Глубоководье
Шрифт:
«Фэйном», — взмолилась девочка.
Ходя эти слова могли шокировать Миднайт или Келемвора, на Сайрика особого впечатления они не произвели. Вместо этого, он нахмурился, обдумывая ее просьбу. Наконец, он покачал головой. «Нет».
«Почему?» — спросила она. «Фэйн ничего для тебя не значит. И тем более на него наплевать всем остальным твоим людям».
«Так и есть», — согласился Сайрик. «Но когда он умрет, решать мне».
«Я ослабла. Если я не поем, мы не сможем вернуться».
«Ни лги мне», — предупредил Сайрик. Внезапно ему в голову пришла мысль. Не сводя взгляда с девочки, он направил все внимание внутрь себя. Возможно, она воздействовала на его воображение и усилием воли он смог бы разорвать ее оковы.
«Я умираю!» Девочка сделала несколько неуверенных шагов и обмякла у ног вора.
Ее крик разрушил сосредоточенность Сайрика. Они по-прежнему находились на равнине. Кожа девочки побледнела и выглядела так, словно она действительно погибала. «Тогда прощай», — произнес Сайрик.
Девочка воздела глаза. «Прошу, сжалься надо мной».
«Нет», — рявкнул вор, не сводя с нее ледяного, пронизывающего взгляда. «Об этом не может быть и речи».
Какова бы ни была истинная сущность меча, несомненно она была злой и умела подчинять владельца своим интересам. Сайрик знал, что поддаться ее мольбе, означало стать ее слугой.
Девочка прикрыла лицо ладонями и начала рыдать. Сайрик, не обращая на нее внимания, попытался представить себе серый камень, на котором он сидел. Когда это не сработало, он перевел взгляд на небо, пытаясь различить в нем мягкие, изогнутые линии облаков.
Но там была лишь одна белесая пелена.
Сайрик обшарил глазами горизонт, надеясь отыскать там вздымающиеся вершины, окружавшие его пару минут назад. Их не было.
Словно читая его мысли, девочка произнесла, — «Неверие не спасет тебя». Ее голос стал более глубоким, более страстным и женственным.
Сайрик посмотрел на нее. Девочка превратилась в женщину, и теперь под ее платьем скрывались соблазнительные, округлившиеся формы.
«Теперь ты в моем мире», — промурлыкала женщина. «И он столь же реален, сколь и твой».
Сайрик не знал верить ее словам или нет, но понимал, что от этого ничего не изменится. Действительно переместила ли она его или лишь забавлялась с его разумом, покинуть это место он не мог. Чтобы вернуться назад, он должен был найти к ней подход.
«Возьми меня, я твоя», — проворковала она.
Несмотря на темные круги под глазами, она возбуждала желание, и если бы Сайрик не знал, что она пытается сделать его своим рабом, то наверняка бы поддался соблазну.
«У каждого подарка есть своя цена», — произнес вор. «Какова твоя?»
Женщина попыталась направить беседу в другое русло. «Я согреваю тебя в холод. Когда ты ранен, я исцеляю. В битве, я даю тебе силу для победы».
Ее обещания заинтересовали Сайрика, так как в будущем ему наверняка пригодиться любая магия. И все же он упорно сопротивлялся своему желанию прилечь на кровать. «Что ты хочешь взамен?»
«Не более того, что хочет любая женщина от своего мужчины», — ответила она.
Сайрик не ответил. Эти слова можно было трактовать двояко. Он хотел быть полновластным хозяином меча, а на подобных расплывчатых условиях добиться этого было невозможно.
«Давай уточним», — невозмутимо произнес он. «Я буду кормить тебя лишь когда это будет угодно мне. В обмен ты будешь чтить и служить мне как полноправному хозяину».
«Что-о-о?» — вскрикнула женщина, ее лицо побелело от ярости. «Ты осмелился предположить, что я стану твоей рабыней?»
«Это твой единственный выбор», — ответил Сайрик. «Служи мне или подыхай от голода».
«Единственный кто подохнет — это будешь ты!» — она оскалилась, обнажая два длинных клыка.
Позади Сайрика раздался громкий треск и он обернулся. Там, где всего пару секунд назад ничего не было, возвышалась грязная серая стена. Затем справа возникла еще одна, и вновь слева. В тот момент, когда вор обернулся, четвертая стена захлопнула мышеловку и он оказался в каменном мешке тюрьмы.
В тот же миг тело женщины в красном платье начало искажаться и превращаться в жуткую пародию на некогда цветущее существо. Ее впалые глаза налились злобой и ненавистью, а в руках словно из воздуха возникла пара серебристых кандалов. Она шагнула к Сайрику. «Отдай мне Фэйна».
Судя по виду ее тугих мускулов и когтистых пальцев она могла распотрошить Сайрика за несколько секунд. Но он не отступил и не выказал своего страха. Отступить значило сдаться, превратиться в ее раба — а он бы скорее сгнил в этом подземелье заживо, чем стал бы служить кому-либо кроме самого себя.
«Мне нужен Фэйн!» — прошипела женщина, раскрывая кандалы.
Едва только ведьма протянулась к его руке, Сайрик ударил ее изо всех сил. Удар пришелся точнехонько в челюсть. Разинув рот от изумления, она отшатнулась на пару шагов. Он ударил вновь. На этот раз женщина перехватила его кулак в воздухе, поймав его открытой ладонью.
«Глупец!» Свободной рукой, она замкнула кандалы на запястье вора. «Ты заплатишь за это!»
Сайрик вновь удивил ее, как следует приложившись вторым кулаком ей в голову. Выпустив кандалы, она отшатнулась назад, на ее лице читалось удивление. «Ведь я могу убить тебя», — пробормотала она, словно сама удивившись своим словам.
«Если хочешь подохнуть от голода — прошу!» — ответил Сайрик. Он начала наматывать цепь на кулак. Двухфутовая стальная цепь в умелых руках могла оказаться достаточно грозным оружием. «Верни нас на Фаэрун», — приказал он.
Женщина презрительно усмехнулась. «Не раньше, чем ты накормишь меня».
«Тогда мы оба погибнем», — невозмутимо произнес Сайрик.
В тот же миг он взмахнул цепью. Ведьма едва успела избежать его выпада, согнувшись в две погибели.
«Прекрати!» — прошипела она. На ее лице застыло выражение из смеси страха и отчаяния. Она не могла предположить, что вор, оказавшись почти в безвыходном положении, решится на нападение.
Сайрик не остановился. Он вновь взмахнул цепью, но та исчезла из его рук. Не мешкая ни секунды, он шагнул вперед и нанес удар женщине в подбородок. Она приняла удар с болезненным стоном и опрокинулась на спину.