Горец III
Шрифт:
Ждать назначенного часа не имело ровно никакого смысла. Если бы Райнхардту захотелось убить Ричи, то он, ни на минуту не задумываясь, сделал бы это сразу после телефонного разговора, как только Мак-Лауд положил трубку на рычаги. Ведь жизнь какого-то глупого смертного паренька не имела для Райнхардта решительно никакой цены. Чтобы причинить лишнюю боль Дункану, он мог бы сделать все, что угодно. Например, преподнести ему голову О'Брайна или придумать что-нибудь в этом роде. Но в таком случае Мак-Лауду не было необходимости сильно торопиться и приходить раньше намеченного срока. Этот ранний визит становился важным и просто необходимым только в одном случае: если Ребекка действует не заодно с Уолтером. Но так ли это — Мак-Лауд не знал и пришел именно для того, чтобы выяснить этот, очень интересующий его момент.
А если Ребекка действует заодно с Райнхардтом, то нет никакой разницы, когда именно придет Дункан. Это разве что сможет подарить Ричи, — если он, конечно, еще жив, — одну миллионную часть шанса.
На секунду остановившись возле входной двери, Мак-Лауд чутко прислушался. Но присутствие еще одного бессмертного не ощущалось совершенно. Если в доме и были люди, то самые обыкновенные, ничем не примечательные. Смертные. Из-за двери не доносилось ни единого звука, и можно было предположить, что в этом странном и неестественно тихом доме вообще никого нет.
Дункан взялся за круглую ручку двери и с силой рванул ее на себя. Замок не выдержал рывка и дверь распахнулась. Он вошел внутрь и, быстро пройдя через огромную залу прихожей, подошел к лестнице, ведущей на второй этаж. Опершись о перила, он чутко прислушался. Несмотря на столь ранний час, из зала для фехтования доносились какие-то звуки. Ребекка уже тренировалась.
Войдя в тренировочную комнату, Мак-Лауд увидел, что она наносит сильные рубящие удары по кожаной кукле, ловко орудуя зильбером.
Дункан резко спросил:
— Ричи здесь? Где он?
Ребекка вздрогнула от неожиданности и на миг замерла. Не выдержав, Дункан закричал:
— Где Ричи?
Фехтовальщица подошла к нему и спросила, осматривая гостя с головы до ног:
— Кто такой Ричи?
Она остановилась как раз на таком расстоянии, которого было достаточно для того, чтобы дотянуться до Дункана при необходимости клинком.
— Что тебе нужно, Мак-Лауд?
Он смотрел ей прямо в глаза, почти не моргая, и понимал, что не ошибся.
— Так значит, это не ты сделала? — выдохнул утренний гость и, пройдясь по залу, остановился возле окна спиной к грозной хозяйке.
— Что «я сделала»? О чем ты говоришь? — зашипела Ребекка, подходя к нему и поднимая саблю на уровень его сердца.
Вот он, удачный миг! Всего один шаг — и у него не будет шансов остаться в живых! Его сердце затрепещет на острие клинка зильбера, и Уолтер будет отомщен…
Мак-Лауд повернул голову и тихо сказал:
— Райнхардт не умер.
Но Ребекка не хотела ничего слышать.
— У тебя была его сабля, — злобно процедила она, готовясь нанести удар. — И это ты убил его!
— Нет, — Мак-Лауд повернулся к ней лицом и старался говорить как можно спокойнее и помнить, что перед ним еще одна жертва разыгравшегося Райнхардта. — Он где-то здесь. Здесь!
Мак-Лауд вдруг остро почувствовал, где же именно находится Райнхардт, и понял, что времени на пустые разговоры осталось совсем немного. А еще он понял, что Тесса была права относительно Ребекки, только сейчас от этого было не хуже и не лучше. Сейчас надо было, чтобы Ребекка ему поверила и как можно скорее. А пока что она недоверчиво фыркала и говорила:
— Нет, ты просто сумасшедший, если думаешь, что эти разговоры тебя спасут!
В ответ Мак-Лауд распахнул плащ и сказал так, словно исполнял приказ ноющей и надоевшей девчонки:
— Что ж, убивай. Ну!
Она застыла, как каменное изваяние. То ли ей было тяжело ударить мечом живого человека — пусть даже врага, но живого, а не кожаную куклу. То ли у нее действительно появились сомнения относительного того, что Райнхардт умер; то ли она, так же, как и Дункан, почувствовала его присутствие. Этого, конечно, не может быть, но иногда бывает даже то, чего не может быть никогда.
— Ну же! — настаивал Мак-Лауд. — Ведь ты готовилась к этому три года. Целых три года ты ждала этого момента! Давай, смелее! Отомсти! Ну…
Она вдруг завизжала, как побитая собака, и отдернула руку с зильбером от его груди. Отскочив на несколько шагов, она стояла и тихонько скулила, переводя взгляд с Дункана на меч. Дункан сделал шаг по направлению к Ребекке и спросил:
— Как ты нашла меня?
— Когда Уолтер умер, — безжизненным голосом ответила она, машинально поднимая зильбер, — остались его бумаги. Я однажды копалась в письменном столе и нашла их. Там были списки людей, и ты тоже был в списке.
— Списки людей? — Дункан удивленно поднял брови.
— Да. И все они были убиты.
— Этой саблей?
— Да. Ты единственный, кто остался в живых, а зильбер оказался у тебя. Тогда я поняла, что ты его убил.
— А ты знаешь, что это были за люди? — продолжал задавать вопросы Мак-Лауд.
— Они были врагами Уолтера.
16
Серебристый «мерседес» остановился на заднем дворе дома Ребекки. Райнхардт заглушил мотор и повернулся к сидящему рядом связанному Ричи.
— Только без глупостей. Хотя… — он махнул рукой и добродушно усмехнулся. — А, какие уж тут глупости! Подожди меня здесь, приятель.
Поправив ремень, стягивающий руки Ричи за спиной, он похлопал парня по плечу и, сняв с его шеи платок, завязал им рот, как кляпом, затянув на затылке большим и крепким узлом.
— Если твой друг, мистер Мак-Лауд, не пришел, — Райнхардт взглянул на часы, — то мы с тобой поиграем в одну очень интересную игру… — Он мечтательно поднял глаза и криво усмехнулся, от чего по спине О'Брайна побежали мурашки. — Я еще придумаю для нее название.