Чтение онлайн

В бронированном шагоходе охранной службы, оплаченном кинокомпанией «Херст-Пате», изобретатель, наконец, доставил Алека с его людьми в огромную башню, гвоздем торчащую над небольшим приморским городком Шорэмом.

«Голиаф» вздымался подобно небоскребу, эдаким гигантским кузеном султановой башни Теслы в Стамбуле. Центрального исполина окружали четыре башни поменьше, а на нем самом короной горела в солнечных лучах облицованная медью полусфера. По ней, словно муравьи, лазили работники, делая последние приготовления к предстоящему нынче вечером испытанию. Внизу у башен среди дымящих труб располагалась кирпичная электростанция. На огороженную территорию пинкертоновский шагоход попал через высокий забор колючей проволоки. Для защиты от туристов и случайных нарушителей этого заслона вполне хватало, но не видно было, что могло бы остановить, скажем, штурмовой шагоход. Спустя два дня после отлета «Левиафана» прибыл курьерский орел с письмом от Дэрин. В письме она передавала сообщение от Лилит, а также обещала, что «Левиафан» будет барражировать вдоль побережья, по возможности высматривая подводные лодки или какие-нибудь там «водоходы», как говорилось в послании. Лично Алека Дэрин просила о германской угрозе никому не распространяться. Однако, глядя на двух беспечных сторожей, что, прислонив к караулке свои допотопные ружья, закрывали сейчас ворота, Алек подумал, что при данном раскладе неразглашение не такая уж здравая мысль. Если он со своими людьми оказывается здесь, на пути у беды, то немного поделиться информацией, скорее всего, не мешает. Алек толкнул сидящего рядом Клоппа, который в данную минуту клевал носом:

— Мастер Клопп, приехали!

Клопп сонно уставился на Голиафа:

— Похоже на вундеркинда, который повернут на механических игрушках.

— Вундеркинда, надо сказать, с очень богатыми почитателями, — желчно заметил Фольгер.

Граф возился с прихваченной обильной кладью, вес которой он пытался распределить между Хоффманом и Бауэром.

Алек глянул на Теслу, который ехал рядом с пилотом, и, понизив голос, спросил:

— Мастер Клопп, вам никогда не доводилось слышать о штуковине под названием «водоход» — что-то вроде подводной лодки, способной вылезать на сушу?

— Водоход, — повторил Бовриль.

Старик тут же проснулся окончательно и нахмурил брови:

— Видел действующую модель, в четверть размера. Только она, юный господин, устроена как раз наоборот.

— В каком смысле?

— Водоход — это не подлодка с ногами, а вполне сухопутная машина, только водонепроницаемая. Может пробираться по дну реки или озера, вроде металлического краба.

Теперь нахмурился уже Алек:

— Но ведь такая машина не может пересечь целый океан?

Клопп поглядел на Хоффмана, который дал за него ответ:

— Нет, конечно, господин. Ее бы раздавило всмятку уже через сотню метров.

— Всмятку! — подчеркнул Бовриль.

— Получается, угроза пустая, — со вздохом облегчения сказал Алек, обращаясь сам к себе.

— Конечно, пустая, — согласился Хоффман, а затем добавил: — Правда, ее можно переправить и на корабле. Переправить, а затем скинуть на континентальном шельфе.

Клопп рассудительно кивнул:

— Ну, да. Скажем, метрах в пятидесяти. А уж до берега она доковыляет.

— Посмотрим, — буркнул Алек.

В целом маловероятно, чтобы германцы сумели провести сколь-либо крупный корабль через британскую морскую блокаду, но ведь этот самый водоход можно протащить и на какой-нибудь подводной лодке.

— Что именно вы собрались смотреть? — насторожился граф Фольгер. — Откуда вы об этой машине узнали?

— Из газет. — Алек поймал себя на том, что с некоторых пор врать ему удается все легче и искусней. А вообще, качество это, несмотря на всю предосудительность, несомненно, полезное. — Там муссировались возможные угрозы кайзера в адрес Теслы.

— И что той грошовой газетенке было известно о секретном оружии Германии? — резонно усомнился Фольгер.

— Да пока только слухи, — пожал плечами Алек.

Фольгер в тот момент, когда машина остановилась, сидел подозрительно сощурясь. Открылась дверца, и Алек выпрыгнул наружу, чтобы помочь спуститься Клоппу. Из авто, что ехало вслед за шагоходом, высыпали репортеры, направляя свои объективы на «Голиафа». Воздух здесь был с заметным привкусом соли. Открытое море находилось с той стороны на расстоянии с два десятка километров, но пролив Лонг-Айленд находился совсем рядом, в пешей досягаемости. Алек успел свериться по морским картам: пролив мелкий, водоходу переправиться ничего не стоит.

Алек посмотрел в небо. А впрочем, понятно: «Левиафан» сейчас слишком далеко, тайно зависает над узким перешейком между океаном и проливом. Хотя, возможно, с вершины центральной башни «Голиафа» из морского бинокля можно будет заметить… Под скептическим взглядом Фольгера Алек опустил глаза и заспешил вперед. Тесла уже размашисто шагал к башне, готовый осуществить доводку оружия окончательно. Если «Голиаф» с учетом усовершенствований сработает, как ожидалось, сегодняшние испытания изменят цвет восхода над Берлином — недвусмысленное предупреждение о том, что может произойти. Уж тогда германцам, в случае чего, несдобровать.

Аппаратная «Голиафа» смотрелась чем-то вроде жестянщицкой версии мостика «Левиафана». Она выдавалась вперед от крыши электростанции, а ее просторные окна давали обзор всех башен и темнеющего неба. По центру комнаты была встроена большая консоль с обилием рычагов и приборных шкал; вокруг громоздилось скопление покрытых светящимися трубками и стеклянными сферами черных ящиков на колесиках. Тесла отдавал своим людям распоряжения по множеству телефонных трубок, обеспечивающих связь с остальными зданиями комплекса. Через считаные минуты дым из труб электростанции повалил с удвоенной силой. Аппаратную наполнило электрическое жужжание, и у Бовриля шерсть встала дыбом.

— Поистине завораживающее зрелище, не так ли, ваше высочество?

Обернувшись, Алек не без удивления увидел возле себя Аделу Роджерс. Последние две недели репортерша Херста была на него в обиде за то, что сведения о папском письме он выдал не ей, а Малоне. Однако теперь ее пленяла важность момента, и глаза мисс Роджерс искрились в такт зажигающимся повсюду сферам и трубкам.

— Во всяком случае, это облегчение, — сказал ей Алек. — Быть может, мы в кои-то веки приближаемся к окончанию этой бойни.

— Никаких «может»! — категорично возразил у своих рычагов и ручек Тесла. — Этим вечером, ваше высочество, ваша вера в меня воздастся сторицей!

Мисс Роджерс бросилась писать в блокнотике:

— Мистер Тесла, что мы, по-вашему, сможем понять о вашем эксперименте отсюда, из этой комнаты?

— «Голиаф» представляет собой наземную резонансную пушку, в качестве конденсатора использующую саму планету. Вы увидите не что иное, как путь чистой энергии, которая исходит непосредственно из-под земли и устремляется в тропосферу!