Шрифт:
Елена Петухова
Голубые апельсины
Сегодня у нас на рынке я увидела голубые апельсины... Предвкушаю ваше удивление, но, на самом деле, рядом с обычными оранжевыми лежала кучка небесно-голубых апельсинов среднего размера. Я заинтересовалась и подошла к продавцу, толстому (на 120 кг), ухмыляющемуся лицу кавказской национальности.
– Почем эти у вас?
– спросила я, показывая на кучку.
– Дэсят рублей, дэвушка...
– ответило лицо и предложило: - Бэрытэ, красавица!!! Дешево...
– Они просрочены? Стухли? Или с ними что-то не в порядке? Почему голубые?
– с подозрением взглянула я на продавца.
Это был глупейший вопрос, я согласна... Просто я вспомнила своего маленького брата, который считал, что абсолютно все продукты питания, как то апельсины, яблоки, яйца, рис, молоко, хлеб и т. д. тухнет. И доказать, что не все так плохо, я никогда не могла, сраженная наповал его запутанными рассуждениями...
– А-я=яй, дэвушка... Зачэм так?
– покачал головой толстяк.
– Оны сорт другой... С Лумумбы...
С такой страной-поставщиком апельсинов я была незнакома...
– А она существует?
– засомневалась я в честности продавца.
– Конэшно, дорогая, - бойко ответил он и начал складывать странные апельсины в авоську.
– Бэретэ? Ведь Лумумба обычно не поставляет апельсины: все они съедаются коренными жителями, только апельсинами и питаются в основном... просто сейчас в Лумумбе экономический кризис, вот и продают народное богатство...
Тут толстяк подмигнул мне и кровожадно облизнулся... Хотя нет, не кровожадно, а похотливо, как это бывает с лицами кавказской национальности.
– Беру!- испуганно сказала я, доставая десятку из сумочки. Испугалась я того, что лицо вдруг разговорится и начнет задавать вопросы, касающиеся моей личной жизни, прозрачно намекая на себя как подходящую кандидатуру на роль мужчины моей мечты...
Я взяла апельсины и осчастливленная столь необычной покупкой пошла домой, а вслед неслись слова продавца, желающего приятного аппетита. Правда, перед этим, сделав строгое выражение лица, я предупредила продавца о том, что в случае чего( а именно:инфекционного заболевания, пищевого отравления или моей безвременной кончины, причинно связанных с процессом употребления в пищу голубых апельсинов) я обязательно привлеку его к ответственности...
Я шла по улице, светило солнышко, на дорогах всюду были огромные лужи вестники наступающей весны... Я перепрыгивала через эти лужи, и жалела, что плохо знаю географию и вообще не представляю, где может находиться Лумумба, кто ее населяет и почему там так много апельсинов. Я радовалась6 что есть в мире страна, где питаются только апельсинами, (не то что мы!) и что там они голубые...
Потом я пришла домой, выложила апельсины на стол и любовалась ими... В дверь позвонили. Это был Сашка. Сашка всегда заходил ко мне, каждый день, и я даже привыкла называть его "мой Сашка", хотя он был вовсе не мой, или я не его... Hе знаю, не разобралась...
Он спросил, как дела. Hа это я, не скрывая восторженности, похвасталась своим приобретением:
– А я, Сашка, апельсины голубые купила!!! Вот...
Сашка почему-то не восторгался и не удивлялся, а спросил:
– А зеленых там не было?
– Зеленых не бывает!
– съязвила я.
– Только голубые, с Лумумбы.
– Ага, - кивнул Сашка, - а я слышал, что на Гватемале зеленые...
Я презрительно фыркнула. Hевежа! Он не верит мне, что я купила такой редкостный фрукт, мне повезло, их ведь было всего-то килограмм... И он даже не представляет, что они существуют, голубые апельсины!
Я повела Сашку на кухню и победоносно глядя на него показала небесно-голубую кучку.
– Ух ты!!!
– наконец-то удивился он.
– И на самом деле голубые... А я думал, ты меня разыгрываешь... первое апреля ведь сегодня...
Вот оно что... Первое апреля - никому не верю... А я то не понимаю, почему он так себя ведет.
Когда все выяснилось, мы решили приступить к поеданию неординарных фруктов. Мы взяли каждый по апельсину и стали чистить.
– Посмотри, внутри как обыкновенные... оранжевые...-разочаровалась я первая, показывая Сашке оголенную от голубой корки мякоть.
– Да... Если бы не цвет...- ответил он, отправляя дольку в рот. Потом он начал пристально разглядывать голубую одежку.
Потом он засмеялся. Потом, давясь от смеха, показал мне: одежка тоже была самой обыкновенной, просто тщательно выкрашенной кем-то в голубой цвет... А Сашка отскреб краску и моему взору предстала оранжевая апельсиновая корка.
– Ой!
– вырвалось у меня.
– И никакие они не голубые... Hе с Лумумбы... С первым апреля тебя!
– и Сашка опять засмеялся.
Я насупилась: вышло, что меня безжалостно надули...
– А ты что же?
– спросила обиженно я.
– Ведь поверил, что настоящие?!
Сашка хитро улыбнулся и сказал:
– Hичего подобного! Ведь я их сам красил... Вчера вечером... И на базар отнес, тому толстяку, чтоб именно тебе продал. Фото твое показал... Тот мужик матери моей всегда все дешево продает, и меня знает, вот и оказал мне услугу...
Сашка вынул десять рублей и положил на стол:
– Тебе компенсация... За рухнувшую мечту о голубых лумумбовских апельсинах...
И передразнил лицо кавказской национальности:
– В Лумумбэ всэ ими питаются... Просто сейчас экономический кризис, вот и продают народное богатство...
Тут я засмеялась тоже... И перестала обижаться... Ведь я поняла: за чудом вроде нужным погонишься, а нечудо нужнее найдешь!
И все как с голубыми апельсинами выйдет...