Гипермаркет
Шрифт:
Мальчик ткнулся холодным носом в материнские волосы и беззвучно заплакал. Он обнял поочерёдно родителей. Мальчик понял, что пора уходить, но он долгое время не мог решиться оставить их здесь.
«Но мне пришлось. – продолжал старик, – Я даже не успел вынуть из кармана отца ключи, как перед моим лицом возникло это чудовище: с бледным как у мёртвого, лицом, горящими адскими глазами, кровью на одежде и лице. Я побежал и понял, что пойман. Холодные руки вцепились в меня и стало так холодно, как будто бы я в одних трусах лежал в сугробе. Слезы потекли у меня по щекам, я не чувствовал их, но мои глаза стали влажными, поэтому я и понял, что плачу. Ещё я понял, что умру, как и мои родители. Это радовало даже в некотором смысле – я буду там, на небе, вместе с ними. Да я уже тогда знал, что существует ад и рай… Однажды я спросил у мамы, увидев в каком-то фильме ангела, – существуют ли они? Мама ответила, что она где-то читала о том, как ангелы спасают своих подопечных. Демонов – она говорила – не существует. Но… С того дня я знал что они есть. – старик вытер слезы и сделал короткую паузу. Потом продолжил – Холод сковывал меня всё больше. По всему телу пошли „мурашки“, и я словно стал покрываться ледяной коркой. Все это было похоже на страшный сон. Не верилось мне, что вот так я мог потерять их…»
Мальчик сидел возле мёртвых родителей среди хаоса и носящихся, как молнии, вампиров. Наконец он не выдержал и прошептал: «Мама… где… мой… ангел?». Губы плохо его слушались, как и конечности. Сознание постепенно мутнело.
«Свет меня не осиял, мама не явилась, но чудо произошло. Вампир почему-то отпустил меня и отполз. Я оказался потом на улице в сугробе. Увидел свет и услышал: «Вставай, вставай…
– Мама? – я позвал её, потому что я не понял, что это было. Но потом я увидел двух милиционеров над собой (да, тогда наша полиция называлась ещё милицией), которые говорили: «Вставай, парень, ты откуда такой тут взялся?»
Сначала я лежал. Просто лежал. Но потом они протянули мне руки и помогли подняться. На трясущихся от пережитого ужаса ногах, я встал. От холода меня сильно знобило».
– Где я? – спросил мальчик глухим голосом.
– Ты-то? Под памятником на Площади. – сказал один из милиционеров и этим привёл мальчика в ещё большее замешательство.
– Что? Какой памятник? Какая площадь? – мальчик осмотрелся. Он действительно сидел на снегу, на Площади под памятником. Вокруг было тихо и никого не было. – Какое сегодня число? – спросил он через пару секунд.
– Первое января. – сказал один.
– Ишь ты, такой малой, а уже наглотался. – брезгливо произнёс второй.
Но мальчик как будто не слышал их. Он пошатнулся, едва не упав, и схватил за руку одного из милиционеров, ища опоры.
– Гипермаркет… Вампиры… Они… убили… маму… и… папу… – просипел он.
– Чего? – спросил один, а другой ошарашенно сказал:
– Точно пацан блин, накидался… И куда его родители только смотрят? Таких надо родительских прав лишать!
– Да уж. – протянул второй – Хотя непохоже, чтоб он врал. Вон плачет как. – второй присел перед мальчиком на корточки взял его за локти и, посмотрев в глаза, сказал – Расскажи нам. Что случилось.
«Я все им рассказал. Все, что вы знаете. – посмотрел на репортёров старик. – ничего не утаил. Я сильно плакал, наверное, было не очень понятно. Но он, кажется, меня понял.
– Семён, вызывай подмогу. Мы едем в «Пир». – сказал он другому.
И мы поехали. Он взял меня в машину, включил прогрев, купил мне какао. Я согрелся, меня разморило, и, несмотря на волнение, я вздремнул. Потом мне сказали, как во время сна я плакал и кричал так, что водитель несколько раз с удивлением оборачивался назад. Наконец… Мы приехали. Приехали в это страшное место. Я не мог смотреть на этот дом смерти.»
– Если хочешь, можешь остаться в машине. – предложил милиционер, заметив ужас в глазах мальчика. – Мы все осмотрим и вернёмся.
Тот помолчал немного, но, глотая слезы, тихо проговорил:
– Я… Должен… найти… маму…
Икая от слёз, он вышел вслед за ним. Милиционер закрыл машину и они вдвоём направились к большому зданию гипермаркета. Сзади них послышались звуки и оба обернулись: это приехало несколько милицейских машин. Вскоре все выбрались, и во главе со следователем пошли в гипермаркет».
Петр – так звали милиционера, который помогал мальчику, впустил его в гипермаркет и встал рядом.
Электрик пошёл ещё с двумя включить свет. Ждали они долго. Наконец, лампочки в магазине загорелись друг за другом по всему залу и ударили в глаза пришедшим.
«Стояла мёртвая тишина, как и тогда. Я открыл глаза. – старик выдержал паузу и продолжил – Я стоял в чистом, белоснежном зале с сотнями стеллажей, на полках которых был аккуратно разложен товар. Это был гипермаркет без единого живого существа внутри. Мы стояли и просто смотрели».
– Давайте тут осмотрим все. – сказал милиционер, который казался старше остальных. – Если ничего не найдём – составляем протокол и уходим.
Милиционеры разбрелись по гипермаркету. Петр хлопнул по плечу мальчика, подбадривая, и ушёл вместе со старшим из милиционеров. Мальчик остался один в этом огромном белом зале. Он окинул взглядом окружающее его пространство и медленно пошёл вдоль стеллажей. Мальчик прошёл мимо зеркала, а потом вернулся и взглянул в зеркало. Оттуда на него смотрел худой мальчик со спутанными русыми волосами, красными от плача глазами и бледной, очень бледной кожей.
Конец ознакомительного фрагмента.