Чтение онлайн

— Может, завтра у меня будет больше сил. А вообще остерегайся. Пристанешь ко мне, когда я нервный, — получишь в пузо иголку.

— Ты сегодня даже без пушки, старик, — сказал Берто, ухмыляясь. — Я посмотрел.

Моя рука машинально дернулась к бедру.

— Черт, ты прав. Так я и чувствовал, что опять что-то забыл.

— Хочешь, сбегаю принесу? Я знаю, как войти.

Мне не хотелось доверять Берто мой иглострел. А вообразив его бегущим в такой зной, я облился потом, хоть и знал, что ничего ему не сделается.

— Нет, на этом задании пушка мне не понадобится.

Возможно, когда я наберусь опыта на стезе частного сыска, то реже буду обманываться в своих предчувствиях.

— Точно? — переспросил Берто с плохо скрытым разочарованием.

— Извини. — Раз уж мы стояли, я перешел в тень. — Но ты мне можешь кое в чем помочь. Не слыхал, в университете ничего любопытного не происходит?

В подобный момент юные персонажи детективных мелодрам говорят: «Да ничего особенного. Правда, поговаривают, что этой Кейт Данлет палец в рот не клади. Ее последние пять мужей отправились к праотцам».

— В каком университете, старик? — спросил Берто.

— Толку от тебя, как от солнечных часов, — заявил я.

Берто ухмыльнулся:

— Да знаю я этот университет, старик. Но только скучища там смертная. Чего-то копают в пустышке — вот и все.

— В пустыне, Берто, в пустыне. Пустышка — это соска, которую дают маленьким детям.

— Ясно. Ясно.

Мы объяснялись, мешая земные слова с вентамскими, и Берто никак не мог усвоить некоторые наши термины, которые шли вразрез с его представлениями о здравом смысле.

— Слушай, мне пора бежать, — сказал я. — Или по крайней мере топать. Продолжим урок в другой раз. Лады?

— Лады. До скорого. Пучеглаз. — Берто помахал мне рукой и пустился бежать. На солнцепеке его бледное лицо казалось голубоватым.

Миновав еще два квартала, я вышел на стоянку скиммеров. Солнце с новой яростью впилось мне в спину. Крытая стоянка была бы куда удобнее, но на Танкуре разбазаривать солнечную энергию — почти преступление. И если судить по температуре корпуса скиммера, заряда аккумуляторов хватило бы для выхода в космическое пространство.

Половину энергии я тут же угрохал, врубив на полную мощность охладитель — чтоб слезы на лету замерзали, — после чего беззвучно выплыл на улицу, где на всех углах плясали миражи. Отмечу к своей чести — меня посетило мимолетное предчувствие, что «дело Кейт Данлет» сложнее, чем кажется.

Были на моем веку дела, которые водили меня по замкнутому кругу, и дела, которые прямиком упирались в тупик, но еще ни разу — чтобы дело вот так вот поворачивало под прямым углом.

Даллад богат питейными заведениями, но лишь малое число из них ориентируется на вкусы землян. В эту когорту смелых входит и бар «Темная Башня». Воздух в его залах на добрых пятнадцать градусов ниже температуры тела. Плюс соответствующий названию полумрак. Я бы не стал назначать там встречу, если б мне не требовалось срочно охладиться, но, в общем, местечко сносное.

Безуспешно поискав глазами Кейт Данлет, я решил не терять зря времени, а потому нашел свободный столик и заказал пиво. Оно не замедлило прибыть на подносе, доставленном официантом-дерджонийцем (характерные жировики у него на лбу вконец почернели от старости, красное лицо бороздили морщины), одетым в заношенный фрак на меховой подкладке. Получив от меня чаевые, он радостно прищелкнул языком. Я блаженно развалился в мягком кресле. При соприкосновении с моим раскаленным горлом пиво явственно зашипело.

Если ремонтники не раскачаются починить мой кондиционер, куплю большой холодильник и буду в нем отсиживаться по полдня. Коли судьба улыбнется, оттуда даже комлинка не будет слышно.

Не успел я впервые за весь день почувствовать себя человеком, как микрокомп на моей руке пискнул.

— Да, — неохотно процедил я.

— Мистер Тейкент? Говорит Кейт Данлет. Я в кабинке на четвертом этаже. В самом-самом дальнем конце.

— Недурно. Я за столиком. Рядышком со входной дверью, слева.

— Собственно, я хотела пригласить вас за свой столик.

— Я почему-то так и предполагал. Сейчас поднимусь. — Я отключился, осушил кружку и, прихватив со стойки еще одну, поднялся по лестнице.

Кейт Данлет сидела там, где указала, одна. Кивнув ей, я присел рядом.

— А тут гораздо лучше, чем внизу, — проговорил я, глядя сквозь темное стекло кружки в окно, откуда был виден весь город. Вдали, трепеща в знойном мареве, парило несуществующее озеро.

— Расскажите мне об этом типе, которому вы хотите задать взбучку моими кулаками, — сказал я, не дожидаясь ее ответа. — И сколько вы намерены мне заплатить?

— Я думала, размеры гонорара обычно определяет исполнитель, — сказала она спокойно. Ее одежда: блузка цвета бронзы, воротник-стойка, короткие рукава, такого же цвета брюки. Туфли, предназначенные скорее для ходьбы, чем для выпендрежа. Облокотившись о стол, она поднесла к губам бокал. Судя по бицепсам, не белоручка, но и не культуристка Покамест попляшу под ее дудку.

— Да, наверное. Смотря сколько человек я должен проучить по вашему заказу. Иногда я делаю скидки — оптом, так сказать. А если это окажется какой-нибудь мой личный враг, можно еще дешевле. — Я выдал свою лучшую улыбку работничка большой дороги, но Кейт не отреагировала. Возможно, мое мужское обаяние поистерлось. — Не хотите ли обрисовать мне ситуацию?

Ее ясные серые глаза окинули меня испытующим взглядом. Затем она заговорила нежным, ровным голосом:

— Я археолог. Мы ведем раскопки к западу от города. Возможно, вы читали о находках, сделанных там несколько лет назад. Мы раскапываем поселение, которое было погребено под песками примерно десять тысячелетий тому назад. Необходимы огромные затраты физического труда. Мы нанимаем почти каждого, кто вызывается работать. Лучшие землекопы получаются из вомперийцев — они самые сильные, но у нас трудятся и земляне, и вентамцы, и дерджонийцы.