Чтение онлайн

Лоуз вымученно осклабился:

— Еще одного ниггера будут линчевать. Буржуя могила исправит!

Вот это да! Гамильтон чуть не зашелся в хохоте. Однако Тиллингфорд был настроен весьма решительно.

— Доктор, — торопливо вмешался в опасный разговор Джек, — не принимайте происходящее всерьез. И ваша идиотская роль, и уличные сражения — все это дикая фантазия моей жены. Смотрите! Реальность едва не распадается. Марша вот-вот откажется от своих иллюзий. Послушайте же меня!

— И этого красного — тоже, — устало добавил Тиллингфорд. Он утер вспотевший лоб шелковым платком. — И эту красную сучку. Когда перестанут трепыхаться, облейте бензином… Нам надо было оставаться в агентстве. Там бы мы смогли устроить оборону!

Как посланцы с того света, рабочие-повстанцы подползали все ближе. Рванула еще пара гранат. По улице прокатилась тяжкая, режущая глаза и залезающая в горло волна пыли.

— Смотрите! — воскликнул Дэвид Притчет.

В ночном небе вспыхнули и заплясали яркие световые пятна, постепенно принимая форму гигантских букв. Буквы складывались в слова — неразборчиво-кривые послания:

МЫ НА ПАДХОДИ !

ДИРЖИТЕСЬ !

ВПИРЕД БАРЦЫ ЗА МИР !

— Весьма ободряет, — с отвращением прокомментировал Гамильтон.

Несущееся из темноты ритмичное завывание стало тоном выше. Холодный ветер швырял бессмысленные обрывки фраз.

— Может, они еще спасут нас… — неуверенно проговорила миссис Притчет. — Но эти ужасные слова вверху… от них становится не по себе. Вокруг снова засуетились бойцы Тиллингфорда. Они спешным ходом сгребали щебень, таскали обломки бордюра и куски асфальта, сооружая нечто вроде баррикады. Сквозь пыль и дым трудно было разглядеть их лица. Только на миг перед Джеком мелькнула грубая, костлявая физиономия. И тут же пропала во мраке. Кого же они напоминают?.. Джек силился вспомнить. Низко надвинутые шляпы, похожие на клюв носы…

— Гангстеры… — подал голос Лоуз. — Чикаго тридцатых годов.

Гамильтон кивнул:

— Точно.

— Все как по-писаному. Она, вероятно, зубрила наизусть свои книжки.

— Оставь ее в покое, — вяло предупредил Джек..

— Что теперь на очереди? — иронически обратился Лоуз к съежившейся в комок Марше. — Пособники империалистов сходят с ума от отчаяния? Так, наверное, по-вашему?

— Думаю, им до этого недалеко, — резонно заметил Артур Сильвестр.

— Какие неприятные типы, — затрепетала миссис Притчет. — Не думала, что подобные водятся на свете!

В это время в небесах взорвался один из пламенных призывов. Ошметки огненных букв полетели вниз, мимоходом зажигая кучи хлама и мусора. Изрыгая проклятия, Тиллингфорд неохотно отступил; его пальто тлело от сыплющихся горящих словес. Половину его бойцов похоронил под собой сверзившийся с неба громадный светоконтурный портрет советского Генерального секретаря…

— Прихлопнуло, как мухобойкой, — удовлетворенно хмыкнул Лоуз.

Джек увидел, как на крышу его дома со зловещим шипением упали огненные зигзаги — по горькой иронии это было слово «МИР». Крыша мгновенно занялась, потом пламя перекинулось на гараж и сарай. С нестерпимой болью в душе Джек смотрел на жадно взметнувшиеся пурпурно-желтые языки пламени. Как и следовало ожидать, тьму городских улиц не огласил рев пожарной сирены. Дома и проспекты хранили враждебное молчание.

— Господи Боже, — промолвила Марша. — Похоже, что вон то здоровенное «ДИРЖИТЕСЬ» сейчас свалится нам на головы!

Тиллингфорд окончательно утратил всякое соображение. Бесформенной грудой он стоял среди своих бойцов, монотонно повторяя:

— Бомбы и пули их не остановят… Бомбы и пули их не остановят…

Число его бойцов заметно поубавилось.

В неверном свете мерцающих углей, будто призраки, стали появляться силуэты повстанцев. Их крики «ура-а-а» достигли уровня почти истерического экстаза. Безумная лавина звуков опережала наступавших, летела впереди, прокладывая дорогу среди огня.

— Бежим! — крикнул Джек Марше. Схватив ее дрожащую руку, он яростно повлек жену прочь, подальше от спектакля абсурда. От балагана хаоса и смерти.

Джек по памяти пробирался вокруг разрушенного дома. По цементированной дорожке — и на задний двор. Часть забора уже сгорела. Теперь Джек брел мимо дымящихся руин. Еще совсем недавно здесь стояло его уютное пристанище, и вот… Вокруг только тьма и зловещая тишина каменных коробок. Время от времени навстречу попадались бегущие мужчины — безликие статисты кровавой трагикомедии. Потом пропали и они. Звуки перестрелки стихли. Джек перевел дух. Кажется, им удалось миновать район безобразной бойни.

— Подождите!.. — послышался сзади чей-то крик.

Джек нервно оглянулся.

Их догоняли запыхавшиеся Лоуз и Макфиф.

— Тиллингфорд совсем взбесился, — выпалил Лоуз. — Боже, это настоящая мясорубка…

— До сих пор не верю… — Искаженное гримасой лицо Макфифа лоснилось от пота. — Они опустились на четвереньки. Облеплены кровью и грязью… Сцепились, как звери…

Впереди сверкнули огни.

— Что это? — подозрительно спросил Лоуз. — Нам лучше сойти с главной дороги.

Перед ними открылась деловая часть Белмонта. Но, честно говоря, в памяти она всегда представала несколько другой…

— Ну что ж, — ядовито произнес Джек, — я предполагал нечто подобное.

Мертвенно-холодные, как мерцание гнилушек на болоте, огни обозначили во тьме простиравшиеся во все стороны трущобы. Ветхие магазинчики и лавки торчали над тротуарами, словно уродливые, ядовитые грибы. Кабаки, казино, бордели… А над всем этим — невыносимый металлический визг. Из громкоговорителей, укрепленных на столбах и примитивно сработанных арках, несся рев разухабистого джаза. Мигала неоновая реклама. Бесцельно шлялись вооруженные солдаты, подбирая себе подруг подешевле. В одной из витрин Джек увидел странное зрелище. Огромная выставка холодного и огнестрельного оружия в обитых плюшем ящиках.

— Почему бы и нет? — заметил Лоуз. — Представление коммунистов об Америке — страна бандитов, насилия и пороков.

— А в провинции, — добавила Марша, — бесконечные войны с индейцами, скальпы и суды Линча. Произвол и резня.

— Вы неплохо осведомлены, — буркнул Лоуз.

Марша с убитым видом присела на обочине.

— Я дальше не пойду.

Трое мужчин растерянно остановились.

— Пошли! — грубо приказал ей Джек. — Иначе замерзнешь.

Марша не ответила. Она сжалась в комок, опустив голову и обхватив колени, — маленькое, хрупкое, беззащитное существо.