Город сестёр 2
Шрифт:
– Пароль помнишь?
– Ночью разбуди - отвечу.
– Пошёл, Скорый! Сил уже нет!
И Пашка нырнул в светящуюся окружность, как в воду.
Он упал в траву. Чистую, душистую, луговую.
Помотал головой - переход дался тяжело. Не так, как через черноту, но всё-таки...
Сел и спокойно рассмотрел три уставившихся на него ствола.
Два кваза, вооружённые чем-то чудовищным, и один человек с банальным АК-47.
В стол помпового ружья, направленного ему в лицо, Скорый мог бы засунуть два своих пальца. А револьвер второго кваза наверняка заряжался пулемётными патронами. И если Бекас, для стрельбы из неприспособленного для его лап оружия, специально обтачивал коготь на указательном пальце, то у этих стволов спусковые скобы были просто спилены. Правда, спилены аккуратно, профессионально.
Дугин ткнул в ружьё и спросил.
– Восьмой калибр?
– Хм... Четвёртый, - рыкнул кваз.
– Ясно... Ах! Да! Елизавета!
И вопросительно посмотрел на встречающих. Как, мол?
Стволы не опустились.
Человек строго спросил.
– Ты откуда?
– Из Уйтака. Я от Бекаса. Он там, - Пашка ткнул большим пальцем себе за спину.
– Он что-то передавал?
– Нет. Он сказал, что вы сами знаете, что делать.
– Вставай. Пошли.
– Нет, ребята, так не пойдёт. Уйтак, сами знаете, опасное место. Сначала надо выдернуть сюда Бекаса, а потом уже идти куда угодно.
– С этим справятся специалисты. Они обойдутся без нас... И уж, тем более, без тебя.
К месту Пашкиного приземления уже подтягивались четыре здоровенных кваза. Без оружия. У одного в лапах чемоданчик, типа армейского патронного ящика. У другого моток толстого кабеля таких размеров что Пашка бы его и с места не сдвинул. Третий и четвёртый несли пару стремянок.
Следом шла женщина. Даже, можно сказать, девушка, в стандартном камуфляже и в бандане защитного цвета. На поясе висела кобура, из которой торчала револьверная рукоятка.
Квазы-техники начали раскатывать кабели. Двое установили две стремянки в том месте, откуда выпал Скорый. Там стояли два вкопанных в землю и побеленных столбика.
Человек снова скомандовал.
– Пошли, путешественник.
– Ребята... Дайте я посмотрю. А? Нет, ну серьёзно. Чего вы боитесь-то. Я без оружия...
Пашка парой движений отстегнул набедренные кобуры и протянул их подошедшей девушке.
– Подержите пожалуйста... Меня зовут Павел...
Девушка слегка иронично усмехнулась. И представилась.
– Елизавета. Не надо. Не разоружайтесь.
Потом успокоила стражу.
– Пусть остаётся. Такое порталы во всём улье только Первый может делать. Так что...
Два конца провода присоединили к ящику. Квазы на лестницах приподняли кабель перед собой. Те, что внизу, тоже взялись за него, сформировав подобие кольца. Правда кольца кривого, чуть ли не квадратного.
Девушка, подошла сундуку.
– Готовы?
– Готовы, - откликнулись полуящеры.
Она с гулким щелчком повернула пакетник на лицевой панели.
В центре косого сооружения возникла знакомая голубая точка.
Когда развернулся колышащийся, сотканный из миллиона разрядов, занавес, Пашка восхищённо прошептал.
– Ты смотри как! А!
Девушка снова с иронией коротко глянула на него.
Из портала первой вышла Тьма, за ней Бабка с Ванессой, потом Короткий с Дедом и только потом, несколько неуклюже, пролез Бекас.
Елизавета заулыбалась, кинулась к нему.
– Папка! Ну, ты чего так долго-то! Я тут уже вся извелась!
Здоровенный Бекас взял её на руки, как ребёнка.
– А чего за меня волноваться... Вот он я...
Странная картина. Маленькая женщина, может быть чуть больше Беды ростиком, сидела в лапах огромного полуящера и радостно обнимала его за шею, прижавшись щекой к чешуйчатой морде.
Пашка подумал - Красавица и чудовище.
* * *
Бабка деловито огляделась и потребовала объяснений.
– А где Город? Где Город Сестёр?
Квазы, сворачивающие оборудование, хмыкнули, люди улыбнулись. Но ничего не ответили. А Бекас отмахнулся.
– Увидите.
И понёс свою дочку в сторону виднеющихся между деревьями домиков.
– А куда мы идём?
– Продолжала волноваться Бабка.
– Ко мне домой, - обернулся кваз.
– Да не беспокойся ты. Всё нормально. Если бы мы хотели вам навредить, то давно бы убили. Мы, знаешь ли, мирные люди... Хоть и не совсем люди.
А Елизавета добавила.
– Может вы кушать с дороги хотите? Тогда пойдёмте в столовку. А? Как?
– Пошли, - согласилась Шэф.
Они повернули влево, в сторону одноэтажного длинного здания. То ли бывший детский садик, то ли сельская школа.
Знаете чем поражал посёлок? Чистотой, и какой-то... Ухоженностью. Вот, к примеру, эта столовая. Видно, что здание старое, очень давно построенное. Местами просевший фундамент, отчётливо демонстрировал древность сооружения.
Но, чистенько побелённые стены, покрашенная оградка палисадника, холёные клумбы с оправившимися от холода бархатцами и аккуратно выложенные кирпичом дорожки производили впечатление сосредоточенной хозяйственности. Видно, что живущие здесь, нацеливались пребывать здесь долго. Точнее - всегда. Оттого и берегли жильё, дворы, село и природу.
И во всём посёлке, во всей этой заботливо созданной маленькой цивилизации, чувствовалась женская рука.
Бабка тоже это поняла. Спросила.