Чтение онлайн

представлениях о судьбе приводит теперь к установлению у Гомера разных типов

отношения к действительности. И если началось это отношение с абсолютной мифологии

и полного подчинения человека судьбе, то кончилось оно освобождением человека от

общинно-родовых авторитетов, т. е. освобождением его от безусловной власти мифа и

судьбы и кануном греческой, уже вполне светской натурфилософии.

Судьба, следовательно, у Гомера не только есть сама же действительность, но вместе

с этой действительностью имеет также и свою историю. Таким образом, в результате

анализа исторических напластований в представлении Гомера о судьбе мы получаем более

широкое учение о судьбе, настолько широкое, что оно делает возможным любую

самостоятельность человеческого индивидуума и человеческого общества, вплоть до

полного освобождения и гуманистически-цивилизаторской независимости свободного

мышления вообще. В заключение приведем замечательное высказывание Белинского о

судьбе у Гомера, которое поражает своей большой проницательностью и весьма

отчетливым сознанием связи эпического стиля с реалистическим пониманием судьбы.

Белинский пишет:44) «Что же такое эта «судьба», которой трепещут люди и которой

беспрекословно повинуются сами боги? Это понятие греков о том, что мы, новейшие,

называем разумной необходимостью, законами действительности, соотношением между

причинами и следствием, словом, – объективное действие, которое развивается и идет

себе, движимое внутреннею силой своей разумности, подобно паровой машине, – идет не

останавливаясь и не совращаясь с пути, встречается ли ей человек, которого она может

раздавить, или каменный утес, о который она сама может разбиться». Гомеровское

воззрение на судьбу есть первая в истории материалистическая философия.

III. Общие итоги.

Подведем некоторые итоги.

1. Мифология. Художественная действительность у Гомера есть отражение и

переработка общинно-родовой эпохи. Но последняя, желая объяснить природу и мир,

переносит на них наиболее понятные в то время общинно-родовые отношения, в

результате чего и возникает мифологическое понимание действительности.

Следовательно, художественная действительность у Гомера есть мифология.

2. Эпос. Общинно-родовая формация есть первобытный и стихийный коллективизм,

в котором отдельный индивидуум еще не живет самостоятельной жизнью. Но

действительность, в которой все индивидуальное живет только общими закономерностями

жизни, есть эпос. Следовательно, художественная действительность у Гомера – эпическая.

3. Героика. Общинно-родовая формация имела свою длинную историю. Какой же ее

период нашел у Гомера свое преимущественное отражение? Период, когда личность

достаточно выросла, чтобы сравняться со своим родоплеменным коллективом и жить с

ним общей жизнью, но уже на основе разумно-волевого согласования с этим коллективом.

Другими словами, личность здесь становится героем, который беззаветно предан своему

народу и является его постоянным защитником и организатором. Следовательно,

художественная действительность у Гомера есть героический век.

4. Поэтизация труда и быта. Поскольку художественная действительность у Гомера

носит эпически-героический характер, она несет на себе все особенности эпически-

героического мировоззрения и прежде всего его постоянную торжественность и

наивность, его любовь к обстоятельному изображению мелочей, но в то же время их

трактование возвышенным образом, так что они уже перестают быть мелочами. Это

особенно бросается в глаза при изображении Гомером трудовой деятельности. Она у него

большею частью лишена всякого прозаизма, всегда опоэтизирована и всегда создается

высококачественный художественный продукт, который обязательно имеет и вполне

производственное, вполне практическое значение и в то же время всегда настолько

прекрасен, что заставляет любоваться им независимо от его утилитарного назначения. Все

сказанное о труде можно отнести и к изображению быта. Следовательно, художественная

действительность у Гомера есть не просто героический век, но тем самым она есть еще и

постоянное стремление к опоэтизации труда и быта.

5. Гуманистически-цивилизаторская тенденция. Но Гомер – не только

героический век. Завершение поэм Гомера относится к периоду разложения общинно-

родовой формации и происходило накануне перехода от доклассового общества уже к

[342] классовой, а именно рабовладельческой цивилизации. Это значит, что Гомер уже

подвергает своей сознательной рефлексии весь общинно-родовой строй, который является

для него отнюдь не такой средой, в которой он жил бы совершенно непосредственно и

наивно, но является предметом то эстетического любования, то критического

рассмотрения, а то и прямой оппозиции. Следовательно, художественная