Чтение онлайн

— Нет. При чем тут неизвестный корабль? Как он относится ко мне?

Полицейский хмуро усмехнулся:

— В этом корабле был ты...

Вообще-то, по большому счету, неизвестный корабль назвать «кораблем» было преувеличением. Скорее, это была спасательная капсула. Ее заметили Чистильщики — о них будет отдельный разговор — сначала на радаре они заметили неизвестный объект. Астероиды в системе Беты Альгор не все были известны, их постоянно отслеживали спутники слежения. За мелкими астероидами велась охота в плане полезных ископаемых, что объясняло присутствие корабля чистильщиков в этом районе. Корабль чистильщиков приблизился на расстояние уверенной связи и передал в эфир стандартный запрос: «Корабль такой-то, порт приписки такой-то, код связи такой-то. Просим назвать себя». Они передавали запрос на всех используемых частотах, но не получили ответа. Тем временем их компьютер смог выдать результат опознавания по лучу локатора — неизвестный корабль, следов активной работы двигателей — ноль, внешних огней не замечено, попыток выйти на связь — нет. Компьютер выполнил развернутый поиск по базе данных, содержащей около трех сотен известных серий кораблей ближнего и дальнего космоса и не выявил соответствий.

Чистильщики знали, как им поступить дальше — корабль был неизвестным, в каталоге его не было, была надежда получить премию за обнаружение корабля, покинутого командой при неизвестных обстоятельствах. Они захватили капсулу силовым полем и притащили на базу. Уже визуальный осмотр насторожил чистильщиков — корабль был явно неземного происхождения, это можно было определить по отсутствию идентификационных электромагнитных номеров, которые проставляются любым заводом-изготовителем. Также металл, из которого был выполнен внешний корпус капсулы, был неизвестным земной металлургии сплавом. Но первым впечатлением их было — «люди так не строят». Обводы корпуса были выполнены не по стандартным земным образцам, нельзя было также определить местонахождение стыковочных узлов и вообще хоть какой-нибудь намек на имеющиеся в броне люки или переходные шлюзы.

Капсулу поместили во второй испытательный шлюз базы. В шлюзе были установлены давление, температура и влажность по стандартам земной атмосферы. В комнате наблюдения за испытательными шлюзами велось наблюдение по экранам видеомониторов. Капсулу просканировали и определили, что капсула состоит из двух отсеков, в верхнем отсеке отмечены ярко выраженные признаки органики. На обычном языке это можно было бы сказать так — «в верхнем отсеке есть что-то живое, но неизвестно что именно».

В шлюз вошли техники в скафандрах. Промышленными лазерами они начали вскрывать нижний отсек. Они порядочно намучались, пока в образовавшуюся дыру из капсулы не хлынул поток кипящей жидкости и не повалил пар. Автоматика сыграла тревогу, так как сканеры не смогли определить состав жидкости. Включились аварийные насосы, перекачавшие вытекающую жидкость в герметичную цистерну. Жидкость не была ядовитой и не содержала активных кислот.

Техники прождали около получаса, пока поток жидкости не прекратился, затем расширили дыру, охладили раскаленные края металла хладогеном и запустили внутрь «таракан» — робот-разведчик, снабженный видеокамерами и сканерами. Несколько секунд он карабкался сквозь клубящийся пар, затем мониторы потемнели — в капсуле было темно. «Таракан» включил камеры ночного видения и люди увидели четыре ряда прямоугольных ячеек — два снизу и два поверху отсека. Ячейки были большими, примерно полтора на два метра. Кто-то из присутствующих в пункте наблюдения прошептал: «Как гробы».

Он оказался прав — в этих ячейках находились тела, тела, несомненно, человеческие. Они плавали в жидкости, оставшейся в ячейках.

Техники снова расширили отверстие в нижнем отсеке, для того, чтобы внутрь мог пройти человек. Тем временем вторая партия техников принялась за верхний отсек. Они разметили броню капсулы для робота-резчика и тут в голову Томпсона, который по закону оказался главным действующим лицом в комиссии, пришла идея удалить всех из шлюза. Он сказал, что по показаниям сканера, внутри верхнего отсека есть что-то живое, и он не горит желанием наблюдать, как это «что-то» набросится на техников, как только они просверлят броню. В протоколе было написано: «Председатель комиссии Томпсон: Предлагаю идею электронной разведки».

