Чтение онлайн

На первый взгляд, желание императора встать на один уровень с гладиаторами, самыми презираемыми людьми в античном обществе, могло показаться странным.

Но здесь следует вспомнить, что, несмотря на презрительное отношение, гладиаторы имели толпы восторженных поклонников.

Большинство императоров, конечно, предпочитали держаться от арены подальше, а те, кто решался выйти на кровавые пески, делали это, скорее всего, для того, чтобы почувствовать хоть малую толику того обожания, которым награждали этих воинов.

По крайней мере одним из императоров, решившихся выйти на арену, руководило именно это желание. Нерон был всегда готов петь, танцевать и лицедействовать перед публикой. Безусловно, он обладал выдающимися артистическими способностями, однако его страсть к популярности стала легендой. В дни проведения мунера Нерон любил присоединяться к венаторам, чтобы продемонстрировать свои таланты — пострелять из лука или метнуть копье. Как правило, он выходил на арену, когда там не было никого опаснее оленя или зайца, а эти животные были достаточно быстрыми и проворными, чтобы показать, что он действительно хороший охотник.

Известен случай, когда Нерон, вооруженный одним только охотничьим копьем, решил выйти против льва. Ходили упорные слухи, что льва предварительно «подготовили» к встрече с императором, вырвав ему зубы и порвав главные мышцы, хотя происходящее на арене не очень-то подтверждало эти предположения. Тем более что больше Нерон никогда не решился повторить этот трюк; видимо, общение со львом несколько напугало его.

Предшественник Нерона, Калигула, больше предпочитал пугать других, чем бояться. Калигула получал удовольствие от жестоких кровожадных шуток. Он часто подшучивал над гостями, приглашенными на званые обеды, говоря им, что отравил вино, а иногда делал это на самом деле просто для того, чтобы немного «повеселиться». Когда одного знатного человека должны были вот-вот бросить на арену на растерзание диким зверям, тот в отчаянии закричал, моля Калигулу о пощаде. Император позволил человеку подняться на императорский трон, якобы для того чтобы получить прощение, а затем лично убил его.

Молодой император был не только кровожадным, он еще и виртуозно владел оружием. Все детство он провел в военных лагерях, где его отец служил полководцем, и заработал от солдат прозвище Калигула, которое означало «Маленькие сапожки» (от слова «калига» — название обуви римских солдат). Повзрослев, Калигула продолжал усердно тренироваться. Постигать искусство боя считалось очень модным занятием среди римских аристократов, поэтому император был далеко не единственным, кто нанимал гладиаторов для того, чтобы те обучали его тонкостям владения мечом. Особое пристрастие он испытывал к фракийскому стилю.

Эксцентричность Калигулы проявилась в том, что он облачался в экипировку фракийцев и выходил на арену анонимно, прячась под опущенным забралом шлема, а иногда об его участии в бое торжественно объявляли. Одни бои, когда он дрался с известными гладиаторами, были показательными, другие, когда он выходил против приговоренных к смерти преступников, вооруженных тупым оружием, были настоящими казнями.

Этот почин продолжил император Адриан, который любил демонстрировать свои несомненные таланты по части владения оружием. Он охотился на животных, как Нерон, и участвовал в показательных боях, как Калигула. Другие императоры демонстрировали свои боевые навыки на арене, стреляя по мишеням или убивая животных.

Совсем иначе обстояло дело с Коммодом, императором Рима с 180 по 192 год до н. э. Коммод унаследовал власть от своего отца Марка Аврелия в возрасте восемнадцати лет. С самого начала он предпочел передать управление империей в руки своих советников, что было весьма мудрым поступком.

Коммод был высоким, мускулистым мужчиной, мастерски владеющим оружием. Сначала он выходил на арену и демонстрировал свои умения относительно безобидным способом. Один летописец писал: «Его умение стрелять из лука было признано всеми поистине блестящим. Однажды он стрелял по страусам, используя стрелы с серпообразными наконечниками. Коммод обезглавливал одну птицу за другой, срезая им стрелами головы на самой вершине шеи так, что они продолжали бегать по арене, будто с ними ничего не произошло».

А вот воспоминания другого современника: «Однажды он убил сотню медведей, стреляя по ним с перил ограждения. В другой раз вышел на арену и убил всех животных, которые приблизились к нему. Также он убил тигра, гиппопотама и слона».

Молодой гладиатор принимал участие и в показательных боях с известными гладиаторами: «Днем он дрался как гладиатор. Стиль, который он практиковал, а также оружие и доспехи, которые использовал, были позаимствованы у секуторов. Он держал щит в правой руке, а деревянный меч в левой. Он очень гордился тем, что от рождения был левшой».

Однако спустя десять лет правления с Коммодом что-то произошло. Он начал вмешиваться в дела правительства и приказывал казнить — из-за малейших провинностей — своих верных слуг. На арене он уже убивал по-настоящему. Его соперники, которым говорили, что бой будет показательным, по-прежнему были вооружены деревянными мечами, в то время как сам Коммод был вооружен настоящим мечом.

Также Коммод принимал активное участие и в казнях преступников. Он любил сравнивать себя с Геркулесом и появляться на празднествах одетым, словно античный герой, в накидку из львиной шкуры и вооруженным массивной дубиной.

Именно в этом одеянии он участвовал в казнях, проламывая своей дубиной головы приговоренных к смерти. Во время ноябрьских игр 192 года до н. э. Ком-мод убил своего соперника, после чего подобрал отрубленную голову и помахал ею перед сидящими на трибуне сенаторами. Глядя на них, он недобро улыбался. На следующих играх он планировал казнить без всякого предупреждения двух консулов Рима. Когда командующий гвардией преторианцев узнал об этих коварных замыслах, он испугался, что следующей жертвой может стать сам, и организовал убийство императора.

После безумств, совершенных Коммодом, мало кто из императоров выходил на арену.

На протяжении семи столетий сражений гладиаторов на аренах Рима их оружие, экипировка и техника ведения боя претерпели ряд изменений. Одни из них были модны лишь короткий промежуток времени, другие прочно вошли в обиход и служили не одному поколению. Все эти многочисленные методы борьбы и виды оружия были призваны подогревать интерес толпы к играм и делать их более зрелищными. Что касается гладиаторов, то им все эти изменения не приносили ни малейшей пользы.