Чтение онлайн

Г и т л е р. Нет, это мне не нравится. Тут пахнет личным, мелким, а я за идею. Я за принцип. Циклон-Б — это не подвал. Это принцип. Ничего личного. Или всех, или ни одного!

С т а л и н. Хоть ты и максималист, но ты, слабак, Адольф. И всегда был слабаком. Рассказывай большевику о принципах! И почему только мы тебя боялись? Сам теперь удивляюсь. Впрочем, я не заложник догм. Например, Ленин, когда меня на фронты гражданской с проверками посылал, говорил: «Стг’еляйте, батенька, эту штабную сволочь. Там некогда выяснять, кто пг’ав, кто виноват. Чем больше, тем лучше. В длинный ряд недорезанных спецов выстроили и пах-пах из г’евольверчика! Тогда те, кто уцелеет, живо начнут воевать. Как блохи, скакать начнут.» И, знаешь, — начинали скакать. Люди в своём большинстве — это те же блохи. Вот так он учил меня.

Г и т л е р. Вы оказались хорошим учеником. Да, рановато мы отправили вам вагон с Лениным. Нам бы самим у него подучиться. Этой технологии не хватило в Германии! Впрочем, в те годы я ещё не влиял на политику. В результате я начал войну, окружённый предателями в пенсне.

С т а л и н. А я ленинский подход масштабно применил в конце тридцатых. Нам удалось представить дело военных как секретную операцию германских спецслужб.

Г и т л е р (оживился). Тухачевский! Как же! Тут мы вас обвели вокруг пальца. Гиммлер и Гейдрих соорудили документы и всё думали, как их забросить русским. Дали знать людям Бенеша и не ошиблись. Олух стукнул в Москву. Каково же было наше изумление, геноссе Сталин, когда вы предложили нам за эти фальшивые бумаги три миллиона золотом. Мы потом выдавали эти деньги нашим агентам.

С т а л и н. А мы этих агентов спокойно брали, потому что номера банкнот были переписаны НКВД.

Г и т л е р. Я это быстро понял, и оставшиеся иудины деньги велел пустить под нож.

С т а л и н. А что касается Тухачевского, Егорова, Блюхера и других… Тут я тебе так скажу, Адольф. Мы, большевики, настроены на масштаб. Пятую колонну мы вырезали без колебаний. И смотри — выиграли войну.

Г и т л е р. Вы завалили нас трупами. Горами трупов.

С т а л и н (ставит камень и назидательно поднимает указательный палец). Не трупами, а камнями. В игре используют не только живые, но и мёртвые камни! Вот эти, Адольф, камни — мертвы.

Г и т л е р. Эта партия за вами, геноссе Сталин.

С т а л и н (берётся за трубку). Конечно, за мной. А что за тобой? У тебя остался один настоящий друг, Адольф. Кстати, нэ хочешь встретиться с Паулюсом?

Г и т л е р. Не испытываю никакого желания видеть этого труса и подлеца. (Рассеянно смотрит на огонь в камине, затем вскакивает и начинает нервный бег в пространстве кабинета.)

С т а л и н. Да, мы могли быть вместе… Ты не думал об этом?

Г и т л е р. А о чём же я думал, рассматривая в перископ гёринговское Калинхалле?! Вместе? Это была бы несокрушимая геополитическая сила! И надежда на действительную тысячу лет. Без тунеядцев и олигархов. Союз Византия и Рима — от Аддис-Абебы Муссолини до Нордкапа Квислинга в Скандинавии. Нил, Волга и Рейн. Великий рейх арийских фараонов. Русско-немецкие орденсбурги. Новый союз Петра III и Фридриха Прусского. Русские пашут землю, а немцы сочиняют для них симфонии. Можно и наоборот, Иосиф. Русские ведь тоже умеют издавать звуки! Разве не так? «Щелкунчик» неплохо слушается под Рождество. А немцы, открою тайну, — способны разводить свиней. Ты пробовал настоящую брауншвейгскую колбасу? Я её не ем, это трупное мясо, но знаю, о чём говорю. Никакая утопия не утопила бы этот великий союз. Никакие маньяки-интеллигенты в очках, с бородками и с самодельными бомбами в карманах. Англичане задохнулись бы от зависти на своём жалком, засиженном толстыми мухами острове. Новый танк «Адольф Сталин» и самоходка «Иосиф Гитлер»! А? Ты видел проект моей «Крысы»? Новый Гегель провозгласил бы — мировой дух завершил историю! Новый Гегель, а не какой-то там французский жидо-дилёз или Гваттари. Когда поля родят, золота не нужно. В Византии из него делали нужники. Даже ваш Ленин прекрасно это понимал. Кажется, у него было в программе — после построения коммунизма все золото кидают на производство унитазов. Эту идею он, конечно, украл. Но не у Маркса, Иосиф, а у Томаса Мора. Был такой канцлер-чудак у Генриха Восьмого. Нужники из золота — идея краденая, но верная!

