Город сестёр 2
Шрифт:
– Скорый, одевайся по полной. И пригони пепелац.
Пашка тоже, не будь дураком, по-армейски, на скоростях, экипировался и умчался за багги. Остановился у ворот со стороны улицы. Посигналил.
Бабка выскочила с автоматом, скомандовала.
– К Гоги! Гони!
Буквально через пару минут они уже стояли у входа в лавочку.
– Паша, расстояние небольшое - возьми меня за руку. И глуши всех.
Ну, Пашка так и поступил. В салоне толпилась куча народу, он всех и осчастливил.
На полу разлеглось человек двадцать. Все незнакомые. Но, судя по тому, что рядом с каждым валялся длинноствол - ребята пришли не сахару купить.
Среди бандюков лежал и Гвоздь.
Бабка разозлилась.
– Ну, бля, говнюк! Ведь достал уже до печёнок! Чего неймётся-то!... Так. Ладно. Доигрался, мальчик.
Огляделась.
– А Гоги где?... А! Вон там, наверно.
Они потолкались в каморку персонала. Дверь подпёрта чем-то изнутри. Грузин держал осаду.
– Паша, разбуди этого блокадника...
Управляющий очухался, шумно засопел под дверью. Бабка приказала.
– Гоги, открывай. Всё нормально... Открывай, тебе говорят!
За дверью что-то грохнуло и дверь распахнулась. Грузин, в бронежилете, в каске и с калашом выглянул в салон.
– Вы что, уже всех убили?
– Нет, Гоги. Просто - усыпили. Тащи наручники.
Хозяин исчез в темноте склада и через пяток секунд вынырнул с кучей пластиковых стяжек в горсти. Бабка требовательно задала вопрос.
– Что тут случилось?
– Они Галю пришли забрать.
Бабка удивилась.
– Какую, нахрен, Галю?
Скорый остановил разборки.
– Я потом объясню... Я ему подарил женщину... Где она?
– Там. На диване лежит.
На диване лежала Киса, уже на белых простынях, в белоснежной кружевной сорочке, под белоснежным одеялом. Рядом не табуреточке стояли тарелки со сладостями и пакет яблочного сока.
Бабка строго глянула на управляющего.
– Нет, главное, он только вчера предлагал мне замуж. И уже... Какое, блин, непостоянство!
Тот покраснел, засмущался. А Бабка выдержав паузу залилась своим колокольчиковым смехом.
– Да шучу я! Шучу... Подожди... Скорый... Ты сказал "подарил"?... Кису "подарил"?
– Ну, да.
– И с каких это пор ты баб по всему Полису раздариваешь? Особенно - таких оторв, как Киса?
– Потом расскажу. Давай с теми разберёмся.
Оружие стаскали в бытовку. Обобрали всех до нитки. Оставили в исподнем. Затянули наручники на всех.
– Ну, что?
– Спросил Скорый.
– Так же как Векселя?
– Разбуди Гвоздя, я с ним поговорю.
Усадили Витю на стул и Пашка его взбодрил.
Тот без паники огляделся, посмотрел на свои сатиновые трусы и спокойно спросил.
– Это что?
Бабка также спокойно ответила.
– Не знаю, Гвоздь. Херня какая-то... Кое-кто ведёт себя как неблагодарная скотина.
– Я не грабить пришёл. Я пришёл забрать женщину.
– Ну, ещё не лохмаче! Два человека полюбили друг друга, собрались пожениться, а тебе их счастье поперёк горла? Так что ли?
Гвоздь усмехнулся.
– Киса? Полюбила?... Бабка, ты что, не знаешь - кто такая Киса?
– Люди меняются.
– Я хочу с ней поговорить. Этот лавочник не дал. Закрылся.
– Гоги, разбуди женщину и приведи сюда.
– Она не может ходить. У неё нога больная.
– Пошли Витя, поговорим.
Скорый разбудил Галю. Она сонно поморгала, увидела стоящего перед ней Гвоздя в одних трусах, удивилась.
– Гвоздь? Ты чего это?
Бабка пояснила небрежно.
– Мы его ограбили.
Галя, как-то странно начала постанывать, но не выдержала и захохотала. Она смеялась, глядя на главаря банды, переминающегося на кривых, тонких, волосатых ногах, и никак не могла остановиться.
Гвоздь обиженно выдавил.
– Не вижу ничего смешного.
Тут уж вся компашка закатилась в хохоте.
– Прекратите ржать! Уроды!
– Возмущался Витя.
Чем вызвал новый приступ веселья.
Кое-как утихомирились. И Бабка поинтересовалась у Гали.
– Киса, ты чего тут делаешь?
– Как "чего"? Лежу. Болею. Мне вон тот, - она кивнула на Скорого, - ногу прострелил.
Пашка, на вопросительный взгляд Шефа, пожал плечами.
– Повздорили немного ...
Милка продолжала руководить пьесой.
– Ну, тогда хватит лежать. Одевайся. Тут за тобой приехали.
Галя тут же перестала улыбаться и испуганно прибавила глаза. Губы у ней дрогнули. Она жалобно посмотрела на своего "тюремщика".
– Гоги!...
– Никуда она не пойдёт, - прорычал Гоги.
Гвоздь шагнул вперёд.
– Киса, что с тобой? Ты чего? Ты же нормальная девка.
Киса смотрела исподлобья, моргала обижено, слёзы заблестели в глазах.
– Я тебе не девка. Я женщина, Гвоздь. Понял?... Никуда я с тобой не пойду. Лучше я себе пулю в башку...
Гоги оттеснил Гвоздя.
– Не волнуйся Галечка, никому я тебя не отдам. Не волнуйся.
Он присел на край диванчика. Галя приподнялась и обхватила мужика, прижалась к нему.