Чтение онлайн

Тут Майя бросила на меня такой уничижительный взгляд, что я немедленно замолчал. И мысленно выругал себя за то, что все-таки ляпнул глупость. Опять повисла пауза. Майя что-то напряженно обдумывала, сжимая ладони до побелевших костяшек. Я не решался перебивать ее мысли.

– Могло быть так, что за вами наблюдали? – вдруг спросила Майя. И замерла, пораженная собственной догадкой. – Что, если так он пытался тебя предупредить?

– Предупредить?

– Да! – Майя вцепилась в меня взглядом, я невольно отполз подальше. – Тогда все логично! Вас могли подслушивать, и он мог об этом знать! Тогда он нашел единственно доступный способ, как сказать тебе хоть что-то!

В эту теорию мне верилось с трудом. Скорее, казалось, что Майя всячески искала отцу оправдания. Но уместно ли это было? Майя будто считала мои сомнения, и взгляд ее снова стал холодным и строгим.

– У тебя есть объяснения получше?

– Я не знаю! – Мирный курс беседы захрустел, как весенний лед на реке. Нужно было срочно исправляться. – Допустим, ты права. Но кто мог подслушивать? Не думаешь же ты, что туда притащились сами… – Я осекся: близился вечер, а о тех, кто был плотно связан с наступающей темнотой, говорить с заходом солнца было как-то неуютно. – Короче говоря, уж больно хитро! Да и не делали Они ничего подобного никогда, с чего вдруг начинать?

– Без понятия. – Майя опять отвернулась. – Но и у нас никогда так быстро не менялся Путевод. И потом, эта версия – пока лучшее, что у нас есть, не так ли?

Я кивнул, все еще раздумывая над ее словами.

– Ну, в принципе да, нападение – для отвода глаз. В драке легко можно перекинуться парой фраз, чтобы посторонние не услышали. Но опять же, очень уж мудрено. И рискованно! Я ведь мог не услышать, не так понять, побежать сразу жаловаться в Совет, в конце концов…

– Значит, ситуация была очень серьезная. И Борис это понимал. Возможно, это был единственный способ помочь нам, не привлекая Их внимания.

Город отозвался на слова Майи тяжелым вздохом – порыв ветра сорвал с ветвей желтую листву, сноп искр взметнулся в лучах фонарей.

Майя мотнула головой.

– Ладно. – Она спрыгнула со скамейки, легко и грациозно. – Я попробую узнать больше. Если что – дам знать. – Она помолчала. – Как бы то ни было, мы наконец-то узнали, кого искать. Ваша очередь, краи, немного поработать.

Майя собралась уходить, но в последний момент обернулась и снова смерила меня взглядом.

– Только будь добр, приведи себя перед этим в порядок. А то как фоци помоечный.

– Еще бы сырником обозвала… – кисло усмехнулся я. – За что ж ты так меня, я ж пострадавшая сторона!

– До уровня той вороны с лисицей тебе, конечно, еще далеко. Но я знаю, что ты можешь лучше, Каравакс! – бросила Майя через плечо и исчезла в бликах вечерней Улицы.

Распивавший на соседней скамейке пиво мужчина ухмылялся – он наблюдал презабавную картину. Ворона и белая кошка с бубенчиком на ошейнике сидели на скамейке и будто общались – кошка мяукала, ворона каркала в ответ. А когда на дне бутылки оставалось совсем немного, он услышал, он готов был поклясться, что услышал, как кошка советует вороне привести себя в порядок. Подоспевший с добавкой собутыльник сперва расхохотался, услышав рассказ приятеля. Но резко перестал смеяться, когда очевидец странных событий решительно отказался от новой порции спиртного.

– Пойду домой, в порядок себя приведу… – пробормотал он и побрел прочь.

Сигарета обожгла легкие долгожданным дымным ядом. Я не смог удержаться – закурил прямо в кабинете Линды. И хотя она была против моего курения, сейчас не говорила ни слова.

– Это какая-то нелепица. – Взгляд Линды бегал по столу, сколоченному из старых декораций. Руки не могли найти себе места. То сцеплялись друг с другом, мелодично ударяясь крупными кольцами, то принимались нервно крутить пряди седых волос, выбившихся из сложной прически. – Какая-то чушь. Борис напал на тебя! Наш Борис?

– Понимаю, сам не очень верю. Только болит все уж очень убедительно. – Я выдохнул в воздух еще одно облачко дыма.

Линда провела руками по лицу, испещренному сетью морщин, но не потерявшему привлекательности. Линде было далеко за семьдесят, для краи это было очень много. Я знал этот жест – она на что-то решалась.

– Собрание? – предположил я.

– Собрание, да… – Линда помолчала, будто прислушиваясь, как звучат ее слова. – Да, быстрое. – Она поднялась из-за стола, и принялась мерить шагами маленькую комнату, стены которой тоже были собраны из того, что нашлось за кулисами. – Нужно как можно быстрее проинформировать отряды и выслать всех на поиски.

– Путевода или Бориса? – уточнил я.

– Борисом займутся кеди. Пока так разумнее всего. Мы же займемся Путеводом. Майя права. Это наша работа. – Линда еще немного помолчала. – Ребенок… Небо, Путевод – ребенок! Неужели не было других вариантов?

– Видимо, его предшественник решил, что это охренительная идея, – ответил я, но по реакции Линды понял: это был вопрос не ради ответа. – На заре я с ребятами готов выдвинуться. – Я затушил сигарету в фарфоровой миске, которую обнимала балерина.

– Может, все-таки покажешься фоци? – Линда посмотрела на меня. – Они тебя подлатают, чем плохо?

– Да ерунда, сказал же. На мне и не такое заживало. Помоюсь, дерну кофе – и бодрячком!

Линда неопределенно качнула головой.

– Собрание назначу на четыре утра – у тебя будет немного времени поспать. Надеюсь, хоть с этим ты не станешь спорить?

Линда встала у дальней стены кабинета. Рыцарь, нарисованный на ней, неестественно корчил лицо в попытке изобразить отвагу. Он замахивался кривоватым мечом на дракона, скептически щурившего глаза на своего убийцу. Казалось, оба не в восторге от неловкой ситуации, в которой их навечно запечатлел не слишком умелый художник. Мне картина не нравилась, Линде тоже, но никто из нас не решился бы что-то с этим делать. Это была часть Театральной декорации, часть прошлого Театра, до того, как он уснул. Мы уже и так воспользовались этим прошлым, чтобы устроить себе всяческие удобства – стены, столы, стулья, полки. Проявлять еще большее неуважение никто не хотел.

– И еще нужно узнать, что происходит у… Них. – Линда не была суеверной. Скорее, не считала разумным часто использовать слово, вызывающее у всех не слишком веселую реакцию. – Я поговорю с хундами, узнаю последние сводки.

Я кивнул и покинул ее кабинет, занимавший нишу за кулисами бывшей стены.

Театр был нашим домом. В нем жили далеко не все краи, но все бывали тут хотя бы раз – у Линды в кабинете, на Собрании, в гостях у друзей или просто пролетом.

Место силы с голубыми стенами и белыми колоннами, надежно спрятанное среди деревьев заброшенного парка.