Отверстие в корпусе начал сверлить ремонтный робот, он пропилил солидный квадрат в броне, затем вакуумными присосками поддел вырезанный фрагмент и в шлюз вырвался газовый гейзер. Снова сыграла тревога — газ оказался неизвестным и содержал активные компоненты-окислители, поэтому автоматика включила аварийную вытяжку. Мощные насосы в считанные секунды очистили шлюз от инородных примесей. Второй «таракан» — первый все еще работал в нижнем отсеке — влез внутрь, включил камеры и все увидели такие же четыре ряда ячеек, только теперь уже пустых. В отсеке не было никого, кроме меня. Я лежал на покрытом кристалликами инея полу, на мне ничего не было: ни дать, ни взять — Адам, только Ева по пути заблудилась. Я все еще дышал, и сердце билось, только очень медленно. Но я был жив. Доктор Бауэр сделал все, чтобы я продолжал жить и дальше.

В нижнем отсеке было семьдесят четыре человека, мужчины и женщины, все были возрастом старше тридцати и младше сорока. Они захлебнулись в той самой жидкости, которая заполнила весь нижний отсек капсулы. Я был жив, а они умерли...

И теперь три человека сидели передо мной и ждали, что же я им скажу. Внутри меня как будто бы все сгорело.

Я сложил на коленях свои ставшие неподъемными руки и начал свой рассказ. Я рассказал, что жил на планете, покрытой океаном, на огромном острове, окруженном множеством маленьких островов. Жил в огромном городе, который можно было пройти пешком за два дня. Улицы его выходили на берега океана, два порта принимали корабли. Там жили люди, жили по несправедливым и жестоким законам, но других законов у них не было. Люди прилетели с далекой Земли в надежде создать свой дом на другой планете. Только корабль, на котором они прилетели, больше не смог летать между звезд и люди остались жить в городе, построенном неизвестно кем. Они начали жить так, как жили раньше в стальной клетке корабля, только на этот раз клетка была побольше — размером с планету. Они жили так сто семьдесят с лишним лет, пока в небе не погасло солнце. Огромный космический корабль повис над городом, выбросил стаю хищных металлических капель, забрал людей, забрал меня. Все, конец истории...

Дальше я расскажу о том, что же произошло с человечеством, пока я не был ему представлен.

Первые корабли, отправившиеся с Земли для освоения открытых планет, были оснащены гиперприводами — устройствами для модуляции метрики пространства-времени. Эти гиперприводы имели существенный недостаток — их силовые трубки в момент выхода корабля из подпространства испытывали слишком большие нагрузки. Два-три перехода — и силовые трубки выходили из строя. Без силовых трубок, а, следовательно, без гиперпривода, корабль оставался грудой железа с обычными ракетными двигателями. Веселая ситуация, особенно когда до ближайшей звезды сотни, если не тысячи, лет полета. Некоторые корабли смогли вернуться на Землю и этот недостаток гиперприводов был устранен, вот только около шестидесяти кораблей рассеялись по ближнему и дальнему космосу без всяких надежд на письма из дома. Гиперприводы были существенно доработаны и улучшены, на их модернизацию ушло лет так сто пятьдесят, в масштабе Галактики это так — пустяк, ничто. За это время люди на дальних и ближних планетах основали колонии и зажили — кто худо, кто бедно.

Понятно, в первую волну эмиграции бросились все, у кого заноза в одном месте, кому нет покоя на старом месте. Бросились мечтатели и реалисты, бросились крестьяне и технари, ученые и неграмотные — кто за куском земли, кто за приключениями, кто за наживой, кто по дури. Но это дело антропологов — людей по полочкам фильтровать, а на процесс эмиграции можно было посмотреть и по-другому. Каждый корабль денег стоил немало, металла на каждый корабль ушло много, электроники, приборов научных, компьютеров, да и не отправишь же в космос корабль без людей, специально обученных корабли водить. Вот и получилось, что ушло с Земли шестьдесят два корабля и каждый унес с собой пассажиров и экипаж. Унес труд строителей своих и людей с собой забрал. Назад на Землю вернулись только десять кораблей. Все остальные не вернулись из-за сгоревших гиперприводов.

Сто пятьдесят лет ушло на то, чтобы гиперприводы усовершенствовать. Многие говорили, что управились бы и раньше, да только люди, оставшиеся на Земле, решили, что хватит с них средствами и людьми разбрасываться. Хватит с них и своих проблем. И начали они осваивать космос уже с умом и оглядкой. Начали с основательной колонизации Солнечной системы. Планеты человечеству достались нежилые, частенько страшные из-за природных условий, как на Венере или Меркурии, но что есть, то есть, не выбрасывать же.