Глори и Ко
Шрифт:
– Кто про что, а мальчики все о девочках? Чудесное утречко, господа!
В столовую вошла Элейн под руку с Лесничим. Касательно внешности магессы говорить что-то было излишне, а вот Лейпольдт, казалось, за эту ночь помолодел лет на десять. Он весь просто лучился счастьем и здоровьем. Вот что делает с мужчиной... Нет! Не буду! Обещал - значит не буду!
– Доброе утро! Это наш низкорослый ворчун... Эй, а где он?
Стул гнома пустовал, зато под столом слышалось подозрительное шуршание.
Бон постучал по столу:
– Эй, Римбольд, ты там?
– Что-что?
– невнятно донеслось в ответ, и через минуту гном вылез из своего убежища, виновато разводя руками: - Вот, знаете ли, шнурок развязался...
В доказательство Римбольд выставил вперед левую ногу; я из любопытства взглянул на его башмак. Как и следовало ожидать, даже в таком сочащемся магией месте, как Спящие Дубравы, за одну ночь шнурков на нем не выросло.
– Всем приветик! Тут еще осталось местечко для бедной голодной девушки?
Конечно, это была Глорианна. Она (или мне это показалось?) снова была той самой малышкой Глори, которая... которую...
Ан не, не та!
Я понял это сразу же после того, как произнес жизнерадостное "привет!" В ответ девушка на пару сантиметров склонила голову:
– Доброе утро, компаньон.
Вот это был удар! Ну, приложила!
Самое интересное, что даже Бон и Римбольд с удивлением посмотрели на нее, а Элейн так вообще неодобрительно покачала головой, но ничего не сказала. А я... я просто пару раз открыл и закрыл рот, но так и не нашелся, что сказать. Но, по крайней мере, и не сбежал из-за стола, хотя подобные мысли возникали.
Завтрак прошел на удивление спокойно, я бы даже сказал - молчаливо: даже Бон за полчаса сказал не больше двух сотен слов. Наконец, подали кофе и десерт, и Глорианна впервые за все время трапезы, подала голос:
– Папа, вчера появление Элейн помешало тебе закончить свою историю, а мне хотелось бы услышать еще кое-что. Некоторые из нас слышали одну байку...
А ведь и верно, я-то об этом совсем забыл. По возможности кратко и обстоятельно я поведал о Человеке в Хламиде и его жуткой истории с последующим исчезновением, а также о прекрасной незнакомке... К моему изумлению, Лесничий выглядел более чем не по королевски глупо, а магесса, еле сдерживая смех, проговорила:
– Ой, ну я же с самого начала была уверена, что где-то тебя уже видела!
– Вы?
Вместо ответа Элейн сделала несколько театральных пассов, мягко провела кончиками пальцев по своему лицу, и его тут же заволокло серебристой дымкой. Мгновение - и прекрасная женщина исчезла, а на ее месте развалился уже знакомый мне посетитель "Золотой Кружки".
– Жалко-то как братца моего, слов нету!
Ну, хорошо, хорошо, признаю - физиономия у меня была ничуть не менее глупая, чем только что у Лейпольдта XIV.
Наша хозяйка тут же вернула привычную всем внешность и подмигнула:
– Чары маски. Незаменимая, знаете ли, вещь, когда собираешься на карнавал или в разведку. А что до красавицы, - кокетливо добавила она, - так это тоже я, вы, надеюсь, поняли? Натуральная. Правда, вот только цвет волос слегка изменила, и глаза...
– Но зачем?
– хором вопросили все присутствующие, включая Лейпольдта.
– Просто захотелось. Не все же время в мужском обличии щеголять. Симпатичной девушке и доверия больше, и отношение другое, да еще и эта жуткая манера разговаривать надоела - я ее у одного трактирщика слямзила...
– Да нет, мы вообще имели в виду весь этот маскарад.
Магесса повернулась к Френгису.
– Зачем - это вопрос не ко мне. Вот зачем тебе, драгоценный, понадобилось посылать эйлоны в Большой Мир, хотелось бы мне знать?
Тот очередной раз зарделся, как девушка, впервые узнавшая, что детишек приносят не аисты. Тем более, что рядом сидел Сударь, и взгляд его был настолько неодобрительным...
– Ты знаешь...
– Пока нет.
– Понимаешь...
– Никоим образом.
– Да дай же мне сказать!
– неожиданно взорвался экс-король и стукнул по столу так, что подскочили тарелки. Против ожидания, Элейн не рассердилась, а рассмеялась:
– Вот это уже лучше, дорогой. Обожаю мужчин с характером! Мы все тебя внимательно слушаем.
И она зачем-то подмигнула Глорианне. Та хмыкнула и пожала плечами.
– Что касается эйлонов, то это, действительно, моя вина. Я как-то копался в твоей библиотеке и наткнулся... ну, помнишь, ты мне еще сама показывала... Ничего особенно сложного, минимум компонентов...
– Стоп. Не говори ничего. Заклинание Переноса?
– Угу. Я вспомнил, что совершенно забыл о цели своего путешествия в Дубравы и решил отправить немного эйлонов гномам в качестве выкупа за Гройдейл, но...
– Больше ни слова!
– фыркнула Элейн.
– Ничего особенно сложного?! Минимум компонентов?! Ну, знаешь! Заклинание Переноса с твоим-то опытом и на такое расстояние! Да ты, наверное, вместо Стоунхолда закинул их куда-нибудь в Дальне-Руссианский Предел! Хоть бы с Сударем посоветовался, горе ты мое!
Неожиданно, Бон захохотал:
– Ну и ну, вот так и создаются легенды! А я-то, дурень, не верил!
– Во что?
– Да рассказали мне как-то в Руанской Обители Замученной Девственницы одну историю...
– А что это ты делал в женском монастыре?
– удивилась Глорианна. В ответ парень послал ей воздушный поцелуй:
– В общем-то, ничего особенного. Аббатом работал...
Подождав, пока мы все отсмеемся, Бон продолжал:
– Ну, так вот, Обитель как-то раз пришла в упадок...