Чтение онлайн

— Зачем Айдори так старательно копирует старые образцы? — поинтересовался Ларс-Уве, когда Айдори оторвался от столика, чтобы размять затекшую кисть.

Айдори даже глаза выпучил.

— Ведь это подлинные образцы мастеров каллиграфии Западной школы раннего периода!

— Ну и что?

— О-о… сразу видно чужака. Этот непревзойденный по изяществу летящий почерк до сих пор считается признаком высшего совершенства. Величайшие из великих стараются писать именно так! Конечно, кое-кто отдает предпочтение так называемой Южной школе. — Айдори презрительно сморщился. — Не понимаю… Отстаивать подчеркнутую грубость рисунка могут только бескультурные, лишенные чувства прекрасного личности. Истинное искусство каллиграфии заключается в законченности и отточенности, в скрупулезной прорисовке деталей. Реформаторы Восточной школы могут болтать сколько угодно о скорописи, — Айдори вздрогнул, точно увидел змею.- Их никогда не поймут и не поддержат. Содержание должно облекаться в достойную форму.

Все смешалось. Раньше Ларс-Уве считал, что профессиональные убийцы не отличаются тягой к изящным искусствам, да и большинство стихов, слышанных им до сих пор, при всей их прелести, больше смахивали на ритуальные воинские молитвы.

— Откуда Айдори известно все это?

Тот самодовольно ответил:

— В Арсенале Прилива молодежь учится у одного из самых лучших мастеров каллиграфии. Комендатура положила ему неслыханное жалование, наравне с достойными. Стараниями уважаемого Дзиса в нашем Арсенале собрана самая большая коллекция свитков мастеров Западной школы. Айдори везет неплохое пополнение, Дзиса умеет прививать своим ученикам любовь к прекрасному и чувство благодарности.

— Вероятно, свитки очень ценные?

— Конечно. Я подозреваю, что один из них принадлежит кисти божественного Кадзи. Это пять сотен лет! Но сказать это уверенно сможет только настоящий исследователь. Айдори всего лишь страж. Впрочем, в любом случае, свиткам нет цены.

— Как же тогда Айдори удалось их достать?

— Айдори указали, где необходимо искать, — уклонился от прямого ответа ценитель каллиграфии.

— И у Айдори хватило денег?

— Айдори не платил.

Вот это уже походило на правду.

— Как же тогда свитки попали на корабль?

— Земляные черви обязаны стражам!

По мере того, как корабль шел на север, море менялось. Пропадала зеленоватая прозрачность, все чаще волны приобретали мутно-серый свинцовый оттенок. Небо почти не очищалось от туч, моросил мелкий занудный дождик. Пришлось достать непромокаемые кожаные плащи и, спасаясь от холода, поддеть плотные тяжелые куртки.

Покачивая в руке тяжелую амуницию, Ларс-Уве грустно заметил:

— Если в такой одежде попасть в воду, то выплыть будет просто невозможно.

Ответ Айдори поразил его.

— А зачем выплывать? Настоящему стражу это ни к чему.

— Не понял.

— Выплыть после гибели корабля означает попасть в плен. Поганое рабство… Это же позор, смываемый только мучительной смертью. Захлебнуться быстрее и проще.

— Ларс-Уве об этом не подумал.

— Вот видишь, — снисходительно усмехнулся Айдори, — все имеет свою причину. Нужно только уметь видеть суть вещей.

— А жители города… Тоже не умеют плавать?

— Земляным червям это тем более настрого запрещено. Низкие твари и помышлять не должны об умении плавать хоть каким-либо образом. Если обнаружится, что земляной червь умеет держаться на воде, он должен быть немедленно казнен! Вся вода принадлежит стражам. Это их территория, их запретная зона, куда доступ земляным червям запрещен!

— Как же стражи выявляют умеющих плавать? В море, что ли купают?

Айдори оторопело уставился на него.

— Нет, проверок пока не устраивали. Но ведь это гениальная идея! Айдори немедленно по возвращению доложит в комендатуру Арсенала. Это просто блестяще! Стражи получат возможность разоблачать всех скрывающихся изменников, вырывать лелеющих черные помыслы из общих рядов…

Ларс-Уве чуть не застонал. Подсказать такое решение… Кошмар! Ведь теперь он вечно будет чувствовать себя виноватым!

Зона влияния Северного Арсенала становилась все ближе. Это без труда можно было определить по настроению Хэнно, становившегося все более нервным. Он удвоил количество наблюдателей, частенько сам поднимался на носовой помост и с помощью подзорной трубы обшаривал пустынный морской горизонт. После этого Хэнно так смотрел на Ларса-Уве, что тому немедленно становилось стыдно за Бейли-Громана, выбравшего место для Полярного-1 в таком неподходящем районе.

Наконец Хэнно приказал повернуть на запад.

— Мы на один день остановимся на северном берегу острова Тати. Хэнно известна потаенная стоянка, бухта, которой изредка пользуются корабли Арсенала Прилива для отдыха и мелкого ремонта. От остальной части острова она отделена непроходимыми горами, и с суши обнаружить ее нельзя. Бухта имеет два входа, с моря ее заметить тоже можно только твердо зная, что ищешь. Мы будем там в полной безопасности.

Айдори влюбленно смотрел на капитана.

— Хэнно мудр.

Капитан согласно вздохнул.

— Перед походом к ледяному барьеру экипажу необходим отдых. Мато жалуется, что каппа тоже начал капризничать, моллюск не любит холодную воду. Дадим отдохнуть и нашему двигателю.

Хмурый рассвет вставал над серо-коричневыми скалами, вершины которых были усыпаны белыми снежными пятнами, как лишаями. В расселинах чернели хилые рощицы. С берега дул холодный пронизывающий ветер, заставляя лязгать зубами. Моросящий ледяной дождь, смешанный со снежной крупой, тоже не улучшал настроения.

Часовые зябко ежились, стараясь разглядеть что-нибудь в неверном грязно-сером свете, смазывавшем горизонт, так что было неясно, где кончаются серо-белые волны, а начинается бело-серое небо. Однако они бдительно следили за обоими входами в бухту — появление кораблей Северного Арсенала проморгать было смерти подобно.

Айдори меланхолично произнес:

— Вода так холодна!

Уснуть не может птица,

Качаясь на волне.