Гора Маккензи

Нужна женщина. Очень нужна.

Вульф Маккензи провел беспокойную ночь. Яркая полная луна освещала серебряным светом незанятую подушку по соседству. Тело мучило желание здорового мужчины, которое с каждым часом только усиливалось. Наконец он встал с кровати и обнаженным подошел к окну. Крупное тело двигалось с грацией хищника: плавно и мощно. Деревянный пол под босыми ногами казался ледяным, но Вульф радовался дискомфорту, который мог охладить ненаправленное желание, разогревшее кровь.

Бледный свет луны упал на характерное лицо Вульфа. Оно указывало на индейские корни даже больше, чем жесткие темные волосы до плеч и черные глаза с тяжелыми веками - высокие выступающие скулы, широкий лоб, тонкие губы, породистый нос. Так же ясно прослеживалось кельтское наследие отца, род которого всего одно поколение назад покинул Шотландское Нагорье. Кровь кельтов смягчила индейские черты, унаследованные от матери, и довела до совершенства лицо, словно вырезанное ножом. Вырезанное резко, чисто, сильно. Вульф родился воином. В его венах смешалась кровь двух самых воинственных народов в истории мира - команчей и кельтов. И этот факт военные обнаружили, едва он завербовался.

Вульф был страстным мужчиной и любил женщин. Обычно он контролировал желания, но временами они брали верх. В такие дни Вульф навещал Джули Оукс. Разведенная женщина, на несколько лет старше, жила в маленьком городе в пятидесяти милях от его ранчо. Их отношения длились уже пять лет. Ни Вульф, ни Джули не интересовались браком, но оба имели потребности и нравились друг другу. Вульф старался наведываться к Джули не слишком часто. Никто и никогда не видел его входящим в ее дом. Он бесстрастно принимал тот факт, что соседи возмутятся, если узнают про ее связь с индейцем. И не просто индейцем. Обвинение в изнасиловании прилипало к мужчине навсегда.

В субботу после обычных работ по хозяйству нужно будет забрать в городе стройматериалы для ограды. Ночь на воскресенье обычно бывает тоскливой, но не в этот раз. Пора навестить Джули и в ее постели избавиться от сексуального напряжения.

Ночью сильно похолодало, низкие тяжелые тучи закрыли луну и приготовились к атаке. Приближался новый снегопад. Возвращаться в одинокую кровать не хотелось. Лицо Вульфа оставалось бесстрастным, но чресла ныли. Ему нужна женщина.

***

У Мэри Элизабет Поттер в это субботнее утро хватало мелких хозяйственных забот, но совесть не давала ей покоя. И не даст, пока она не переговорит с Джо Маккензи. Мальчик бросил школу два месяца назад, за месяц до того, как она заняла место внезапно уволившегося преподавателя. Никто не упомянул про Джо, но Мэри наткнулась на его школьное дело и с любопытством прочитала. Оно просто ошеломляло. В маленьком городке Рат, штат Вайоминг, учеников было не много, и Мэри считала, что познакомилась со всеми. Фактически, их насчитывалось чуть меньше шестидесяти и все хорошо учились. Поэтому любой бросивший школу вызывал удивление. А Джо учился лучше всех в классе, отлично по всем предметам. Неуспевающий ученик еще мог бросить школу, но не отличник. Инстинкт учителя подсказывал, что Джо не мог уйти без серьезной причины. Обязательно нужно переговорить с ним, заставить понять, насколько для его будущего важно продолжить образование. Шестнадцатилетний подросток слишком молод и может совершить ошибку, о которой будет сожалеть всю оставшуюся жизнь. Она не успокоится, пока не уговорит мальчика вернуться.

Всю ночь шел снег, мороз стал обжигающим. Вокруг ног терся и печально мяукал кот, как будто жалуясь на погоду.

– Знаю, Вудроу, – пожалела она любимчика. – Твоим лапкам холодно на ледяном полу.

Оставалось только посочувствовать. С тех пор как Мэри поселилась в Вайоминге, казалось, ноги ни разу не согрелись.

