Глазами тьмы
Шрифт:
«Разве хрустальная капелька на шее не помогает?» — отстраненно подумала Тэйра в один из моментов просветления, когда ее неуправляемое тело остановилось, чтобы отдышаться, возле какого-то дерева. В таком состоянии она была не способна волноваться за свою жизнь.
— Дура! — вслух ругнулась темная половина. — Не могла раньше вспомнить о подвеске.
Она выпрямилась, гордо расправила плечи и походкой, какой обычно дефилировали девушки-модели из журнала, направилась навстречу тени. Сгусток мрака радостно рванул к загнанной жертве. Бесплотная рука, словно поглощающая свет, протянулась к телу образницы, коснулась плеча и мгновенно отдернулась из-за проскочившей искорки. Наверное, повреждение тени было сравнимо с ожогом у человека. Силуэт быстро развернулся и помчался прочь. Но оскорбленная тьма в душе Тэйры не смогла так просто отпустить обидчика. С гиканьем она помчалась следом, желая заключить человекообразный сгусток мрака в крепкие объятия. Так что следующие полчаса как минимум девушка опять бегала. Потолстеть ей в этой жизни явно не грозило.
Чем закончилась погоня, Тэйра не поняла, так как сознание в очередной раз помутилось. Но через какой-то промежуток времени она осознала себя лежащей на узкой кромке высоченного кирпичного забора вокруг особняка Лары ги Альтеи. Что она тут забыла?! Образница очень надеялась, что у бывшей начальницы в доме имеются амулеты.
Однако темная сущность даже не заинтересовалась дверями или окнами. Она присела возле ближайшей клумбы, достала из поясной сумочки толстую зимнюю перчатку, деловито нацепила и начала резво выдергивать многочисленные кусты роз.
«Тая, милая, на этом я тебя сегодня покину, — уловила девушка четкое мысленное обращение бесовки. — Я не садовница, так что мстить закончишь сама. Но не смей халтурить и жалеть эту стерву!»
— Любимые розы Лары, — простонала Тэйра, оседая на землю в окружении вырванных и поломанных кустов. Ей жутко хотелось спать, все тело ныло после смутно припоминаемой беготни, в пересохшем горле першило. Как всегда, сущность бросила ее прямо на месте преступления. Но уж лучше уничтоженные розы, чем чьи-то трупы!
«Не филонь, выдирай остальные, — твердо приказала сущность. — Иначе завтра мы точно навестим этого Идена».
Тэйра тяжело вздохнула, с опаской оглянулась по сторонам и протянула руку к очередному цветущему кусту. Она, конечно, сердилась на Лару за внезапное увольнение с работы и была расстроена, так как не знала, чего ожидать на новом месте. Но ей самой и в голову не пришло бы мстить! Особенно столь подлым и мелочным образом. Раньше ей почему-то казалось, что месть должна доставлять хоть мимолетное, кратковременное удовольствие. Где оно?! Гораздо охотнее девушка подремала бы до утра, чтобы при знакомстве с новыми коллегами не мечтать об одном — найти укромный уголок и отдохнуть час или два. Тэйра привыкла довольствоваться малым. Опять бесовка делала ее жизнь просто невыносимой! Неужели хоть один из одержимых, добровольно впустивших в душу тьму, действительно доволен сделкой?!
«Для тебя же старалась, — обиженным тоном проворчала потусторонняя сущность. — Нельзя все всем прощать и позволять безнаказанно себя использовать. А была бы ты чуть другой, мы бы прекрасно наслаждались жизнью, поочередно уступая друг другу отдохнувшее тело».
— И продолжать спокойно наблюдать за участившимися убийствами? — возмущенно фыркнула вслух Тэйра.
«Судьба у тебя такая».
— Ты могла выбрать другого носителя.
«Это не так просто, мне не любой подойдет. Заканчивай рефлексировать и страдать. За семь лет ты должна была повзрослеть, оценить наши преимущества и как минимум смириться».
— Что-то ты подозрительно многословна сегодня, — громким шепотом заметила образница. Со стороны ее можно было принять за сумасшедшую, разговаривающую с самой собой. Если, конечно, не знать при этом, что ночь — время одержимых.
«Это я тебя так отвлекаю».
— От чего? — поинтересовалась Тэйра и на всякий случай осмотрелась по сторонам. А в следующий момент охнула, вскочила на затекшие ноги и кинулась наутек. Буквально в пяти шагах позади себя девушка обнаружила существо, напоминающее огромного волка с золотисто-желтой шкурой. Шубы из меха лунного волка, выходящего на охоту три ночи до полнолуния, ценились городскими модницами на вес золота. Правда, приобрести их было чрезвычайно сложно, так как и странный зверь не желал расставаться с частью себя, и охотники не горели желанием бродить по темным улицам, рискуя нарваться на одержимых. Конечно, изредка находились авантюристы, но не всем им сопутствовала удача…
«Рано!» — с досадой заявила бесовка и чуть развернула Тэйру, чтобы та бежала прямо к расположенному неподалеку сарайчику.
Девушка подвоха не заподозрила, так как сочла, что в кои-то веки их мнение с тьмой совпало. Сигануть через забор она могла и не успеть, зато в сарайчике имелся шанс спрятаться, подперев дверь изнутри. Ее пальцы уже коснулись металлической скобы-ручки, когда бесовка внезапно рванула тело в сторону. Тэйре оставалось только беспомощно наблюдать, как ладони сжались на длинном древке прислоненной к стене лопаты. Затем она быстро развернулась и как раз успела заметить, что лунный волк резко остановился, всеми лапами вспахивая рыхлую землю. Зверь словно чего-то испугался.
Но Тэйре было еще страшнее!
— Ой! — вырвался у девушки тихий писк, и образница поняла, что тьма опять бессовестно ее кинула перед лицом опасности.
Волк вскинул голову и сделал пару шагов вперед, оскалив длинные белые клыки. Размерами и массой он превосходил намеченную жертву.
Выставив перед собой черенок лопаты, словно щит, Тэйра сделала небольшой шажок по направлению к двери. Хотя, рассмотрев зверя, осознала, что хлипкая дощатая преграда его не остановит. Но ведь нельзя же просто сдаться и позволить себя съесть! Или можно? Девушка вдруг засомневалась, так как это тоже было спасением от одержимости. Не будет ни инквизиторов, ни процедуры экзорцизма, ни растворения души. Опустив лопату, она зажмурилась и со страхом принялась ждать кровавой развязки.
Не дождалась. Тьма неожиданно перехватила контроль и сделала размашистое движение лопатой. И даже попала! Распахнув глаза, Тэйра успела заметить, как металлический наконечник плашмя скользнул по морде зверя. Нечеловеческая сила бесовки позволила отшвырнуть волка на шаг назад. Но, судя по охватившей душу досаде, темная сущность отнюдь не планировала этого. Да и сам зверь повел себя странно. Вместо того чтобы напасть на обидчицу, он взвизгнул и, поджав хвост, попятился. Похоже, почуял в душе жертвы бесовку, которая инстинктивно воспринималась им как более опасный хищник.
— Не упусти! — не хуже волка взвыла темная половина души, кидая тело вперед.
Лопатой она попыталась поразить зверя как копьем. Острая кромка врезалась в шкуру на спине, рассекая ее. Но вместо крови из небольшой рваной раны показалось холодное лунное сияние. Необычный хищник не был материален в полном смысле этого слова. По странной прихоти мироздания он на три дня рождался из лунного света, чтобы по возможности собрать кровавую жатву. От него, к сожалению, амулетов еще не придумали.