Чтение онлайн

— Но если он так поступил, то с какой стати оставил кошелек? К тому же было бы до смешного рискованно волочить убитую по улице.

— Вы когда-нибудь совершали убийство, Эбби?

— Нет. А вы?

— Тоже не совершал. — Кросс попытался улыбнуться. — Но знаю, что такое убийца. Представьте самый сильный стресс, который вам выдалось пережить, и помножьте на сто. Невозможно дышать и думать. В такие моменты люди совершают странные поступки и допускают фантастические ошибки.

— Есть еще одна возможность совершить убийство, о которой вы не знаете.

— Эбби, существует множество других вариантов.

— Но это именно то, что реально случилось.

— И что же это такое? — спросил полицейский с подчеркнутым терпением.

Мне даже не хотелось произносить это вслух. Пришлось принуждать себя.

— Вы заметили, что с тех пор, как все случилось, я изменила внешность?

— Заметил.

— Вы бросили меня на произвол судьбы, оставили без всякой защиты. Пришлось побеспокоиться самой, чтобы замести следы. Почти никто не знает, где я остановилась. А тот человек... который меня похитил, видимо, в курсе лишь того, где я работала и жила раньше. Я разговаривала с ним об этом. И насколько помню, называла имя Терри.

— Да?

— Вам не приходилось замечать такую закономерность: если распадаются пары и один из партнеров тут же заводит любовника, то он, как правило, словно клон, похож на прежнего?

— Нет, не приходилось.

— Но это в самом деле так. Я была поражена, когда столкнулась с этой Салли. Спросите у Терри, я даже им об этом сказала.

— Весьма тактично.

— Она не согласилась. Разумеется, ей это было неприятно. Да и судить она не могла. К тому времени я настолько изменила внешность, что мы выглядели совершенно по-разному. Я хочу сказать, что тот, кто меня похитил, думает, что я живу там. Он до сих пор не арестован, и я представляю для него человека, от которого исходит опасность. Убив меня, он почувствует себя свободным. Но единственный способ меня обнаружить — караулить у дома Терри. И вот, заметив, как Салли выходит поздно вечером на улицу, он решил, что это я.

— Продолжайте.

— Он душит эту женщину, принимая ее за меня. Это единственное объяснение, в котором есть какой-то смысл.

Я подняла глаза на Кросса. Он не ответил — казалось, все свое внимание сосредоточил на управлении машиной. И тут мне пришло в голову:

— Он думает, что убил меня.

— Что?

— Тот человек полагает, что я умерла. Чувствует себя в безопасности. Наверное, не сознает, что совершил ошибку. Если бы вы могли не объявлять какое-то время об убийстве или по крайней мере не называть имя жертвы, я получила бы несколько дней для того, чтобы что-то предпринять.

— Неплохая идея, — буркнул полицейский. — Но к сожалению, в ней есть один недостаток.

— Какой?

— Я живу в реальном мире, и мы связаны всякими обязательствами. В частности, если кого-то убивают, мы не можем хранить это в секрете. Обязаны назвать имя жертвы и искать того, кто это сделал.

Несколько минут мы молчали, пока машина не подъехала к дому Джо.

— Знаете, что смешнее всего? — спросила я.

— Что?

— То, что вы мне не верите. Считаете фантазеркой или хронической лгуньей. Вы приятный человек и переживали больше остальных, что пришлось бросить меня на произвол судьбы, но факт остается фактом. И если бы вместо Салли там лежала я, вы бы решили, что убийца — Терри, и тот человек, который похитил меня, вышел бы сухим из воды.

Кросс наклонился ко мне и накрыл мою руку ладонью.

— Эбби, я вам еще раньше сказал, как только обнаружатся новые улики, мы немедленно вновь откроем ваше дело. И если ваша подруга...

— Джо.

— Если Джо не объявится в течение нескольких дней, сообщите мне об этом. И будьте уверены, никто не оставлял вас на произвол судьбы, как вы это утверждаете. Просто у нас нет ни единой улики, кроме одной — ваш приятель Терри избивал вас в прошлом и незадолго до того, как вы потеряли сознание. Это все, чем мы располагаем. И если бы, прости Господи, вчера вечером нашли бы вас, а не Салли, не исключено, что убийцей в самом деле оказался бы Терри. Вам не приходило такое в голову? По моему убеждению, вам крупно повезло, что вы от него ушли.

— Но как быть с моим исчезновением? Вы и это собираетесь на него повесить? Не забывайте, у него есть алиби.

Кросс помрачнел:

— Его рассказ, и не более. У нас имеется масса всяческих мнений и никаких улик. А теперь еще труп женщины, который нашли неподалеку от дома человека, который вас бил.

Я открыла дверцу и вылезла из машины. Затем нагнулась и в свете уличного фонаря посмотрела ему в лицо.

— Завтра фамилия Салли появится в газетах, и он будет знать, что ему надо снова выходить на охоту. В конце концов вы поймете, что я говорила правду. Я найду способ это доказать.

— Каким образом?

— Узнаете, когда найдете меня мертвой. Меня задушат в какой-нибудь канаве. А вы будете сочувствовать и винить во всем Терри.

— Вы правы, — ответил Кросс.

— В каком смысле?

— Я буду сочувствовать.

Я так сильно хлопнула дверцей, что машина задрожала.

Я подняла голову и взглянула на окна. Квартира Джо казалась пустой и темной. Я сунула ключ в замок и представила, что придется провести одной вечер и ночь, думать о мертвой Салли и ждать, когда настанет утро. Не лучше ли вернуться к Сэди, или Сэму, или Шейле? Но эта мысль наполнила меня отчаянием. Придется рассказать им все, что случилось с момента нашей прошлой встречи. И хотя я видела их всего несколько дней назад, за это время произошло столько событий, что теперь мои друзья были от меня очень далеки. Я выпала из их мира, превратилась в незнакомку.

Однако глупо было стоять на улице в качестве неподвижной мишени. Я повернула ключ, толкнула дверь, взглянула на пустую лестницу, и мне стало страшно. Я снова закрыла дверь и, привалившись к створке, старалась спокойно дышать. Какая-то моя часть хотела сползти вниз и распластаться на дорожке. Я бы свернулась калачиком, обхватила голову руками и лежала здесь умирающим зверьком. А делами пусть занимается кто-нибудь другой. Меня поднимут и отнесут в теплое безопасное место, и мне не придется день за днем продолжать жить, как сейчас.

Но я вышла обратно на большую улицу и, поймав такси, велела ехать в Белсайз-парк. Номера дома я не помнила, но решила, что, увидев его, узнаю. Правда, хозяина могло не оказаться на месте. И я не представляла, что я скажу, если он откроет.

Дом я нашла легко: запомнила дерево на тротуаре перед подъездом и каким-то образом знала, что здесь есть кованый забор. Свет горел и на первом, и на втором этажах. Я дала таксисту десятифунтовую бумажку и сказала, чтобы сдачу он оставил себе. И на ватных ногах, чувствуя, как перехватывает в горле, подошла к двери. Не исключено, что у него застолье. Или он с кем-нибудь лежит в постели. Я нащупала молоток и тихонько постучала. А когда услышала шаги, у меня невольно вырвался вздох облегчения.