Голод
Шрифт:
Вот теперь точно все. Прочь из этого проклятого места! Назад к Катерине, к солнечному свету. Теперь можно. Макс поднялся на ноги, подобрал автомат, который оставил возле колодца, прежде чем спуститься туда, и зашагал в сторону выхода.
За спиной полыхало бьющее из-под земли холодное зеленое пламя, ярко освещая просевший каменный свод.
Глава 23
ЛИЦОМ К ЛИЦУ
Что это за место? Бетонный бункер, где они сидели за решеткой? Но там она уже была и никого не обнаружила. Юля взглянула на показавшееся справа поклеванное пулями одноэтажное здание. В бункере они сразились с первым стражем демона и уничтожили его. Но монстр открыто продемонстрировал свою чудовищную сущность еще на берегу, когда напал на них. Может быть, голос советовал ей отправиться туда?
Возвращайся туда, где все началось. Возвращайся…
Вернуться можно только назад. Но куда назад? На берег? Обратно на Заставу, где демон впервые начал убивать людей? Нет! Его первой жертвой стал Павел! Демон убил его в штольне! Оттуда же он вырвался двадцать лет назад, когда расправился с жителями поселка — служившими на полигоне солдатами и моряками с выброшенного на мель корабля! Там находится его логово! И там очень и очень темно!
Юля больше не сомневалась, куда ей надо спешить. Забыв про голод, боль и усталость, она бросилась к возвышающейся за поселком мрачной сопке.
На этот раз Макс запомнил весь свой путь до мельчайших подробностей. Как, спотыкаясь, шел по обломкам ледяных монстров, а их рассыпавшиеся по туннелю куски хрустели под ногами. Как пробирался между выстроившимися словно на параде окоченевшими мумиями, в которых превратились стражи демона, после того как холод окончательно сковал их тела. Как остановился передохнуть у погасшего костра, где — кажется, это было в другой жизни — вместе с Седым и своими погибшими товарищами он пережидал разразившийся на море шторм.
Недалеко от этого места он расстался с Катериной, и Макс решил, что она будет ждать его здесь. Но возле костра Кати не оказалось. Где же она? Выбралась наружу? Это с вывихнутой, а то и сломанной ногой?! Хотя до выхода оставалось не более трех десятков шагов, Макс сомневался, что Катерина самостоятельно смогла пройти это расстояние. Да и зачем ей выходить? Ведь они договорились встретиться в туннеле… У него возникло нехорошее предчувствие.
— Катя! Где ты? Ты меня слышишь? — громко крикнул Макс, но не получил ответа.
Руки сами собой сжали висящий на шее автомат. Исчезновение Катерины имело только одно объяснение: на нее напали выжившие стражи Нга. Похоже, схватка еще не закончилось, и обреченный монстр не собирается сдаваться. Может, ему наплевать и на ядерный взрыв, ведь это существо из другого мира? Макс похолодел. Что если Катя ошиблась, и взрыв ядерной мины не причинит этой твари никакого вреда?! Что ж, меньше чем через час он узнает ответ. Если доживет…
Держа автомат перед собой, Макс осторожно двинулся к выходу.
Прозванный демоном бестелесный хищник пристально следил за движением сгустка тепла, приближающегося к выходу из штольни. Это молодой охотник по имени Макс-Зверобой медленно брел по туннелю. Охотник устал и замерз, что было неудивительно, ведь он подошел к самому краю границы миров. Так близко к логову демона не приближалось ни одно существо, живое или мертвое.
Стражи оказались недолговечны — лишенные собственной энергетической оболочки они быстро разрушались. Но, что еще хуже, управлять ими можно было только на расстоянии. При приближении к обители своего создателя его бьющая из-под земли энергия просто разрывала их хрупкие ледяные тела. А человек или зверь, почувствовав присутствие чужой силы и ощутив на себе ее воздействие, в ужасе бежал без оглядки.
Макс-Зверобой оказался первым из живых, кто по собственной воле отправился к логову Подземного владыки, добрался до него и заглянул в трещину, расколовшую границу миров. От того, что открылось ему по ту сторону черты, Зверобой едва не лишился чувств, но не устрашился увиденного. Одержимый ненавистью и жаждой мщения он взвел и установил врученный ему ядерный заряд, и даже как-то сумел выбраться из ямы, хотя демон был уверен, что охотник упадет замертво, едва услышав его яростный рев.
Охотник совсем ослаб и едва держится на ногах. Тем не менее, он, скорее всего, выберется из штольни. Слишком велико его желание увидеть солнце и свою спутницу. Пусть идет. Теперь уже нет смысла ему мешать. Менее чем через шестьдесят отрезков времени, которые люди называют минутами, все закончится. Правда, Зверобой этого уже не увидит…
Катерина сидела на камне лицом к выходу. Глаза закрыты, словно она заснула. Или умерла! Увидев ее неподвижную фигуру, Макс тоже застыл на месте. В этот момент Катя открыла глаза и произнесла:
— Я жду тебя. Жаль, что она не пожелала присоединиться ко мне. Мы бы встретили тебя вместе.
— Она? — растерялся Макс. — О ком ты говоришь? И как ты выбралась наружу с поврежденной ногой? Тебе стало лучше?
По лицу Катерины он видел, что это не так. Ее кожа побледнела и покрылась глубокими морщинами, словно Катя внезапно постарела лет на десять. Да и вся поза женщины выглядела как-то слишком, даже чересчур (неестественно) напряженной.
Но, несмотря на это, тонкие губы Катерины растянулись в широкой улыбке.
— О да! — громко произнесла она. — Мне гораздо лучше. А скоро будет совсем хорошо. Я в восхищении. Жаль, что она этого не видит.
В голосе Катерины отчетливо звучал непонятный сарказм, словно она… Насмехается над ним! Но Максим никак не мог взять в толк, что это означает.
— О ком ты все время говоришь?! — повысил голос Макс. Странное поведение женщины испугало его не на шутку.
— О ком? — удивилась Катерина. Или ему это только показалось. — О дочери седого кормщика. Твоей любимой.
— О Юльке?! Где она?!
— После того, что ты сделал для меня, это уже неважно. Где бы она ни была, ей конец.
— Конец, — дрогнувшим голосом повторил Макс, отступая. По всему телу пробежала дрожь, а в душе вдруг откуда-то возникло ощущение совершенной им чудовищной, непоправимой ошибки. — Но что я такого сделал?
— Освободил меня!
Катерина внезапно оказалась на ногах. Макс даже не заметил, как это произошло. Еще мгновение назад она сидела на камне и вот уже стоит во весь рост, наведя на него свой пистолет.