Чтение онлайн

— Пошшшдойшшди!

Капелька пота стекла на кончик носа. Инстинктивно стёрла её напульсником.

«Не мне, не мне, не мне говорит», — уверяла себя.

— Пошшшдойшшшшшди!

Меня схватили за плечо и резко развернули. Я оказалась лицом к лицу с ящерром. Вытянутое лицо, длинная мускулистая шея, хвост, нетерпеливо бьющий по земле.

О небеса, патрульный!

Голова закружилась, пересохло во рту, тело сгруппировалось, а мышцы одеревенели. Его рука продолжала сильно впиваться в плечо, причиняя адскую боль. Видимо, его разозлило то, что я обернулась не сразу.

— Пршшшедъяшшшвляю шшшшшпрашшва…

Я не поняла, что он сказал, но догадалась: это не хорошо. Тем временем вокруг нас собрался импровизированный круг зевак, среди них были и ящеррки, и патрульные, и даже обычные земляне.

— Я не… я не… — от страха я не могла сказать и слова. В голове вспыхнуло воспоминание, как семь лет назад один дозор из шести ящерров у меня на глазах скрутил шею сотне землян. Патрульные были тренированными воинами, а люди из укрытия… Обычные земные люди — слабые, несобранные, пугливые. Мы тогда сидели в засаде и понимали, что ничем не сможем им помочь.

Ящерр повторил непонятный мне звук, и в это же время колокола — настоящие колокола! — пробили двенадцать часов. Это был знак, посланный свыше! Я поняла: у меня остался всего лишь час, чтобы дойти до Маятника.

Час! Они будут ждать!

Если я провалю задание — на станцию могу не возвращаться. Либо наши расстреляют меня на одном из первых постов на подъезде к станции, либо ящерры найдут в первую же ночь. Без подземных станций мы для них как на ладони.

А там Вира, и она одна. У меня нет права провалить задание.

Я посмотрела ящерру в глаза и приготовилась убегать, заранее зная, что проиграю. Но лучше так, чем потерять свой дом.

***

— Прекратить! — донёсся грозный голос.

Из толпы вынырнул ещё один ящерр. Нет, не вынырнул — перед ним расступились. Я старалась не смотреть ему в глаза, но заметила: он высок, статен, и, безусловно, одет в форму, но не обычную. Ящерры питали слабость к обмундированию чёрного и коричневого цвета, а на этом был серебристый наряд. Тёмные, чуть более длинные, чем принято, волосы небрежно заправлены за уши.

Он был первым не-землянином, о котором я могла без сомнений сказать — привлекательный.

Незнакомец тем временем подошёл ближе и похлопал удерживающего меня патрульного по плечу. Тот сжался.

— Извините, Руанн… — промямлил патрульный, принимая заискивающую позу и отпуская моё плечо. — Я в своём праве.

Тот, кого назвали Руанном, улыбнулся… и посмотрел мне в глаза. Впервые. Улыбка исчезла с его лица, и я увидела сосредоточенность, странное непонимание и…

Я тоже растерялась. А вслед за этим губы сами по себе растянулись в улыбке. Захотелось крикнуть: «Как хорошо, что ты пришёл».

Это было похоже на удар под дых. И в то же время… это была приятная боль.

На мгновение показалось, что если я сейчас подойду к ящерру и обниму его — он будет не против. Он погладит меня по голове, возьмёт под свою защиту, и тогда уже никакие ящерры мне не страшны.

Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза.

«Как хорошо, что ты пришёл», — вертелось у меня на языке. Мысль, за которую будет стыдно… потом.

Я видела, как дёрнулись его губы — как будто он читал мои мысли и пытался… успокоить.

Вокруг нас разлилась тишина. Все смотрели на ящерра в серебристой форме.

А он тем временем взял себя в руки и обратился к патрульному:

— Согласен, красивая, но ведь у тебя дома такая красавица — эта ей и в подмётки не годится.

Сказано было иронично, равнодушно, как бы давая патрульному шанс выйти из воды сухим и не уронить собственное достоинство. Но даже мне было понятно, что за меня заступился тот, чья власть не подлежит обсуждению. И это понимание согревало… до поры до времени.

И тогда ко мне пришло ещё одно запоздалое откровение. Я осознала, что ящерры всё это время разговаривали на своём языке…

Люди не понимают ящерров. Никогда.

Я — понимала ящерров. Я — не отдавая себе отчёта, понимала ящерров.

Я смотрела на одного из них и пыталась впитать в себя каждую частицу его образа.

Зачем?..

Патрульный начал оправдываться. Мужчина в серебристой форме приготовился слушать, но глаза его постоянно искали меня. И каждый раз я умудрялась поймать этот взгляд.

Не выдержав, он резко перебил лепет патрульного и подошёл ко мне. Ближе, ещё ближе. Склонился к моему уху.

— Стой здесь! — скомандовал ящерр на земном языке и сразу же отвернулся. Показательно. Он не сомневался — я послушаюсь.

В ушной раковине ещё не остыло ощущение его дыхания. Я неосознанно прикоснулась к уху.

Он снова заговорил с патрульным. И теперь я воспринимала язык ящерров правильно — как преобладающее шипение, перемешанное со щёлканем языка. Но по тембру, жестам я понимала, что ящерр меня защищает… и когда он отвлёкся, подошла ближе к толпе, чтобы нырнуть в людское столпотворение и быстро унести ноги. Благо, там было много народу, и я очень естественно «вписалась» в картинку.

Остальные патрульные видели, что я ухожу, но не придали этому значения… а вот тот, кого назвали Руанном, наверняка не привык к тому, что земляне двигаются без разрешения. Ведь он приказал «стоять здесь». Его охранники могли меня остановить, но не сделали этого — им-то он ничего не приказывал.

Я отошла в сторону и при первой же возможности нырнула за угол. Сердце колотилось как бешеное, в голове звучало небрежное «стой здесь». И постоянное ожидание, что напористая ладонь ляжет мне на плечо, а высокомерный голос потребует не нарушать приказы.