Чтение онлайн

— Да, это он, — говорю я безучастно, возвращая Палакону фотографию. — Но живет он не с нами.

— А кто-нибудь из живущих в том самом доме контактирует с Бертраном Риплэ? — спрашивает Кратер.

— Да, — отвечаю я. — Все, пожалуй.

— А вы, мистер Вард? — переспрашивает Палакон.

— Что я?

— Вы с ним контактируете? Я имею в виду Бертрана Риплэ?

— Ах, я? Нет, я с ним не контактирую.

Скрип перьев, долгое молчание, затем снова скрип перьев.

Я смотрю на японца, который продолжает не шелохнувшись следить за мной.

Палакон протягивает мне еще одну фотографию, которая оказывается для меня полной неожиданностью.

Это карточка Сэма Хо, под которой что-то написано на каком-то азиатском языке.

— Вы знаете этого человека? — спрашивает Палакон.

— Да, это Сэм Хо, — говорю я и начинаю плакать.

Я опускаю голову и гляжу на свои ботинки, стараясь сдержать рыдания.

Слышно шуршание бумаг, смущенное хмыканье.

Я делаю глубокий вздох и пытаюсь взять себя в руки, но после того, как я сообщаю им, что Брюс Райнбек и Бобби Хьюз пытали его в Лондоне, а затем убили месяц назад, я вновь начинаю плакать. Проходит не меньше минуты, прежде чем мне удается справиться со слезами. Я сглатываю слюну, прочищаю горло. Рассел наклоняется ко мне и предлагает клинекс. Я прочищаю нос и бормочу:

— Извините.

— Поверьте мне, мистер Вард, мы вовсе не собирались вас огорчать, — говорит Палакон. — С вами все в порядке? Мы можем продолжать?

— Да, со мной все в порядке, — говорю я, вновь прочищая горло и вытирая лицо.

Палакон протягивает мне следующую фотографию.

Сэм Хо стоит посреди безбрежного песчаного пространства, весьма похожего на Саут-Бич, а рядом с ним — Марайя Кэри и Дэйв Грол, и все трое внимательно прислушиваются к чему-то, что рассказывает им k. d. lang. На заднем плане люди устанавливают свет, держат в руках тарелки с едой, позируют, украдкой говорят по мобильникам.

— Ага, это тоже он, — говорю я, вновь высмаркиваясь.

Кратер, Дельта и Палакон обмениваются задумчивыми взглядами, а затем вновь обращают внимание на меня. Я пытаюсь рассмотреть японца, когда Палакон говорит:

— Этот снимок Сэма Хо сделан в Майами.

Пауза.

— Да?

— На прошлой неделе.

Пытаясь не выглядеть слишком удивленным, я проглатываю слова «на прошлой неделе» и холодно замечаю:

— Значит, тогда это не он. Не Сэм Хо.

Кратер наклоняется к Палакону и тыкает ручкой в какую-то запись в папке, которую тот держит на коленях. Палакон раздраженно кивает. Я начинаю нервничать и ерзать на стуле.

— Они умеют подделывать фотографии, — сообщаю я. — Я буквально вчера видел, как Бентли Харольдс это делает. Они постоянно фабрикуют…

— Мистер Вард, эти фотографии были подвергнуты тщательному исследованию в компетентной лаборатории, и они являются на сто процентов подлинными.

— Откуда вы знаете? — выкрикиваю я.

— У нас есть негативы, — парирует Палакон.

Пауза.

— А негативы что, нельзя подделать? — спрашиваю я.

— Негативы не были подделаны, мистер Вард.

— Но тогда… тогда кто этот парень? — спрашиваю я, ерзая в кресле, растираю руки, а затем с трудом шевелю пальцами.

— Стойте, погодите-ка минутку! — говорю я, всплескивая руками. — Ребята, ребята, погодите-ка минутку!

— Да, мистер Вард, — говорит Палакон.

— А это… это все настоящее?

Я осматриваю комнату в поисках камеры, осветительных приборов и других несомненных признаков присутствия съемочной группы, которая, возможно, в настоящий момент прячется за дверью в соседней комнате и снимает происходящее через отверстия в малиново-черных стенах, прорезанные в стратегических точках.

— Что вы имеете в виду, мистер Вард? — спрашивает Палакон. — В каком смысле «настоящее»?

— Ну, я хотел сказать, может быть, это все кино? — разъясняю я, вертясь на стуле. — Может быть, нас сейчас снимают?

— Нет, мистер Вард, — вежливо отвечает Палакон. — Это не кино, и вас никто не снимает.

Кратер и Дельта бросают на меня непонимающие взгляды.

Японец слегка наклоняется вперед, но не настолько, чтобы я смог разглядеть его лицо.

— Но… я… — я гляжу на фотографию Сэма Хо, — я… не…

Я начинаю тяжело дышать, и спертый, холодный воздух в комнате обжигает мне легкие.

— Они… послушайте, они… я думаю, они делают двойников. То есть я не знаю, как они их делают, но… но они их делают. Это не Сэм Хо… это кто-то другой… то есть я хочу сказать, Палакон, что они где-то находят двойников.

— Палакон! — внезапно говорит Кратер. В тоне его голоса слышится предупреждение.

Палакон озадаченно смотрит на меня.

Я роюсь в кармане в поисках таблетки ксанакса и пытаюсь устроиться поудобнее, чтобы у меня не затекали руки и ноги. Я позволяю Расселу поднести огонь к сигарете, которую кто-то мне сунул в рот, но дым отвратителен на вкус, и сигарета выпадает у меня изо рта и падает на пол, зашипев в лужице талой воды, образовавшейся там, где растаял лед.

Дельта протягивает руку за чашкой кофе.

Мне вручают еще одну фотографию.

Марина Гибсон. Простая цветная фотокарточка 8x10, не очень качественно отпечатанная.

— Это та самая девушка, с которой я познакомился на «Королеве Елизавете II», — отвечаю я. — Где она? Что с ней случилось? Когда была сделана эта фотография? — И затем, уже спокойнее: — С ней все в порядке?

Палакон делает небольшую паузу, а затем сообщает:

— Мы полагаем, что она погибла.

Срывающимся голосом я спрашиваю:

— Почему? Откуда вам это известно?

— Мистер Джонсон, — говорит Кратер, наклоняясь ко мне, — мы подозреваем, что эта женщина была послана, чтобы предупредить вас.

— Подождите, — говорю я, чувствуя, что фотография вот-вот выпадет у меня из пальцев. — Послана, чтобы предупредить меня? Предупредить о чем? Подождите минуточку, Господи Боже, подождите…

— Вот это-то мы и пытаемся понять, мистер Джонсон, — говорит Дельта.

Палакон наклоняется к видеомагнитофону и нажимает на воспроизведение. Съемки с ручной видеокамеры, но на удивление профессиональные. Мы на борту «Королевы Елизаветы II». Актриса, играющая роль Лорри Уоллис, прислоняется к ограждению, изображает смущение, откидывает голову назад и рассматривает океан с улыбкой на лице, адресованной оператору, но оператор тут же переводит объектив на Марину, растянувшуюся в шезлонге в коротких штанишках под леопарда, белой полупрозрачной коротенькой блузке и в огромных, в пол-лица, темных очках в роговой оправе.