С т а л и н. Что ж! Не случайно мы решили покрыть золотом станции масковского метрополитена.

Г и т л е р. Это кич, Иосиф. Надо быть выше. Создавай настоящие произведения, учись этому у меня. Кстати, что было в бункере в последние дни? Расскажи хоть немного. Доктор с Магдой покончили с собой?

С т а л и н. И дэтей забрали! (Делает красноречивый жест трубкой.)

Г и т л е р. Молодцы, настоящие национал-социалисты! Магду я любил. Женщина с ледяными глазами. Вот, что значит воля! А херр Шпеер?

С т а л и н. Сдался американцам.

Г и т л е р. Это плохо.

С т а л и н. Это хер знает что, Адольф. Он был информированным работником. Самое неприятное, что теперь союзникам достались планы монументальных зданий Берлина.

Г и т л е р. Это возмутительно! И эти свиньи обязательно ими воспользуются. Но ничего, Иосиф, я кое-что храню в памяти и готов помочь тебе с реконструкцией Москвы. Хочешь, начнём с Триумфальной арки Победы? Или нет! Предлагаю начать с монументального памятника русскому и немецкому солдату в Сталинграде. Здорово? Представь только на миг! На вершине кургана — искусственное озеро, горы из гранита и стелла, изображающая германскую женщину. Как тебе идея?

С т а л и н. С мэчом?

Г и т л е р. Иосиф! С тобой можно обсуждать архитектурные замыслы! Конечно, с мечом. Крупная грудь, платье, меч, суровые формы. Рядом — огромная полусфера с неугасимым огнём и круглым отверстием в ночное небо! По замыслу должно быть круче, чем дворец Нерона. Главное — не стесняться размеров. Высота скульптуры Нерона составляла 36 метров. «Американская Свобода» — 46. Моя женская фигура в Нюренберге замышлялась в 60. Отталкивайся от этих цифр. Памятник сталинградского сражения обязан быть величественным!

С т а л и н. Я дам тебе настоящего архитектора. Сможешь передать свой замысел?

Г и т л е р. Еврей? Раздвигай проспекты, сноси дома, делай улицы как можно более широкими. Евреи на это не способны! Неумеха, идиот и неудачник Липперт сократил мой проект главной улицы Берлина до 91 метра, хотя я настаивал на 120. Сто двадцать ширины, Иосиф! А ты предлагаешь мне ещё одного еврея! Какой ширины улица, по которой меня везли к тебе?

С т а л и н. Пока небольшая, но в наших планах коренная реконструкция района Дорогомилово. Сразу за рекой советская власть собирается выстроить величественный зиккурат свише двэсти метров высоты. Я распорядился начать строительство в тот год, когда я умру.

Г и т л е р. Не тяни, заложи камни уже сейчас. Найди символику. Возьми девять камней прямо из этого комплекта и закопай в местах строительства.

С т а л и н. Я сделаю как ты саветуешь, Адольф, но где я возьму тебе русского архитектора? Русские, Адольф, позанимали в своей стране все тёплые места — в кочегарках, у мартеновских печей. Свободны только еврейские архитекторы.

Г и т л е р. Да, поражение — это горькая пилюля. (Теряя интерес и усаживаясь на место.) А эти где? Гёринг, Борман, Айсман?