Чтение онлайн

— Нет, ваша святость. Они состоятся сегодня в полдень. Могу я спросить, что задержало вас в пути?

— Шторм. — Патриарх махнул тонкой рукой. — Чепуха.

— Если он задержал вас на три дня, то это далеко не чепуха, ваша святость.

— Доми оберегал меня в пути, — небрежно ответил Сейналан. — Пойдемте, вы покажете, где я могу остановиться.

— Какая жалость, — вздохнул Люкел, когда они сели в карету.

Благодаря любезности Ройэла патриарха ожидал собственный экипаж, и подарок несколько загладил его недовольство от отсутствия герцога.

— Он не оправдал твоих ожиданий? — спросила Сарин.

— Люкел имел в виду другое, — поправил ее Шуден. Принцесса удивленно посмотрела на кузена.

— Тогда что?

— Я надеялся, что будет веселее. — Люкел пожал плечами и откинул падавшие на скулы пряди волос.

— После вашего описания он с нетерпением ожидал сегодняшней встречи, ваше высочество, — неодобрительно пояснил Иондел. — Он надеялся, что вы поругаетесь.

Сарин наградила кузена испепеляющим взглядом.

— Я его не люблю, но это не означает, что я собираюсь устроить скандал. Ты забыл, что я долго возглавляла теоданские посольства.

Люкел покорно закивал.

— Вынужден признать, Сарин, — сказал Шуден, — ваша оценка патриарха кажется сдержанной. Остается недоумевать, как он занял столь высокий пост.

— По ошибке, — пробурчала принцесса. — Сейналан получил его около пятнадцати лет назад; он тогда был примерно вашего возраста, барон. Вульфден стал вирном, и старейшин Шу-Корат пугала его неутомимая энергия. Они почему-то решили, что нам необходим патриарх — ровесник Вульфдена. Так нас осчастливили Сейналаном.

Шуден приподнял бровь.

— Я полностью с вами согласна, — кивнула Сарин. — Но надо отдать им должное: Вульфдена называют самым красивым из вирнов, и старейшины хотели противопоставить ему достойного противника.

Люкел громко фыркнул.

— Красивый и смазливый — две совершенно разные вещи, кузина. Половина женщин немедленно в него влюбится, но другую половину обуяет зависть.

В ходе разговора лорд Иондел побледнел как полотно. Наконец он нашел выход своему возмущению.

— Вы забываете, что говорите о священном избраннике Доми!

— И он при желании не смог бы выбрать более симпатичного представителя, — радостно подхватил Люкел, но тут же схлопотал локтем в бок от Сарин.

— Мы попытаемся отзываться о нем почтительнее, Иондел, — извиняющимся тоном пообещала принцесса. — В любом случае, внешность патриарха к делу не относится; мне гораздо любопытнее, зачем он приплыл в Арелон.

— Разве похороны короля — недостаточная причина? — удивился Шуден.

— Возможно. — Сарин хотела поделиться сомнениями, но карета остановилась у кораитской часовни. — Давайте побыстрее устроим его святость; похороны начинаются через два часа, а после них я выхожу замуж.

Так как король не оставил наследника, а королеву Эшен до глубины души потрясли позор и смерть супруга, бремя по подготовке похорон взял на себя герцог Ройэл.

— Убийца он или нет, но когда-то я считал Йадона другом, — объяснил он. — Во времена нужды он принес в нашу страну стабильность. За одно это он заслуживает достойного погребения.

Омин просил не устраивать прощание в кораитской часовне, поэтому Роэйл перенес его в тронный зал. Выбор заставил Сарин почувствовать себя неуютно — ведь именно там пройдет свадьба. Тем не менее Ройэл считал символичным, что одно и то же место послужит прощанию со старой монархией и зарождению новой.

Зал убрали со вкусом, но скромно. Старый герцог проявил обычную бережливость, поэтому убранство подходила и для похорон, и для свадьбы. Колонны обвили белыми лентами, и повсюду стояли пышные букеты из белых роз и абертинов.

Войдя в зал, Сарин поневоле улыбнулась. Ей вспомнилось, как она сидела здесь за мольбертом. Казалось, что с того дня пронеслась вечность, а на самом деле прошло чуть больше месяца. Канули в прошлое дни, когда двор считал ее пустоголовой девчонкой; теперь придворные смотрели на нее с благоговением. Они видели женщину, которая обвела короля вокруг пальца, выставила его дураком и под занавес лишила короны. Конечно, ее никогда не полюбят, как любили Раодена, так что придется удовольствоваться восхищением.

В углу принцесса заметила герцога Телри. В отличие от обычного безразличия, сегодня лысый, помпезно одетый аристократ излучал недовольство. Ройэл объявил о браке с принцессой всего несколько часов назад, и Телри не успел подготовить ответный ход. Сарин встретилась с ним взглядом и удивилась направленному на нее раздражению. Она ожидала, что герцог предпримет попытку помешать свадьбе, но он молча злился. Что его останавливало?

Прибытие Ройэла возвестило начало церемонии, и в зале повисла тишина. Старый герцог прошел к передней части зала, где стоял закрытый королевский гроб, и заговорил.

Речь получилась короткой. Ройэл вспомнил, как Йадон поднял страну из пепла после падения Элантриса и то, что двор обязан ему своими титулами. Он предостерег придворных от совершения погубившей короля ошибки, о том, что в достатке и удобствах не следует забывать о Доми. И закончил поминовение напоминанием, что не стоит говорить о мертвых плохо; не придворным сплетникам, а Доми решать, как поступить с душой Йадона.

Герцог махнул легионерам, и они подняли гроб. Не успели они сделать нескольких шагов, как их остановил неожиданно выступивший вперед Сейналан.

— Я хочу добавить несколько слов, — заявил он.

Ройэл удивленно замер, и патриарх заулыбался, обнажив превосходные зубы. Он успел переодеться в мантию, которая отличалась от предыдущей только тем, что вместо вышивки спереди и сзади ее украшали широкие золотые полосы.

— Конечно, ваша святость.

— Чего он хочет? — прошептал Шуден.

В ответ Сарин только недоуменно покачала головой. Сейналан встал позади гроба, одарил двор надменной улыбкой и торжественно выхватил из рукава свернутый свиток.