Чтение онлайн

***

— Если я вскоре не выйду из этой комнаты, то закричу.

Эффи бросила на меня предупреждающий взгляд.

— Кричи, и я больше не испеку тебе ни пирожка.

— Ну и хорошо. Я и так уже становлюсь толстой.

— Пфф. — Она оглядела меня. — Ты ешь как птичка с того момента, как сюда попала. Единственная причина, почему ты не исчезла у меня на глазах — это мои пирожки.

— Эффи, — прохныкала я как ребенок, — мне нужен свежий воздух. По крайней мере, позволь выйти на балкон.

Честно говоря, я просидела взаперти в комнате для гостей всю последнюю неделю. Эффи слонялась по квартире, пока Кейн был на работе. Я ценила ее помощь больше, чем могла выразить словами. Она находилась здесь, чтобы удостовериться, что я без проблем войду и выйду из душа, помогала переодеться, в очередной раз доказывая, что для своих лет очень подвижная и сильная. Эффи также была отличной няней, потому что проводила время со мной, но находилась и внизу, обеспечивая нам обеим необходимое пространство. Кроме нее компанию мне составляла Донна, домработница Кейна, она два раза приходила на работу. Я встретилась с ней впервые, и мне было более чем неудобно, учитывая обстоятельства. Помимо Эффи и Донны несколько раз меня навещали Рэйчел и Софи. Как и Генри с Надией. Они развлекали меня, даже не осознавая. Я была очарована тем, как Генри вел себя с ней: он постоянно смотрел на нее, был нежен. Я никогда прежде его таким не видела. Что касается Надии, то он ей определенно нравился. Я скрестила пальцы за них обоих, потому что мне искренне нравилась Надия, и я беспокоилась о Генри последние несколько месяцев. В конце концов, у кого-то же должен быть счастливый финал.

Что касается дедушки, он звонил. Очевидно, нечестно стало бы спрашивать Кейна, сможет ли он навестить меня в его квартире, поэтому мы просто немного поговорили по телефону. Дедушка все еще переживал негативные последствия того, что его родные обнаружили, что я в Бостоне и что все это время он тайно виделся со мной. Похоже, они много спорили, но так и не достигли результата.

Думаю, это был вежливый способ не говорить мне, что остальные члены семьи, включая бабушку, не хотят иметь со мной ничего общего.

Это причиняло боль. Сильную. Наряду с отказом Кейна это могло стать причиной великой депрессии двадцать первого века. Но у меня имелись и другие причины для беспокойства. Например, тот факт, что напавшего на меня так и не поймали.

— Ты ужасный пациент. Ты же знаешь, что мы не можем позволить тебе выйти на балкон ради твоей же безопасности, — проворчала Эффи.

— Мы бог знает на каком этаже, — усмехнулась я. — Кейн же не думает, что напавший сможет достать меня на балконе. Ну, у него должен быть оптический прицел.

Эффи побледнела при этой мысли, а мое сердце заколотилось в груди.

— Нет. Кейн же не верит даже в малейшую возможность этого. Правда? Я имею в виду… это… безумие.

— Милая, это немного надуманно, и Кейн об этом знает. Но сейчас у него паранойя по поводу твоей безопасности. Ты не видела его, когда он пришел домой из больницы в первую ночь. Он был разбит. Так что сделай одолжение.

— Разбит? — прошептала я; мое сердце теперь билось быстро по другой причине.

— Я не просто так сказала тебе продолжать борьбу, Лекси. Ты на самом деле думаешь, что мужчина, подобный Кейну, позволит кому-то проникнуть в его жизнь так основательно, как тебе, лишь потому, что он «заботится»? — Теперь настала ее очередь усмехаться. — Нет. Для этого нужно испытывать более чем теплые чувства.

— Он позволил тебе проникнуть в его жизнь, — спорила я.

Она радостно улыбнулась.

— Потому что он меня любит.

— Меня он не любит.

— Нет. Он дико и безумно сходит по тебе с ума. Это другое.

— Неправда, — защищалась я. — Он сказал мне в лицо, что не любит. Мне не нужна фальшивая надежда.

Эффи усмехнулась.

— Нет, тебе нужен хороший пинок под зад. Я сказала тебе надавить на него.

— А я сказала, что все еще слишком зла, и могу лишь злиться.

— Тебе нужно это преодолеть. Так нельзя.

Я сузила глаза в негодовании.

— Попытаться преодолеть эту злость? Кто-то уложил меня в эту кровать, кто-то, кого еще не нашли. Я сижу в этой квартире, чувствуя себя как загнанный зверь. И все это время за мной присматривает человек, которого я люблю больше всех на свете, а он меня отвергает. Пожалуйста, скажи мне, как не злиться, и я это сделаю.

Эффи наклонилась вперед, ее взгляд смягчился.

— То, что ты злишься, раздражаешься и чувствуешь себя загнанной, наделяет подонка, который ранил тебя, слишком большой властью. Избавься от него, сосредоточься на чувстве безопасности, на том, чтобы тебе стало лучше и чтобы заставить Кейна понять, что он не может без тебя жить. Вместо того чтобы отталкивать его, да, он рассказал, что ты едва позволяешь ему находиться рядом с тобой, повернись к нему, проводи свое выздоровление с ним, напоминая, что он потеряет, если позволит тебе уйти. А когда он будет там, где ты захочешь, пойдешь в наступление и заставишь дать тебе ответы, которых заслуживаешь.

Я позволила этому совету завладеть мной, проникнуть внутрь. Мы сидели в молчании около десяти минут, пока я обдумывала ее слова. Она неторопливо листала бульварный журнал, словно только что не изрекла глубокую мысль, в которой я отчаянно нуждалась.

Наконец я мягко произнесла:

— Как ты стала такой мудрой, Эффи?

— Я прожила семьдесят семь лет на этой планете, — ответила она, криво усмехнувшись, — и, делая правильный выбор, даже ухитрилась управлять своей жизнью большую их часть.

Голоса Эффи и Кейна донеслись до спальни, и я напряженно сосредоточилась, безуспешно пытаясь услышать, о чем они говорят. Уловила, как закрылась входная дверь и задержала дыхание. В прошлые пять дней, когда Кейн возвращался с работы, первое, что он делал, это проверял меня.

Обычно я ворчала, что мне скучно, но в порядке; затем он предлагал мне что-нибудь принести, и я давала ему поручение; он выполнял его, а потом уходил.

Снова и снова прокручивая в голове совет пожилой женщины, я решительно оттолкнула горькую злость, что испытывала, вновь настраиваясь на борьбу.

Мой пульс ускорился при звуке шагов Кейна, поднимающегося по ступенькам. Чем громче становились шаги, тем сильнее билось мое сердце.

Он возник в дверях, выглядя утомленным. Как всегда, при виде него острая боль пронзила грудь.

— Привет, — сказала я, на что он устало улыбнулся.

— Привет. Как ты сегодня?

Я пожала плечами.

— Скучала. А как прошел твой день?

— Пока еще ничего, — ответил он с мрачным лицом.

— Ты его найдешь.

В глазах Кейна вспыхнуло удивление, быстро сменившееся признательностью.