Чтение онлайн

— Откуда вы знаете?

— Я их видел.

Соломон опустил кулак, но не встал. Он сердито посмотрел на своего пленника, гадая, сколько людей ходило за ним по пятам в последние дни и почему, черт возьми, он этого не заметил.

— Прошу вас, — сказал мужчина. — Я не хочу причинить вам вред. Я только хочу поговорить.

Соломон обшарил его, обнаружил в плечевой кобуре пистолет. Положил его к себе в карман, затем перекатился на бок и встал.

Мужчина в плаще приподнялся на локтях. Посмотрел на возвышающегося над ним Соломона.

— Меня зовут Виктор Амаду. Спасибо, что не убили меня.

— На здоровье, — машинально отозвался Соломон. И протянул руку, помогая мужчине встать.

Минуту они оправляли одежду и отряхивались от пыли. Амаду пригладил короткие седые волосы.

— Может, выпьем кофе? — предложил он. — В том кафе, где вы меня заметили. Ничто не мешает нам побеседовать в цивилизованной обстановке.

Соломон согласился. Они вышли из проулка и свернули за угол.

— Здорово проделано, — заметил Амаду. — Эта ловушка в проулке.

— Вы знали, что я вас засек. Почему вы не отстали?

— Потерял бдительность. Я спешил. Время истекает, а нам еще многое нужно обсудить.

— Что — многое?

— Сначала кофе. Возможно, круассан.

В кафе «Оле» имелась стойка и несколько круглых столиков. На оштукатуренных стенах висели яркие сомбреро и афиши боя быков. Занят был только один столик, за ним сидел и читал газету седой старик.

Амаду изучил выставленные под стеклом на прилавке пирожные и разочарованно покачал головой.

— У них несвежий вид, — пробормотал он, обращаясь к Соломону.

Они заказали кофе и, отнеся горячие бумажные чашки к самому уединенному столику, сели друг против друга. Амаду понюхал кофе, сделал глоток и пожал плечами, как бы говоря: «Придется удовольствоваться этим».

— Итак, Виктор, — сказал Соломон. — Откуда вы? Из Нигера?

— Я работаю у Клода Мирабо, посла Нигера в Соединенных Штатах. Обычно мы сидим в Вашингтоне. Но в Сан-Франциско мы приехали, чтобы встретиться с Шеффилдами и отговорить их от вмешательства в дела нашей страны.

Соломон лишь кивнул, стараясь не показать, как мало ему известно.

— Перед нашей с вами встречей в коридоре мы провели крайне неудовлетворительную встречу с Кристофером Шеффилдом. Вообще-то нам нужен был Майкл Шеффилд, но его не оказалось.

— Он был в Африке, — сказал Соломон.

— Я слышал об этом. Но, если он в то время находился в нашей стране, он въехал туда нелегально. Регистрации не было. Я проверил.

— Насколько трудно въехать незамеченным?

— К сожалению, совсем нетрудно. Наши границы прозрачны. Мы не можем уследить даже за скотиной, которая бродит туда-сюда, не говоря уж о людях, которые гораздо хитрее. Майкл мог встречаться с генералом Гомой на его ранчо, у самой границы. Это вероятно.

— С Гомой?

— Вы о нем знаете?

Соломону ужасно не хотелось раскрывать свои карты, но он никогда не слышал этого имени, в чем и признался Амаду.

— А. Тогда, быть может, вам не помешает небольшое знакомство с системой правления Нигера.

— Почему нет?

Амаду улыбнулся и, глотнув кофе, начал:

— Мы — демократическая республика, так? Каждые пять лет у нас проходят выборы президента. Очередные состоятся в это воскресенье. В последние десять лет нашим президентом был человек по имени Ибрагим Будро.

Соломон кивнул. Он находил это имя в интернете.

— У Будро, скажем так, не самая лучшая репутация, — продолжал Амаду. — Наша страна очень бедна, однако он разбогател на своем посту. Это всегда… э… подозрительно.

— Вы подразумеваете, что он нечист на руку?

Амаду засмеялся, обнажив яркие, ровные зубы.

— Очень хорошо. Обожаю выражение «нечист на руку». Такое американское. Да, вы бы сказали, что он нечист на руку. Он прикарманивает деньги, которые должны идти народу. Многие страны и ООН присылали в Нигер деньги и продовольствие во время неурожая. Будро и его люди забирали большую часть денег, а еду продавали. Мой народ голодает…

— А Будро и его дружки богатеют.

— Точно. Наша страна живет сельским хозяйством, в основном животноводством, но засуха погубила пастбища. У нас не так много природных ресурсов…

— А как насчет урана?

Глаза Амаду вспыхнули:

— А! Вот мы и подбираемся к сути вопроса. У нас вторые по величине залежи урановой руды в мире, после Австралии. Две огромные шахты рядом с городом Арлит и завод по производству желтого кека, которым управляет группа французских бизнесменов.

— Позвольте мне угадать: они платят Будро.

— Вы очень сообразительный человек, мистер Гейдж.

— Оставьте. Как сюда вписываются Шеффилды?

Амаду поднял длинный палец:

— Еще немного информации общего порядка. Как я сказал, в воскресенье моя страна голосует. Будро, естественно, снова выставляет свою кандидатуру и лезет из кожи вон, чтобы дело решилось в его пользу. Но велика вероятность того, что народ проголосует не за него, а за некоего Жака Лорана. Вы не слышали о Лоране? Нет? Лоран — реформатор, немного левого толка, но не настолько, чтобы встревожить Запад. Он преподаватель столичного колледжа. Выступает за подотчетное правительство и хочет принять меры против взяточничества.

— Плохие новости для дружков Будро.

— И для французов, которые рады платить Будро, чтобы без помех заправлять на шахтах.

— А Шеффилды? На какую лошадку они ставят?

— На какую лошадку? — Амаду снова засмеялся. — Лошадка. Это забавно.

Соломон смотрел на него и ждал.

— Шеффилдам Будро, разумеется, не нравится, потому что он… как это вы говорите? — в кармане у французов. Oui? Но и Лоран им не нравится, потому что он хочет национализировать урановые рудники.

Амаду замолчал, подняв брови и ожидая подсказки. И Соломон его не подвел: