Чтение онлайн

— Да? И что ты собираешься делать?

— Еще не знаю. Может, найду, кого пристрелить.

— Очень скоро у тебя появится широкий выбор. Люди, которых сделал Гелиос. Новая раса.

— Знаешь, так неприятно ощущать себя Старой расой. Словно ты — тостер прошлогодней модели, к которой в этом году добавили микрочип, поющий песни Рэнди Ньюмана.

— Кому нужен тостер, поющий, как Рэнди Ньюман?

— А кому нет?

Карсон проскочила бы на красный свет, если бы не оказавшийся на перекрестке восемнадцатиколесный трейлер. Судя по картинке на борту, кузов заполняли мясные котлетки для «Макдоналдса». Ей не хотелось, чтобы причиной ее смерти стали гамбургеры.

Они добрались до центра города. Тротуары запрудила толпа.

— И сколько из этих людей нелюди? — спросил Майкл. — Сколько тут… творений Виктора?

— Тысяча, — ответила Карсон. — Десять тысяч, пятьдесят… а может, какая-то сотня.

— Больше, чем сотня.

— Да.

— Со временем Гелиос должен понять, что мы идем по его следу.

— Он уже это знает, — предположила Карсон.

— Он знает, кто мы для него?

— Свободные концы.

— Совершенно верно. А он, похоже, из тех, кто любит все аккуратно связывать.

— Полагаю, жить нам осталось двадцать четыре часа, — подвела итог Карсон.

Высеченная из мрамора, потемневшая от десятилетий воздействия ветра и дождя статуя Девы Марии стояла в нише над парадным входом «Рук милосердия».

Больница давно закрылась. Оконные проемы заложили кирпичом. На воротах железного забора висела табличка, указывающая, что теперь здесь частный склад, закрытый для посторонних.

Виктор проехал мимо больницы и свернул в гараж под пятиэтажным административным зданием, в котором располагались бухгалтерия и отдел персонала основанной им компании «Биовижн». Поставил «Мерседес» на зарезервированную для него клетку.

Только у Виктора был ключ от стальной двери в стене. За дверью находилась пустая комната площадью в двенадцать квадратных футов, с бетонными стенами и полом.

Напротив этой двери располагалась другая, с электронным замком. Виктор набрал на настенном пульте шифр, замок сработал, дверь открылась.

Начинавшийся за порогом тоннель длиной в четыреста футов уходил под территорию больницы, соединяя оба здания. Шириной в шесть футов, высотой в восемь, с выложенными каменными блоками стенами и бетонным полом.

Проложили тоннель представители Новой расы, не согласовав планы строительства с соответствующим департаментом муниципалитета Нового Орлеана, не утвердив в профсоюзе расценки на производимые работы. Так что Виктор попадал в бывшую больницу незаметно для всех.

В конце тоннеля он набрал точно такой же шифр на другом настенном пульте, открыл дверь в архив, который находился в подвале больницы. В установленных рядами железных шкафах хранились компьютеризированные отчеты многих его проектов.

Обычно Виктор наслаждался потайными дверями, секретными тоннелями, вообще ореолом загадочности, необходимым атрибутом любого плана уничтожения цивилизации и установления господства над миром. Он не утратил связи с ребенком, который жил в нем.

В этот день, однако, кружной маршрут только раздражал его. Слишком многое предстояло сделать, и как минимум одна проблема требовала срочного разрешения.

Из архива Виктор прошел в коридор подвала, где царила тишина и, несмотря на горевшие лампы, сумрак. Здесь он однажды провел свой самый рискованный эксперимент.

Попытался поставить себе на службу способность раковых клеток размножаться с невероятной скоростью, использовать эту способность для обеспечения быстрого развития клонов в искусственной матке. Тем самым Виктор рассчитывал вырастить из эмбриона взрослую особь за несколько недель, а не за два десятка лет.

Но, как часто случается, когда работа ведется на передовом крае науки, что-то пошло не так. И на выходе получился не Новый человек, а крайне агрессивная, быстро мутирующая опухоль, двуногая и чертовски умная.

Поскольку он дал этому существу жизнь, то мог рассчитывать хоть на какую-то благодарность. Не получил никакой.

Сорок людей Виктора погибли, пытаясь остановить это злобное и могучее чудовище. А убить даже одного представителя Новой расы было ой как нелегко. И когда уже казалось, что все потеряно, монстра удалось загнать в угол и уничтожить.

Какая же здесь стояла вонь! Даже теперь, по прошествии стольких лет, Виктор чувствовал запах этой ходячей опухоли.

Двадцатифутовый участок стены вышибло во время схватки. За брешью находилась инкубационная палата, темная, набитая исковерканным оборудованием.

За лифтом половину ширины коридора занимали кучи отсортированного мусора: разбитый бетон, согнутые и скрученные стальные облицовочные полосы, стержни арматуры, завязанные узлом, словно веревки.

Виктор приказал собрать этот мусор в кучи, но не выбрасывать, чтобы кучи эти служили напоминанием, что даже гений его калибра иной раз может поставить перед собой неразрешимую на тот момент задачу. Он сам едва не погиб в ту ночь.

Теперь он поднялся на лифте на первый этаж, куда перенес свою главную лабораторию после уничтожения неблагодарной опухоли.

В коридорах не было ни души. Восемьдесят Новых людей работали в «Руках милосердия», но все они занимались порученным им делом. Не транжирили время, сплетничая у фонтанчика с водой.

В огромной лаборатории находились фантастические машины, которые поставили бы в тупик не только дилетанта, но и ученого с любой научной кафедры Гарварда или Массачусетского технологического института. Интерьером лаборатория чем-то напоминала тронные залы Третьего рейха.

Виктор восхищался Гитлером. Фюрер умел с первого взгляда оценить талант.