается меня, я готов сражаться, чтобы очистить Облако от этого мусора.

— Галактика, — почти беззвучно бормотала Ди. — Галактика с домом… своим домом.

— Галактика, принадлежащая Бродягам, — сказал Кэррел.

По всему городу разлилась тишина. Казалось, горожане, как один, принялись вдруг размышлять о своей судьбе.

«ЕСТЬ ЛИ У МИСТЕРА ХЭЗЛТОНА И МИСТЕРА КЭРРЕЛА ДОПОЛНЕНИЯ К СКАЗАННОМУ?» — трубным, отдаленно напоминающим человеческий, голосом прогремели Отцы Города. Голос проникал в каждую щель летящего города. Как и ожидал Амальфи, такая пространная дискуссия на темы внешней политики заставила Отцов Города поверить, что предстоят выборы мэра, а не управляющего городом.

«ЕСЛИ НЕТ ДОПОЛНЕНИЙ И ЕСЛИ НЕТ ДРУГИХ КАНДИДАТОВ, МЫ ГОТОВЫ ПРИСТУПИТЬ К ПРОЦЕДУРЕ».

Некоторое время собравшиеся в кабинете Амальфи озадаченно молчали. Затем Хэзлтон первым понял, какую ошибку допустила машина. Он рассмеялся.

— Никаких дополнений, — сказал он. Кэррел, улыбнувшись, промолчал.

Десятью секундами позже Джон Амальфи стал новоизбранным мэром новорожденной галактики.

Город завис и затем тихо опустился в полумраке раннего утра на огромной каменной плите, которую Прокторы планеты указали как место его посадки. Кромка окутанного туманом Малого Магелланова Облака только что прикоснулась к линии горизонта на западе, а все облако занимало почти 35° неба. По предварительным расчетам, облако должно зайти в 5 часов 12 минут утра, а в 6 часов начнет подниматься ближняя кромка старой галактики — родины, которую они покинули навсегда. Летом солнца восходят еще раньше.

Все это вполне удовлетворяло Амальфи. То обстоятельство, что в течение нескольких ближайших месяцев родная галактика будет плохо видна на тусклом ночном небе, явилось основной причиной, по которой мэр выбрал для посадки именно эту планету. Ситуация, сложившаяся к этому времени в погибающем городе, была слишком сложна, чтобы обременять его граждан еще сентиментальной ностальгией.

Город выполнил посадку; рокот спиндиззи затих. Снизу доносился становящийся все громче шум, скрип и рев механизмов, крики людей. Команда геологов, как обычно, не теряла времени даром.

Однако, Амальфи не очень хотелось сразу спускаться на поверхность. Оставаясь на балконе Городского Центра, он вглядывался в мрачное ночное небо. Плотность звезд в Большом Магеллановом Облаке была необычайно высокой. Даже вне основных созвездий звезды часто располагались настолько близко друг к другу, что расстояния между ними составляли не световые годы, а всего-лишь месяцы. Даже если сам город больше лететь не сможет — что казалось вполне вероятным, поскольку вслед за спиндиззи на Двадцать третьей улице отказала и установка на Шестидесятой улице — можно будет организовать межзвездные коммерческие операции, пользуясь грузовыми кораблями. Оставшиеся в городе спиндиззи, если их разобрать и по одному установить на корабли, обеспечат вполне значительное ядро маленького флота.

Конечно, это будет не совсем то, к чему привыкли Бродяги, странствуя по разбросанным по всей галактике, не похожим одна на другую цивилизациям Млечного Пути. И все-таки, в некотором смысле Бродяги будут заняты коммерцией, которая всегда была им необходима как кислород.

Амальфи посмотрел вниз. В свете сверкающих звезд на западе до самого горизонта ширилась ровная опаленная плита, на которую опустился город. На востоке она простиралась не более мили и сменялась там просторным участком земли, разбитым на небольшие ровные квадраты. Представлял ли каждый из этих крошечных квадратов индивидуальную ферму — этого он пока сказать не мог, но у него имелись подозрения. Еще во время переговоров с Прокторами планеты о возможности посадки Амальфи уловил в их речи нотки, характерные для феодального периода.

Пока Амальфи осматривал окрестности, по соседству, между городом и раскинувшимся на западе плато, быстро выросло высокое строение — геологи установили первую буровую вышку. Зазвонил телефон, закрепленный на перилах балкона. Амальфи снял трубку.

— Босс, мы собираемся бурить скважину, — прозвучал голос Хэзлтона. — Ты спустишься?

— Да. Что показывает разведка?

— Ничего особенного, но скоро мы узнаем точно. Вполне возможно, что нефть здесь все-таки есть.

— Хорошо бы. Сколько раз мы оказывались в дураках. Начинайте бурить, я сейчас спущусь.