Глупые игры... в Любовь
Шрифт:
– Ты мне так нужна… Я места себе не находил все это время, всё… мечтал.
… столько раз ты мне снилась.
… Жо, милая моя, дорогая… Девочка моя…
… присел на край кровати и бережно усадил меня себе на колени…
И снова ласки, и снова … любовь.
Жадные поцелуи, порхание фей в голове, дрожь в руках…
Сердце колотилось, как бешенное.
Задыхалась я, задыхался и он.
Нежные объятия…
Робость улетучивалась, сменяясь безумием радости, удовольствия, услады…
… бережно уложил меня на кровать и тут же повис сверху.
Смутилась. Пристыжено сжалась.
Едва дышала…
– Маню, я… я…
– Не бойся, ничего бойся, моя девочка. Ничего. Я не причиню тебе боль. Доверься мне…
… проворно скользнув рукой по животу вниз, тут же добрался до змейки моих джинсов и резко дернул. Та уныло запищала и поддалась.
– Маню… МАНЮ… Я не хочу, - я , я…
– Тише! – немного приподнялся, давая больше свободы себе для движений, и тут же сорвал с меня штаны.
– ОТПУСТИ! – нервно дернулась. – ОТПУСТИ МЕНЯ!
Едва попыталась скинуть его с себя, едва…, как резкий удар, жгучая пощечина с лязгом, дикой желчью и яростью влипла мне в лицо.
– Молчи, СУКА! Иначе УБЬЮ!
И ни слезы, и ни мольба не помогли…
… ничего.
Две с половиной недели уже прошло. Две недели и четыре дня.
А по мне, по мне, как вчера. Как сегодня…
Время лечит?
Не знаю. Не знаю.
Нынче моими врачами стали… СПИРТНОЕ, ДУРМАН И ВЕЧНЫЙ СОН.
«Ты такая, как все»
«Ха-ха, нашей ботаничке засадил»
«Обули заучку»
«Пусть меньше свои книжки читает»
«А с виду такая тихая!»
«Да она такая самая овца, как и все те дурочки, что за ним бегают. И чем только думала?
– Ясное дело, чем…»
Вот. Вот эта точка, от которой я рысью помчала вперед.
Вот и всё.
Прежней меня… больше нет.
Но не ради других, не ради… НЕГО.
Ради СЕБЯ.
Я стану лучше, ярче. Неповторимой. Уникальной… и желанной.
Кинжал в спину… прошлому. И отныне – СВОБОДНА.
… и НЕДОСТУПНА.
Ненавижу, ненавижу мужчин.
… и любой ценой… заставлю их СТРАДАТЬ.
И не слезы нынче на моих глаз. Нет.
Это – блеск ярости,
взрывы злости,
раскат ненависти.
ПРЕЗИРАЮ.
ПРЕЗИРАЮ… всех вас!
Истинно презираю…
Глава Вторая
***
Знаете, что больше всего бесит в моих родителях?
… их идеальность.
Здравомыслящий, наверняка, сразу бы потянулся к телефону… и судорожно набрал номер «неотложки»…, едва услышал эти слова.
Что же. Ваше право, сударь.
Просто, понимаете.... У моих сверстников, тех, кого я раньше считала друзьями (пока их истинные лица не открыл этот мой… случай), их семьи – настоящее, если не чистилище, то исчадье ада.
… ссоры, разборки, скандалы. Драки.
Все это, бесспорно, ужасно. УЖАСНО!
Но привычно. Свыклись.
Притерлось. Приелось.
Никого этой новостью уже не удивишь.
И даже… это горе – причина для сплочения, ПОНИМАНИЯ друг друга.
А идеальные, правильные, СЧАСТЛИВЫЕ… никому не нужны.
Не ищите, люди, друзей В БЕДЕ, а ищите – в СЧАСТЬЕ!
…
Их там… нет.
Нет.
Вот и у меня… за те мои шестнадцать лет… никого… искреннего так и не появилось.
Я одна, одна. ОДИНОКАЯ.
Во всем.
Стараниях, начинаниях, мечтах…
Но все это… сопли детства, пустые вздохи.
Больше всего раздражает то, что у меня… У МЕНЯ такой идиллии, как у них, в жизни нет.
И не будет.
Я – выродок. Выродок в семье.
Мой сводный брат, Мигель (еще один экземпляр мудрой, «неземной» идеальности), и тот более похож на моих родителей (хоть и не родной сын), ближе им, чем такой… недоделок, как я.
Вот стараюсь, занимаюсь – и у меня получается.
Учеба, олимпиады, конкурсы…
Но разве это то, что мне нужно?
Я хочу ПОНИМАНИЯ! Хочу ЛЮБВИ! Хочу ДРУЖБЫ!
А в итоге… только осколки, ошметки… или огрызки.
Я – урод. УРОД.
Что же, отныне я буду гнуть эту линию… уже умышленно.
Не такая, другая. Уникальная.
Пусть дурная, ненужная, грубая, глупая, ПРОПАЩАЯ…
УЖЕ НЕ ВАЖНО.
Мизантроп[2] – это не просто слово. И даже не диагноз.
Это – ПРИГОВОР.
***
Знаете, какая у меня недавно забава появилась?
Соблазняю мужчин… (да, мужчин, на мальчиков… у меня нынче страшная аллергия).
Соблазняю, довожу до кондиции, а затем сбегаю.
Я не сплю с ними, если вы об этом.
Это и есть моя черта.
За нее… ни один урод, не пройдет.
Словно самоубийца… радуюсь остроте ножа, идеальности ровной поверхности лезвия, прочности удавки…
Я играю, играю с огнем.
Кто расстраивается, кто даже плачет.
Кто смеется и хохочет от правды.
Кто унижает…
Кто бьет.
Мне все равно. Все равно. Делайте, что хотите, но меня не получите.
Вот такая у меня игра… в любовь.
Я вырву столько сердец, сколько позволит мне эта жизнь.