Чтение онлайн

— Я хочу прогуляться по саду, — робко возразила королева, но Ярин перебил ее грубым воплем:

— Ты останешься в этой комнате до тех пор, пока не выполнишь свою обязанность жены!

Выходя, он с силой хлопнул дверью, и Консеттина, которую охватили страх и стыд, спряталась с головой под одеялом.

Айвен передал сундук Ярину, и король, не сводя взгляда со своих «новых подданных», немытых дворфов, медленно поднял крышку.

Разумеется, заметив блеск ожерелий, он сразу же забыл об окружающем. Прекрасные изделия, украшенные редкими, дорогими, тщательно ограненными камнями, зачаровали жадного короля.

— Это дар, мой король, для тебя и твоей королевы, — объявил Безуба.

Король взглянул на Рыжего Мэззи, придворного чародея, который уже сотворил заклинания, чтобы определить, не заколдованы ли предметы и не несут ли зло, и на Джанкиса Дюларемея, придворного жреца, в обязанности которого входило определять присутствие яда. Оба кивнули, и король Ярин взял более крупное ожерелье и внимательно рассмотрел его. Он улыбнулся: вес этого излишне броского, безвкусного украшения убедил его в том, что толстая цепь действительно сделана из чистого золота.

— Очень кращиво будет, — заверил Безуба короля Ярина, который, даже не взглянув на дарителя, обернулся к Дрейлилу Андрусу. Андрус сделал знак одному из стражей, и тот поспешил к королю; затем капитан взял ожерелье из рук Ярина и уверенно надел его на шею простому воину.

— Это королевские побрякушки, а не твои! — возмутился Безуба.

Капитан Андрус угрожающе посмотрел на дворфа, расстегнул застежку ожерелья и протянул руку к открытой шкатулке. Разумеется, он знал о существовании смертоносных ожерелий, которые сопротивлялись заклинаниям прорицателей; например, одно такое украшение выглядело совершенно нормальным, пока его не надевала на шею ни о чем не подозревающая жертва. Тогда оно сжималось и душило несчастного и только после его смерти снова приобретало нормальный вид.

Подобные ожерелья, однако, душили не только королей, а всех подряд, и, поскольку воин остался цел и украшение удалось снять без труда, сомневаться не приходилось: оно не заколдовано.

Второе тоже оказалось безвредным в этом смысле, и Дрейлил Андрус, сняв его с шеи воина, отправил подчиненного обратно. В Королевствах тем не менее существовали и другие проклятые украшения, и некоторые были не просто смертоносными ловушками, а заключали в себе иное, более хитроумное, разумное зло.

Повинуясь приказу, Андрус застегнул цепь на шее короля Ярина, и по знаку капитана стражи все присутствующие начали восторженно аплодировать.

Король поправил камни и удовлетворенно кивнул.

— Клан Крупнее теперь граждане Дамары? — осведомился Безуба.

— Я бы сказал, вы очень близки к этому, — ответил король Ярин. — Что еще вы принесли мне?

Безуба огляделся по сторонам, будто бы в панике. Остальные дворфы начали пожимать плечами и скрести в затылке.

А король Ярин рассмеялся, и все подхватили этот смех, даже дворфы — они поняли, что король просто дразнит их.

— Да, мои верные подданные, вы можете считать, что заслужили милость короля, — обратился к ним Ярин. — Возвращайтесь чаще и с соответствующими дарами, и вы останетесь ими.

— Кровавый камень? — с надеждой в голосе спросил Безуба.

— Да, разумеется! — Король обернулся к Дрейлилу Андрусу: — Выдай им письменное разрешение остановиться в какой–нибудь гостинице на южной стороне — только за стеной, — приказал он. — И пожелай им доброго пути домой, когда они пополнят запасы провизии.

Взмахом руки он отпустил дворфов, и они с радостью повиновались. Безуба, выходя из зала, сунул руку в карман и сжал пустую филактерию, точную копию того камня, который был вставлен в серебряное ожерелье, предназначенное для королевы.

Он не знал точно, что должно произойти, но решил, что это будет очень забавно.

Малкантет едва сдержалась, чтобы не воспользоваться кратким мгновением, когда цепь надели на шею воину, и не вырваться на свободу — так ей хотелось покинуть эту проклятую тесную тюрьму, которую создали с ее помощью дроу Дома Ханцрин. Хитроумные темные эльфы Мензоберранзана, ненавистные поклонники лживой Ллос, изобрели способ изгнать демонов Бездны даже после того, как барьер Фаэрцресса был поврежден.

Нет, не изгнать, но запереть в драгоценных камнях-филактериях, которые они собирались затем распространить по всему Торилу.

Хуже того, хитрые темные эльфы уничтожили Демогоргона, одного из ее немногочисленных союзников в Бездне, а ее могущественные враги, включая Граз’зта, наводнили Подземье.

Но демон–суккуб не испытывала недостатка в изобретательности и изворотливости; она нашла необычного союзника в лице Дома Ханцрин, занимавшего низкое положение в городе дроу, но обладавшего монополией на внешнюю торговлю. Его члены презирали и ненавидели нынешнюю Верховную Мать и ее сторонников — тех самых, что уничтожили Демогоргона.

И поэтому Верховная Мать Шакти Ханцрин помогла Малкантет бежать из Подземья, а затем верховная жрица Чарри доставила ее в такое место, где Граз’зт не мог ее найти и где она получила возможность устроить небольшой, но увлекательный хаос и насладиться милыми ее сердцу кровопролитиями.

— Терпение, — сказала себе Малкантет, королева суккубов. За то время, что она провела на шее воина, ей удалось прочесть его мысли, и она поняла, что он немного дурачок, что не играет никакой роли при дворе и лишь проверяет ожерелье, предназначенное для короля. — Да, для короля, — промурлыкала Малкантет в своей темнице, находившейся вне трех измерений. — А может быть, у него есть королева?

Он не стал стучаться, просто с силой пнул дверь, распахнул ее и ворвался в спальню, изумив несчастную Консеттину до такой степени, что она вскрикнула, прежде чем узнала своего супруга.

— Ты меня напугал! — возмутилась она.

Король подошел и швырнул ее на кровать. Когда Ярин начал раздеваться, она увидела у него на груди сверкающее ожерелье из золота и драгоценных камней.

— Еще одно слово, и я силой заставлю тебя молчать, — предупредил он. Язык у него немного заплетался, и королева поняла, что, прежде чем отправиться к ней, он успел заглянуть в погребец с напитками.