Чтение онлайн

К счастью, моя гардеробная набита вещами для тренировок, к которым я даже не прикасалась. Через сорок пять минут стою и жду его возле зала. Дверь открыта, но я делаю растяжку в коридоре.

Тянусь к мыску правой ноги кончиками пальцев, когда появляется Кельвин.

— Готова? — спрашивает он.

На нём нет очков, и ничто не мешает мне рассмотреть его красивое лицо.

— А тебе разве не нужна растяжка?

Он смотрит на меня, а потом исчезает за дверью. Я выпрямляюсь, следую за ним и, входя, сразу же чувствую запах кожи и стали. Дальняя стена полностью зеркальная, а комната заставлена различными тренажёрами. На стене — плазменный телевизор, а ещё я вижу весы и полку с книгами о правильном питании и упражнениях для всего тела. Кельвин стоит ко мне спиной, склонившись вперёд, а я складываю руки.

— Что мне делать? — спрашиваю я.

Он оглядывается через плечо:

— Что хочешь, Кейтлин.

Я направляюсь мимо него к дорожке для бега.

— Можно я воспользуюсь ею? Или она тебе нужна?

Он поднимает вверх правую руку, частично обмотанную белым боксёрским бинтом.

— Хочешь придержать его для меня? — спрашивает он, указывая на боксёрский мешок. Я моргаю, переводя взгляд с мешка на Кельвина и обратно. Он начинает смеяться. — Шучу.

Я выдыхаю и киваю.

— Оу.

Беговая дорожка разработана по самой инновационной технологии и проходит несколько минут, прежде чем мне удаётся разобраться, что к чему. Я пытаюсь сосредоточиться, но не могу оторвать глаз от Кельвина. Он смахивает чёлку со лба рукой. Нажимаю «Старт», а он стягивает с себя футболку и бросает её на перекладину одного из тренажёров. В его теле всё пропорционально: каждый выступ и изгиб его мышц на своём месте, и, когда он двигается, шесть кубиков на его животе превращаются в восемь.

Он воплощение предмета искусства: каждая мышца отточена и идеальна. Складывается впечатление, что когда он вколачивает свой кулак в мешок, то даже не использует всю имеющуюся силу. Я приспособилась к темпу своего бега, и теперь мой взгляд мечется между нашими изображениями в зеркале. Во мне возникает желание увидеть нас рядом друг с другом. Мне интересно, как бы мы смотрелись. У нас обоих светлые глаза, хотя мои темнее, чем его. Если бы не разница в возрасте, то нас можно было бы принять за брата и сестру. Но вообще-то нас можно принять за кого угодно: друзей, любовников, врагов.

Его удары набирают силу, становятся более агрессивными. А тело сияет в ярком свете, волосы становятся влажными и липнут ко лбу. Мешок принимает на себя удар с видимой вибрацией. Он терпеливо и послушно висит, выдерживая ярость Кельвина. Когда смотрю на экран перед собой, я понимаю, что бегу уже пятнадцать минут, и моё дыхание учащается. То, что должно было стать просто разминкой, истощает меня. Провожу рукой по лбу, чтобы отвлечь себя от мыслей о Кельвине. Спустя некоторое время он делает передышку, опуская руки по швам, в то время как его грудь заметно двигается вверх и вниз от тяжёлого дыхания.

Шорты так низко сидят на нём, что внутри меня просыпается завистливый зверёк, который хочет стащить их вниз по его бёдрам.

Кажется, он даже не помнит, что я здесь, поэтому я спокойно наблюдаю за тем, как он подходит к книжному шкафу. Моя грудь начинает гореть огнём, когда на экране дорожки я вижу цифру в три мили, а это всего лишь половина моей дистанции. Через несколько минут Кельвин поднимает голову, и я отвожу от него взгляд, но он всё равно замечает. Парень кивает в моем направлении.

— Ты в порядке?

Я киваю.

Он кладёт книгу на скамейку и встаёт.

— Ты красная как варёный рак, и я даже отсюда слышу, с каким трудом ты сопишь. Думаю, пора остановиться.

— Я в порядке.

Он подходит ближе, нажимает кнопку аварийной остановки и, повернув меня к себе, закидывает на своё плечо.

— Эй, — визжу, — я не закончила.

Он ставит меня на пол.

— Закончила, — произносит он, пока мы оба вытираем пот с наших лбов. — Не переусердствуй, иначе только навредишь себе.

Я скрещиваю руки на груди и вижу своё отражение в зеркале. Лицо раскраснелось, из конского хвоста вылезли пряди волос. Поворачиваюсь спиной к Кельвину. Стягиваю резинку с волос, и пряди рассыпаются по моему влажному от пота затылку. Он забирает резинку у меня из рук.

— Не завязывай.

— Но я потная.

— Тогда пойдём в бассейн.

— Бассейн? — переспрашиваю я, сбитая с толку. — Какой бассейн? Он у тебя есть? Мне можно пойти на улицу?

— Притормози, — произносит он с лёгкой улыбкой. — Он с подогревом и находится в доме. Прекрасный вариант, чтобы расслабиться после рабочего дня.

— У меня нет купальника.

Моргнув, он опускает свой взгляд от моей шеи вниз, словно оценивая всё моё тело. Он не может оторваться от моей кожи, которую, кажется, начинает покалывать потому, что он на неё смотрит. Я чувствую, как пульс на моей шее ускоряется, несмотря на все мои попытки успокоиться. Кельвину плевать на то, что у меня нет купальника. Если только он уже не купил его? Но он ведь уже видел меня голой. Вообще-то даже большее количество раз, чем кто-либо. Купание в тёплом бассейне уже не кажется мне таким страшным. Я вижу, как его язык двигается под верхней губой.

— В задней части ящика.

Горло пересохло, потому что я забыла, как глотать.

— Хмм?

Его взгляд возвращается к моим глазам.

— Купальник. Нижний ящик. В задней части ящика.

Смотрю на Кельвина. Я не открывала тот ящик с тех самых пор, как появилась здесь и узнала, что там лежит дорогое белье. Мне интересно, откуда он знает, и почему ему не всё равно, что находится в моём гардеробе.

— Хорошо. Я… Ммм... Пойду переоденусь.

По пути к двери он открывает дверцу шкафчика и протягивает мне огромное белое полотенце.

— Тебе это понадобится, — обхватываю полотенце руками, приветствуя его мягкость. — Жди меня в своей комнате. Я приду за тобой.

В ящике я нахожу три чёрных купальника: один с откровенным топом из двух треугольников, второй с узким топом без бретелек и третий с совместным топом с пуш-ап эффектом и трусиками. Примеряю их все, и мне кажется, что первое бикини самое подходящее. Кожа до сих пор тёплая и чувствительная после тренировки, и, укутавшись в хлопковое полотенце, я ощущаю лишь комфорт.