Город
Шрифт:
– Ну что вы, мужики, в натуре, - заискивающе проговорил.
– Ну пошутил я. Пошутил. Что вы шуток совсем не понимаете что ли? А вашего Березина сам правитель на консультацию приглашает. Чесслово!
С толпы спало напряжение. Она вполне удовлетворилась и ответом, и покаянием начальника полиции. Толпа была доброй. Из неё выступил Березин, спросил:
– Что ещё за консультация?
– О куклявых. А что-почем конкретно, не знаю. Чесслово!
– Хорошо. Пойдемте, - хмуро проговорил Роман Маркович и направился к выходу.
Вернулся он уже в десятом часу вечера хмурым и неразговорчивым. Ни на кого не глядя, молча съел оставленный ему ужин и полез на нары. Сжигаемый любопытством, Григорий подсел к нему, спросил:
– Зачем он вас вызывал?
– Подонок!
– мрачно процедил Березин сквозь зубы.
– Да что случилось-то?!
– встревожился Орлов, поняв, что произошло что-то действительно серьезное.
– Мерзавец!
Его упорное нежелание отвечать на вопросы, уже стало надоедать Григорию.
– Похоже, вы, Роман Маркович, хотите поразить меня характеристикой Пантокрина. Не надо. Кто он такой, я нехуже вас знаю. Меня интересует зачем вы ему понадобились?
Березин повернулся, и с ненавистью глядя на Орлова, будто перед ним был не его соратник и преданный друг, а заклятый враг Пантокрин, проговорил:
– Он, негодяй, приказал мне сделать из девушки куклявку! Представляешь!
У Григория защемило сердце, появилось нехорошее предчувствие. Неужели речь шла о Тане?!
– Он называл имя этой девушки? Говорил кто она такая?
– Не помню. Кажется, называл. Не помню.
– Ее не Татьяной зовут?
– Возможно. Не помню... Впрочем, кажется он называл именно это имя. Да-да, определенно это так. Ты её знаешь?
– Молодец!
– выдохнул Григорий и почувствовал, как в нем растет гордость за любимую. Уж если Пантокрин прибег к такому способу, значит у него ничего не вышло.
– Вы её видели?
– Нет. Но кто она такая? Откуда ты её знаешь?
– Она моя любимая, Роман Маркович. Дороже её у меня никого нет. Если с ней что-то случится, мне не жить.
– Так она - та самая девушка, о которой ты говорил с Создателем?
– Да.
– Наш пострел и здесь поспел!
– удивился Березин, заметно повеселев.
– Вы конечно же ответили отказом?
– Разумеется.
– И что вам за это пообещал Пантокрин?
– Он дал мне двадцать четыре часа сроку. Если за это время не передумаю, пообещал вырвать ноздри, выколоть глаза, отрезать язык, отрубить конечности. Если же после всего этого буду продолжать упорствовать, посадить на кол. Вот такие невеселые у меня дела, Гриша.
– Березин печально улыбнулся.
– А где её содержат?
– Пантокрин сказал, что в тюрьме.
– В тюрьме. Очень хорошо.
В голове Орлова моментально созрел план. Впереди появился первый проблеск надежды.
– Что в этом хорошего, не понимаю, - пробормотал, сбитый с толку поведением Григория Березин.
– Вы примите предложение Пантокрина, Роман Маркович.
– Ни за что на свете!
– безапелляционно заявил Березин и возмущенно посмотрел на Орлова.
Давно следивший за разговором Григорьев подсел поближе, сказал укоризненно:
– Ты что-то действительно того, Гриша.
– И все же, Роман Маркович, вы примите предложение Пантокрина. Это не подлежит обсуждению. Скажите, что сделаете то, что он просит, в обмен на освобождение не только из психушки, но и вообще из города, и вас, и Антона Антоновича.
– Но это невозможно. Ты прекрасно знаешь сам, что Пантокрин никогда на это не согласится.
– Нет, я больше чем уверен, что этот мерзкий правитель обязательно примет ваши условия, но после окончания работы их не выполнит.
– Ну да, я это и имел в виду, - кивнул Березин.
– Тогда ответьте мне: на каких других условиях профессор Березин согласился бы с предложением Пантокрина сделать из прекрасной девушки куклявку?
– Слушай, Рома, а он, пожалуй, прав, - сказал Григорьев, обращаясь к другу.
– Пантокрин старый лис, потому нужны очень веские условия твоего согласия. А то, что говорит Григорий Александрович, как раз то, что надо.
– Ну, хорошо, можно считать, что вы меня уговорили, - сдался Березин.
– А теперь, Гриша, рассказывай, что задумал?
И Орлов поведал им о своем плане. Когда дошел до куклявых стражников Коле и Толе, Роман Маркович изумленно воскликнул:
– Этого не может быть!
– Чего не может быть?
– недоуменно спросил Григорий.
– Чтобы ты подружился с куклявыми. Это исключено!
– По-вашему, я вру?!
– Ты уверен, что это были куклявые?
– На сто процентов.
– Но если то, что ты говоришь, правда, то они вышли за пределы своих программ и действовали, как люди. Невероятно!
– Коля даже предлагал освободить меня из тюрьмы, но я не согласился.
– Ты посмотри, Антон, что он вытворяет!
– восторженно проговорил Березин, любовно глядя на Орлова.
– У него уже куклявые ходят в друзьях и поступают, как люди. Фантастика!
– Роман Маркович, а что будет с куклявыми, когда город изчезнет?
– Они вновь превратяться в призраки. Я тебе, кажется, об этом уже говорил.
– И они об этом знают?
– Конечно. Без города они существовать не могут.