Чтение онлайн

— Хорошо. Ты когда будешь?

— Примерно через три часа, — прикинул я время, быстро выстраивая в голове карту еще не прорисованной местности.

— Так, может быть, мне выйти на реку и забрать тебя с воды? — предложил Дагссон.

— Нет, ты там стоишь хорошо, прячься дальше. Сам подойду. Что хотел сказать… Да! Не будешь против, если я позаимствую у тебя палицу? Длинную, с набалдашником. Такой краснодеревщик, как ты, быстро себе новую выстругает.

— Убивать не хочешь?

— Да как сказать… Сейчас очень хочу.

— Персональную дубинку я тебе сделать не успею, мою возьмешь, — решил он. — А вообще, как говорят русские, дурью ты маешься.

— Дурь, говоришь? Нет, старина Эйнар. Просто ты ничего не понимаешь в силе и эффективности русского оружия.

Странное тут место.

Наши только начинают осваивать этот западный район плато за Мертвым Городом. Сюда ведет ответвление Хребтовой, как Гоблин в свое время обозвал дорогу, идущую вдоль гор. Узкая дорожка постепенно по сглаженным волнам почти исчезающих отрогов взбирается все выше, открывая виды на обширные подошвы предгорий. Здесь совсем другой лес. Не такой, как на равнине по окраинам саванны, а настоящий, таежный.

Все странное. Сама поляна посреди бескрайней тайги, раскинувшейся между берегом океана и горами, это чистая площадка, которую вполне можно назвать полем, и то, что на ней стоит… Да, именно полем, размером чуть больше футбольного. Если к нему прирезать вдоль длинных сторон беговые дорожки, как на большинстве стадионов, то по площади будет в самую точку. Только в футбол тут вряд ли кто-то будет играть, по крайней мере, в ближайшее время. Между прочим, поле это идеальной прямоугольной формы, словно его планировали нивелиром.

Площадку совсем недавно обновила Эльза.

Я обожаю полеты. Жаль, что это редкое удовольствие. Хотя мне жаловаться грех, летаю периодически. Наша главная летчица Благова на Амазонке планировала работать со сталкерами: у них больше оперативных задач, событий. Планировала, но вышел облом. Третий отказ за две недели, с тех пор как самолетик пригнали в Форт-Росс.

О третьем отказе она сообщила мне уже в воздухе, успокаивая: ничего серьезного, до базы дотянет. Но Федя Потапов свое обещание выполнит, не сомневаюсь. Он уже предупреждал ее после последнего ремонта, что в случае еще одного отказа остановит все полеты для комиссионного разбирательства. А врать ему не рекомендуется, накажет. Имея дело с авиацией, на Платформе вообще стоит быть суеверным.

Второй «Пайпер Каб» по-прежнему пашет в Замке, на Северном материке — это санавиация анклава, самолет используется под жестким контролем Зенгерши. А дежурная вертушка находится в оперативном распоряжении диспетчерской, нагрузка на нее приличная. Но возит Жан Ренггли в основном начальство.

Летать люблю, но тут напрягся, посадочка была не из рядовых. На подходе к цели Эльза начала вести неспешные радиопереговоры с ожидавшим нас на земле Монголом, не поленившись, сделала широкий квадрат, внимательно изучая место приземления, еще и меня смотреть заставляла. Затем она связалась со сталкерами еще раз, уточняя, какой ветер внизу, испарилась ли утренняя роса на траве, нет ли на поляне рытвин. Приняв решение о посадке, Благова хитро подмигнула — я сразу перекрестился, проверил привязные ремни и поплотней вжался в сидение. Летчица вышла на прямую, почти прижимая «пайпер» к кронам деревьев, дотянула таким вот чесом до самой кромки и мастерски нырнула, уверенно прижимая легкий летательный аппарат к грунту. Короткая пробежка, стоп, приехали, винт замер, мой горячий выдох.

И тишина.

Я нервно огляделся. Вокруг стояли прямые, как струна, сосны.

Прямо строй солдат на плацу. Калиброванные такие, ровненькие, хоть сейчас избушку руби. Хотя нет, слишком молоденькие они, им еще подрасти надо до делового использования. Эффектная темно-зеленая стена создавала обманчивое впечатление, что вокруг кроме сосен и нет ничего. Но я не обманывался, еще с воздуха заметив, что этот контур — полоска метров двадцати глубиной — на местности уникален, вокруг поляны простирается густой смешанный лес. Сплошные буреломы и чащобы, лишь в одном месте прорезанные подходящей с южной стороны тонюсенькой желтой ниткой затерянной грунтовки.

Эти сосны словно специально тут высадили. Да так оно и есть…

Дальше все было как обычно: я быстро выгрузился, сталкеры схватили антенны, канистры с топливом и прочее барахло, Kenwood TS-2000 из старых запасов я понес сам, такой аппарат никому не доверю. Я же хитрый! Полтора месяца назад Смотрящие открыли недельное окно на поставку дефицитной транзисторной аппаратуры. Все работники служб снабжения, естественно, словно сдурели, днями осаждая операторов терминалов и торопясь составить мотивированные заявки. Нахватал и я, несмотря на ворчание Потапова. Теперь жалею, что нахватал маловато.

Эльза, сняв наушники и расстегнув верхние пуговицы комбинезона, немного поболтала с затанцевавшими мужиками, пококетничала с ними, как водится, после чего села в кабину, развернула машину против ветра и была такова. Лишь крыльями качнула игриво, словно бедрами, она умеет. Хорошо хоть в щеку чмокнула, ведьма. И почти сразу же ошарашила сообщением о неисправности. Одни нервы, а не командировка.

Парни приехали сюда на «виллисе». Долго добирались. Группа Кастета полтора месяца назад случайно наткнулась на незнакомую грунтовку. Мужики поступили по инструкции — самодеятельность разводить не стали, сразу сообщив о находке Потапову, а тот скинул сектор на группу Монгола, поручив Луневу новую задачу.

Ребята пробились на запад, нашли новую дорогу и двинулись по ней. Сначала шли ровно, миновали кажущееся бесконечным редколесье, возникшее после пожара, объехали большой овраг, потом поднялись на низкую сопку, оставив тайгу с левой стороны. Скоро дорога стала похуже. Но не настолько, чтобы у проверенного в подобных путешествиях джипа и его опытного экипажа возникли проблемы. И не в таких местах проходили.

Вот, обнаружили…

Очень перспективное местечко. Нет, это не локалка.

Это черт знает что такое.

Строение стояло слева от меня. Если смотреть на него с точки приземления самолета, в дальнем углу, северо-запад по компасу. Думаю, все мы видели такие уродливые, грубые конструкции, собранные из огромных бетонных блоков шестиметровой длины. Промышленный минимализм в серых тонах, кошмар архитектора. Так строят понижающие подстанции, насосные очистных сооружений и блокпосты на дорогах. Как правило, у подобных строений очень мало окон, в стенах предусмотрена единственная дверь, зато есть большие прорези для ввода шлейфов коммуникаций. Крыша плоская, рубероид с заливкой на горячую.