Чтение онлайн

Дуги возвращался в Шотландию. Ему предложили место шеф-повара в отеле-люкс вкупе с центром развлечений на берегу какого-то там лоха. [12] Отель располагался в исторической шотландской семейной усадьбе, защищенной от природных стихий — англичан, шотландцев и шотландцев, состоявших (как Армстронги) на службе у англичан. Усадьба выстояла в схватке с четырьмя всадниками Апокалипсиса и пала жертвой пятого — туризма.

Дуги не мог нарадоваться новой работе — ограниченный сезон, куча подчиненных поварят и возможность голосовать за партию шотландских сепаратистов, не портя избирательные бюллетени, как в Хэкни.

Я всего лишь намекнул Миранде, что на севере будет трудно продолжать ее журналистскую карьеру по причине (а) отсутствия газет и (б) большого процента неграмотности среди местного рогатого скота. Она задумалась, и мне показалось, что на ее лице обозначилась отважная покорность судьбе. Тогда я предположил — предположил, не более, — что в новом отеле с развлекательным комплексом откроется много вакансий официанток, горничных и даже кухонных работниц. А такого обходительного начальника, как Дуги, надо еще поискать, ведь правда?

Тут уж Миранда сама решила, что Дуги не следует торопиться с отъездом. Пусть сначала останется с субботы на воскресенье «выяснить супружеские отношения». Не знаю, как прошло выяснение — я не люблю шпионить, — однако Дуги не разговаривал со мной три дня, если не считать светской беседой его крик сверху «А ну прикрути свою блядскую музыку!».

К субботнему вечеру Лизбет и Фенелла тоже перестали со мной разговаривать. Но не только со мной, между собой, вероятно, тоже.

Они все еще планировали переезд в Гластонбери — то ли как в место пересечения полевых линий, то ли как в центр сакральных линейных полей духа. Лизбет раскопала в местной библиотеке книгу с доводами в защиту этой теории и ссылками на фэнь-шуй. Эта система древнекитайских поверий, сходных с таоизмом, считает Землю живым существом, в котором по «путям дракона» течет жизненная сила. Практик фэнь-шуй хоть дом, хоть могилу устроит вдоль этих линий, чтобы ловить исключительно положительные вибрации. Иглотерапевты отыскивают такие линии на теле и втыкают в них иглы.

Я вывел подружек из себя напоминанием, что первый эксперимент с иглоукалыванием обошелся им в кругленькую сумму, потраченную на медицинский пластырь. Затем сделал вид, что вошел в их положение, и надоумил провести субботнее утро в местной библиотеке, разыскивая в справочниках сведения о «положительно заряженных» пабах с названием «Зеленый дракон», под которыми якобы пролегают полевые линии.

Пока они торчали в библиотеке, я оставил рядом с общим телефоном записку с номером ближайшей китайской забегаловки, торгующей едой на вынос. В записке говорилось, что их фэнь-шуй уже готов и его можно взять либо с рисом, либо с лапшой.

Я даже умудрился вставить пику загадочному мистеру Гудсону, хотя это вышло у меня нечаянно.

Мистер Гудсон ни с кем не общался, не пил, не курил, не принимал запрещенные препараты и не включал музыку на всю громкость. Во всех остальных отношениях это был просто прекрасный сосед. Мы редко видели его в будние дни и никогда не видели в выходные. Возможно, из-за этого я очень смутился, когда в воскресенье утром, подбирая молоко, увидел его выходящим из дверей.

Час был еще невозможно ранний, что-то около десяти. Я никого не ожидал встретить на лестнице, поэтому на мне было одно полотенце, которое я взял с пола ванной, и, если честно, я еще не до конца проснулся. Когда я рявкнул дружеское соседское приветствие, у меня вместо «гуд морнинг, мистер Гудсон» получилось «гуд сон, мистер Морнинг».

У него что-то булькнуло в горле, он судорожно кивнул и выскочил за дверь. Я успел заметить пальто-накидку до колен, какие в наши дни можно увидеть только в старой кинохронике о демонстрациях против ядерной бомбы да еще когда гикнется какой-нибудь политик-социалист или архиепископ. На спортивной сумке, перекинутой через плечо мистера Гудсона, большими буквами было написано название какой-то легкоатлетической федерации, но вряд ли он шел заниматься спортом. Возможно, он где-то втихаря подрабатывал или просто решил сбежать с тонущего корабля, как все остальные.

Чье-чье, а его отсутствие не скоро заметили бы.

Утром в понедельник пришлось принимать два крупных решения. Первое — прятаться ли в туалете во время визита нашего дорогого хозяина Нассим Нассима, в очередной раз уклоняясь от квартплаты.

Судя по настрою остальных жильцов, они бы заложили меня Нассиму с потрохами, и я, сжав зубы, без опоздания отправился на работу в диспетчерскую компанию. К семи я уже был на Бейкер-стрит, взвешивая второе крупное решение — остаться ли на Портер-стрит и зайти в «Макдоналдс» или же переметнуться в стан «Бургер кинга», который через дорогу снова расставил на улице столы и скамейки, пытаясь вернуть дезертировавших клиентов. На одной из скамеек уже развалился Зверь Востока, поэтому решение далось мне легко — поймаю момент, когда он отвернется, и нырну в «Макдоналдс».

Меня опередил писк рации.

— Оскар-семь, Оскар-семь, ты на месте?

Прежде чем ответить, я завел двигатель.

— Говорит Оскар-семь, я на Первой Западной, плотное движение.

На Бейкер-стрит не было других машин, кроме мусороуборочного грузовика, глотающего черные пластиковые мешки, которые рабочие с поразительной меткостью забрасывали в его стальную пасть.

— Для тебя есть специальный заказ, Оскар-семь. Клиент платит наликом, запросил черный кеб для двух пассажиров. Район Первой Западной, как только освободишься.

Для розыгрышей час был еще довольно ранний, но некоторых из диспетчеров, случалось, крючило от безделья по ночам.

— Где забирать и куда везти?

— На Сеймур-стрит, у «Барклайс бэнк».

— Диспетчерская, прием. А куда?

— Фамилия пассажира — О'Нил. Неподотчетный нал. Когда сможешь быть на месте?

Они всегда избегают называть место назначения — вдруг подвернется пассажир получше, например в аэропорт. Поэтому, когда приезжаешь на место и спрашиваешь у клиента «куда?», всегда чувствуешь себя как игрок в рулетку.

— Через пять минут, — сказал я, зная, что они попросили бы десять.

Я выбросил все это из головы — денег от пассажира, возможно, как раз хватит оплатить дизтопливо, потраченное за утро. Фамилия О'Нил не вызвала у меня никаких ассоциаций, прочие детали меня мало интересовали, я лишь удовлетворенно отметил про себя, что в это время суток у банка не должно торчать чересчур много народу.

Народу не было совсем. Там ждал один Тигра.

Он перебирал ногами от нетерпения и, завидев меня, неистово замахал руками.