До наступления следующей зимы Мэри пообещала себе приобрести пару теплых, крепких, водонепроницаемых сапог на меху. Вот тогда можно будет топать по снегу, как будто она делала это всю жизнь. На самом деле сапоги нужны уже сейчас, но расходы на переезд практически опустошили счет, а уроки ее бережливой тети не позволяли покупать вещи в кредит.

Вудроу снова замяукал, когда она надевала самые теплые и практичные ботинки, которые имелись в ее распоряжении и которые про себя называла «прощай молодость». Мэри прервалась ненадолго, чтобы погладить его за ушами и по выгнутой от удовольствия спинке. Кот достался ей вместе с домом, снятым для нее школьным советом. Кот, как и дом, был не Бог весть что. Возраст Вудроу на глаз не определялся, но и он, и дом казались немного потрепанными. Мэри всегда противилась появлению кота в доме, как завершающему штриху к образу старой девы, но от судьбы не уйдешь.

Старая дева. Живет с котом. Носит практичные ботинки «прощай молодость». Картина завершена.

– Всяк сверчок знай свой шесток, ­– сказала она коту, который повернулся и поглядел на нее бесстрастным взглядом египетского Сфинкса. – Но тебе-то какая разница? Тебя не должно волновать, что мой личный шесток, как оказалось, не выше удобных теплых сапог и кота.

Посмотрев в зеркало и убедившись, что волосы аккуратно уложены, Мэри вздохнула. Практичные ботинки и коты – именно ее стиль, как и бледность, невысокий рост и неприметность. «Мышиная внешность» - самое подходящее определение. Мэри Элизабет Поттер родилась для участи старой девы.

Она утеплялась как могла, даже надела носки, но на этом решила остановиться. Изящные белые сандалии с длинными развевающимися юбками - это одно, а носки до колена с шерстяным платьем – совсем другое дело. Ради тепла можно одеться не очень элегантно, но не так, чтобы обливаться потом.

Ладно, нет причин откладывать поездку. Все равно до весны теплее не станет. Мэри готовилась к удару ледяного воздуха. Насколько же приятнее тепло Саванны! Она покинула небольшой уютный домик в Джорджии ради крошечной школы в Вайоминге, чтобы привнести немного волнения в привычный образ жизни. И даже могла себе признаться в легкой тоске по приключениям, хотя никогда бы не сказала об этом вслух. Как Мэри не готовилась к снегу и ветру, но такой стужи она не ожидала. Не удивительно, что в школе мало учеников, подумала она, открывая дверь. От порыва ветра перехватило дыхание. Взрослые боятся снять с себя даже часть одежды, чтобы повысить рождаемость!

В практичные ботинки набился снег, а она даже не дошла до своего практичного двухдверного седана-шевроле среднего размера, для которого перед поездкой в Вайоминг пришлось купить новые зимние шины. Согласно утреннему прогнозу погоды, переданному по радио, ожидалось не выше минус семи. Мэри снова взгрустнула по Саванне. Наступил март, весна там уже в полном разгаре, все буйно цветет.

Вайоминг не менее красив – дикий и величественный. На взметнувшихся до небес горах затерялись маленькие строения, созданные человеческими руками. Ей обещали, что весной луга покроются ковром полевых цветов, и кристально-чистые ручьи запоют весенние песни. Вайоминг можно считать иным миром по сравнению с Саванной, а ее саму – пересаженной магнолией, испытывающей все прелести акклиматизации.

Подробное описание дороги до дома Маккензи Мэри получила, хотя информация давалась неохотно. Ее очень озадачило, что никто не интересовался судьбой мальчика, хотя к ней жители небольшого городка относились дружелюбно и с желанием помочь. Самый откровенный комментарий она получила от мистера Херста, хозяина универсального магазина, который пробормотал: «Маккензи не стоят ваших забот». Однако Мэри считала своей заботой каждого ребенка. Она стала учительницей по призванию и хотела преподавать.