Чтение онлайн

Несмотря на то, что мне очень не хотелось этого делать, я свернул с шоссе у начала нижнего города, потом повернул на запад и поехал в направлении высившихся невдалеке громад отелей «Форшеймер» и «Хептон».

Джон смотрел куда-то в небо.

– Сегодня все копы в городе наверняка задействованы в оцеплении марша протеста. Думаю, мы можем разобрать «Зеленую женщину» по кирпичику и сложить обратно, так что никто даже не заметит, – сказал он.

Мы проехали Тевтония-авеню, миновали супермаркет «Пигли-Вигли».

– Ты не знаешь, разрешает ли Алан кому-нибудь пользоваться его гаражом? – спросил я.

– Если только Гранту, – Джон посмотрел на меня так, словно я играю в какую-то непонятную ему игру. – А что?

– Женщина, живущая через улицу, видела кого-то в его гараже в ту ночь, когда напали на Эйприл.

Рука Джона непроизвольно коснулась куртки в том месте, где проступала рукоятка револьвера. Лицо его выглядело абсолютно безжизненным, если не считать бьющейся под глазом жилки.

– А что именно она видела?

– Только опускающуюся дверь. Она подумала, что это может быть Грант, потому что видела его раньше. Но ведь Грант был к тому времени уже мертв.

– Ну, честно говоря, это был я, – сказал Джон. – Не знал, что кто-то видел меня, а то рассказал бы об этом раньше.

Я притормозил у светофора и включил мигалку.

– Ты ходил туда в ту ночь, когда исчезла Эйприл?

– Я подумал, что она может быть у Алана – мы немного повздорили. Но когда я пришел туда, свет в окнах не горел. А мне не хотелось устраивать сцену. Если Эйприл хотела провести там ночь, почему бы и нет?

Сменился сигнал светофора, и я свернул к безрадостному жилищу Оскара Фрицманна.

– Мы держим в гараже всякий старый хлам. Я подумал, что надо бы отнести домой кое-какие старые фотографии, увеличенные портреты Эйприл. Я вошел в гараж, но портреты оказались слишком тяжелыми и громоздкими, чтобы я мог отнести их, да и сама идея вдруг показалась мне сумасшедшей, когда я увидел их перед собой. – Нерв под глазом Джона по-прежнему дергался, он прижал его двумя пальцами, словно желая поставить на место.

– А я думал, что это имело какое-то отношение к ее «мерседесу», – сказал я.

– Машина скорее всего уже где-нибудь в Мексике.

Чисто по привычке я взглянул в зеркало заднего вида. Машины Фрицманна нигде не было видно. Я остановил машину перед желтой бетонной тюрьмой.

Джон положил руку на дверную ручку.

– Мне кажется, мы делаем ошибку, – сказал я. – Ты только разозлишь старика. Он не скажет тебе ничего из того, что ты хочешь услышать.

Джон попытался ответить мне взглядом все знающего и понимающего человека, но нерв у него под глазом по-прежнему дергался.

– Неприятно говорить тебе это, но ты знаешь далеко не все, – Джон наклонился ко мне, буквально впившись глазами в мои глаза. – Уж можешь мне поверить, Тим.

– Это касается Франклина Бачелора? – спросил я.

Джон застыл, поднеся руку к выступу на куртке, потом медленно перенес ее с рукоятки револьвера обратно на ручку двери. Глаза его были словно каменными.

– Ведь прошлой ночью ты не досказал мне конец истории.

Джон открыл рот, и глаза его вдруг быстро забегали. Он был похож на попавшего в ловушку зверя.

– Ты не должен говорить об этом.

– Неважно, случилось это на самом деле или нет, – сказал я. – Это ведь было во Вьетнаме. Я просто хочу знать конец истории. Бачелор убил собственных людей? – Глаза Джона остановились. – И ты знал это. Ты знал, что он уже сбежал. Ты знал, что везешь с собой не Бачелора, а Беннингтона. Удивительно, как это ты не пристрелил его на пути в Кэмп Крэнделл и не сказал потом, что он пытался убежать. – И тут я вдруг понял, почему он привез с собой Беннингтона. – А Джед Чэмпион, очевидно, понимал все не так хорошо, как ты. Он действительно думал, что Беннингтон – это Бачелор.

– Я пришел туда на два дня раньше Джеда, – тихо сказал Джон. – Под конец я двигался гораздо быстрее, чем он. Я почувствовал запах трупов за несколько часов до того, как добрался до лагеря. Трупов и... вареного мяса. Трупы валялись по всему лагерю. То здесь, то там попадались небольшие костры. А Беннингтон просто сидел на земле. Он сжигал трупы – или пытался сжечь.

– Он ел их?

Джон ошеломленно смотрел на меня несколько секунд.

– Только не тех, кого сжигал.

– А как насчет жены Бачелора? Ее череп был на заднем сиденье твоего «джипа».

– Он перерезал ей горло и снял с нее скальп. Оставшиеся волосы висели над огромной дырой. А потом помыл и красиво одел.

– Это сделал Бачелор, – задумчиво произнес я.

– Он принес ее в жертву. Беннингтон еще варил мясо, снятое с ее костей, когда я добрался до лагеря.

– И ты съел немного ее мяса.

Джон молчал.

– Ты знал, что Бачелор поступил бы именно так.

– Он уже сделал это.

– Ты был в царстве богов, – сказал я.

Джон смотрел на меня безжизненными глазами, ничего не говоря. Впрочем, слов и не требовалось.

– Ты знаешь, что случилось с Бачелором?

– Какие-то десантники нашли его тело неподалеку от демилитаризованной зоны. – Теперь глаза его вызывающе сверкали.

– Твое тело кто-то тоже нашел. Я просто спрашиваю.

– С кем ты говорил?

– Слышал когда-нибудь о полковнике по фамилии Раннел?

Джон удивленно заморгал.

– Этот напыщенный осел со склада в Кэмп Крэнделл? Но как ты умудрился встретиться с Раннелом?

– Это было очень давно, – сказал я. – Встреча ветеранов или что-то в этом роде.