Чтение онлайн

Можно теперь мне? — умоляюще протянул Дима.

Нет, — наверное, в моем голосе прозвучало что-то, заставившее брата сразу отказаться от идеи настаивать на уколе. — Введем тебе зелье перед тем, как пойдем к дампирам, — добавил я более лояльно.

Дима обиженно поджал губы, но промолчал.

— Надо еще раз пробраться в пансионат, — заявил я, ощущая в себе огромный потенциал. Не то чтобы этот наш поход действительно был необходим, просто мне казалось, что кощунственно позволить такой силе пропасть даром.

А как же я? — спросил Димка, снова намекая на укол.

Если хочешь, можешь пойти с нами, — предложил я великодушно.

Здравый смысл подсказывал как можно дольше оттягивать момент, когда брат воспользуется зельем. Я объяснил это тем, что сегодня мы не собираемся вступать в схватку с противником, а значит, и нет нужды делать Диме укол. Мне лишь хотелось опробовать новые возможности в деле.

Эмми с опаской покосилась на меня. Она, кажется, еще не привыкла к моему новому образу и не знала, как ей следует вести себя в таких обстоятельствах. Но спорить не стала, а лишь попросила:

— Только надень солнечные очки.

Я принял к сведению дельный совет. Не хватало только своим видом распугать весь город. Порывшись в сумке, нашел солнечные очки с непрозрачными стеклами.

— Вылитый Джеймс Бонд, — с ноткой зависти в голосе прокомментировал Дима мой вид.

Я еще раз оценил себя в зеркале. Вроде все остальное (кроме глаз, конечно) выглядит нормально, и меня нельзя заподозрить в принадлежности, пусть и косвенной, к вампирам. Оставшись довольным собственным видом, я направился к двери, стараясь при этом контролировать движения, намеренно замедляя их. Но перед тем, как выйти из номера, я вдруг в нерешительности остановился и спросил у Эмми:

— Как насчет солнца? Оно не повлияет на меня?

Я подумал, что, может, теперь мне, как и Амаранте, понадобится защитный костюм. Но она в ответ покачала головой, и я успокоился. Похоже, у полувампира все же есть свои преимущества перед вампиром. Например, мне не страшны солнечные лучи. Правда, и сила, которой я обладаю, намного меньше той, что у Эмми. Уверен, в честном бою она без труда меня одолеет.

Я вышел на улицу, ничего не опасаясь, но скоро выяснилось, что это было ошибкой. Кожа и правда не расплавилась на солнце, но органы чувств неожиданно сошли с ума. Кошмар начался, как только я оказался вне номера, и дальше становилось только хуже. Зрение, слух, обоняние атаковали миллионы различных запахов, образов и звуков. Увиденное порядком тревожило. По улице гуляли настоящие куски мяса. Я наблюдал за круговоротом крови в организмах прохожих, за тем, как сокращаются их мышцы при ходьбе, как легкие вбирают в себя воздух, а после выдыхают углекислый газ. Зрелище было, мягко говоря, неприятным.

— Неужели ты всегда видишь людей такими? — обращаясь к Амаранте, потрясенно прошептал я.

От одной мысли, что она воспринимает меня точно так же, затошнило. Только теперь я начал понимать, почему Грэгори казалась столь нелепой сама идея того, что вампир может влюбиться в человека. Это было все равно, что испытывать нежные чувства к куску бифштекса.

— Нет. — Эмми понимающе улыбнулась, и я немного расслабился. — Только когда я на охоте. Все дело в глазах. К сожалению, ты будешь все видеть именно так.

До этого момента я смотрел только на посторонних людей, не сосредотачивая внимания на близких, но не сомневался, что и Дима будет выглядеть примерно так же. Гораздо интереснее мне было узнать, какой же стала Амаранта. С некоторой долей опаски я повернулся к девушке и замер. Увиденное поразило настолько, что я потерял дар речи. Я всегда знал, что Эмми — одно из самых совершенных существ на этой планете, но, как оказалось, человеческий глаз не может воспринять и сотой доли красоты вампиров. Передо мной стоял ангел, божественное создание, мечта всех поэтов и художников. Ничто не в состоянии было сравниться с ее красотой. От Эмми исходило легкое белое сияние; теперь я мог не только видеть его, но и ощущать как некую витающую в воздухе радиоволну. Внутри холодным ветром пронесся озноб. Я был сражен наповал и, кажется, влюбился в Амаранту еще сильнее, если такое в принципе возможно.

Хватит уже разглядывать свою девушку, — одернул меня Дима. — А то создается такое впечатление, что ты видишь ее в первый раз.

Забавно, что ты это сказал, — пробормотал я. — Мне тоже так показалось.

Дело в зрении, — Эмми застенчиво улыбнулась. — Люди не способны увидеть вампиров такими, какие они есть на самом деле. Вы видите лишь малую часть нашей истинной внешности.

Потрясающе! — выдохнул я, все еще пребывая под впечатлением от внезапно открывшейся красоты.

Когда-то давно в образовательных целях я читал труд одного сумасшедшего средневекового ученого, изучавшего вампиров. Он писал о том, что вампиры — это боги, сошедшие на землю. По его мнению, мы обязаны благодарить их за то, что они выбрали нас в качестве пищи. Тогда это показалось мне полным бредом, но теперь я вдруг подумал, что в его словах вполне могла быть небольшая доля правды. Может, тот ученый просто однажды увидел то, что сейчас открылось и мне?

— Мы едем в пансионат или так и будем стоять посреди улицы? — ворчливо спросил Дима. — На нас уже люди оборачиваются.

— Да, поехали. — Я старательно отводил глаза от младшего брата. Было непривычно видеть его в образе говорящей отбивной.

За руль села Эмми: я еще не до конца освоился со своими новыми чувствами и способностями, к тому же она была единственной из нас, кто помнил дорогу к пансионату. Постепенно и слух, и обоняние пришли в норму, теперь я мог их контролировать. Только зрение так и осталось неизменным, но Амаранта предупреждала об этом. Нормальное видение мира вернется вместе с естественным цветом глаз, а произойдет это лишь после того, как зелье перестанет действовать.

Мы подъехали к пансионату без четверти девять вечера. Солнце уже начало клониться к закату, что было нам на руку. Выйдя из машины, спустились к тому месту, где была брешь в заборе. Увы, дыру заделали, и перед нами снова встала проблема проникновения на территорию.

— А что, если взобраться по сетке? — Я с интересом рассматривал колючую проволоку. Сейчас она не казалась таким уж непреодолимым препятствием.

— Дима не справится, — напомнила Эмми. Получалось, что она и в первый раз могла перелезть через ограду, но из-за нас не стала это делать. Сколько же еще у нее скрытых талантов, и почему она не пользуется ими? Неужели причина во мне, и Эмми просто не желает лишний раз демонстрировать, насколько она превосходит меня? Как любая женщина, она поступает мудро, понял я.