Чтение онлайн

– Самоуверенность, - спорила я, но понимала, что он имеет в виду.

– Хорошо. Значит, ты самоуверенная… с налетом надменности.

Ошеломленная, в раздумье я уставилась в потолок.

– Никогда прежде не думала о себе, как о надменной.

Кейна коснулся моей щеки, возвращая мой взгляд обратно.

– Надменность может быть неприятной, если она не заслужена. Но, если ты в чем-то преуспела и знаешь об этом, тогда притворяться, что это не так — обман и напрасная трата времени.

Я поняла, что улыбаюсь его логике.

– Знаешь, некоторые люди в чем-то преуспели, но не понимают, насколько. Это называется скромность и застенчивость.

Он покачал головой, ухмыляясь, и опустил меня на спину.

– Это не про меня. Звучит скучно.

Мой ответный смех заглушили его голодные губы.

Глава 21

Когда вернулась из копировальной комнаты и увидела, что Генри сидит на моем столе, я занервничала. Еще до того, как заметила любопытную улыбочку, я понимала: он хотел бы знать, что происходит между мной и Кейном.

Но обсуждать личную жизнь босса с его другом не в моих правилах (даже если его личной жизнью была я), и учитывая, как чудесно мы провели вчерашний день, не хотелось разрушать нашу новоприобретенную близость.

Я остановилась перед Генри и одарила его выразительным взглядом.

— Мистер Лексингтон.

— Лекси, — ухмыляясь, он задумчиво склонил голову набок. — Знаешь, будь ты сообразительной и выбери этого парня, — он указал на себя, — твое имя звучало бы как Лекси Лексингтон.

Я фыркнула.

— Для полного комплекта не хватало бы только ковбойских сапог и разбитого сердца, и я — готовая кантри-певица.

Брови Генри сошлись вместе.

— Хах. Ты права. — Он хихикнул. — При этом очень красивая.

— Генри, прекрати со мной флиртовать.

— Я просто жду появления мистера Каррауэя, чтобы услышать речь о том, что стоит держаться от тебя подальше. Он невероятно собственнически относится к своей помощнице.

Вздыхая, я столкнула его со своего стола.

— Почему бы вам не перестать разбрасываться шутками и не произнести вслух то, что вы собирались?

Он внимательно посмотрел на меня.

— Кейн — хороший друг. Я с самого начала знал, что между вами что-то происходит, и, хотя он никогда не был скрытным парнем, о тебе он не распространялся. И я не шутил по поводу собственничества. Ты понятия не имеешь, сколько раз он пытался откусить мне голову, когда я упоминал, как ты привлекательна. Для меня не стало сюрпризом то, как вы двое набросились друг на друга субботним вечером.

Я прошлась рукой по груди.

— Я и не думала, что вас это удивит. Я знала, к чему вы стремились у Андерсонов на балу. Ну, правда, Генри, вам стоит оставить банковское дело и заняться сватовством.

Он ухмыльнулся.

— Так вы вместе. Неудивительно. Ни для кого. Ты должна знать, что почти весь персонал шептался о вас двоих с самого начала.

Почувствовав дискомфорт от этой мысли, я нахмурилась.

— Вы же никому не сказали?

— Нет. — Он подошел ко мне вплотную. — Что наводит меня на мысль. К чему такая секретность? Я знаю Кейна достаточно хорошо, чтобы утверждать, что ему похер, если кто-то узнает, что он спит со своим помощником, так что причина не в этом.

И вот он. Вопрос, который я видела в глазах с того самого момента, как заметила его сидящим на моем столе.

— Генри, если Кейн захочет поделиться с тобой деталями, он это сделает. Спроси и увидишь. Чего делать не нужно, так это спрашивать меня. Я никогда не предам его доверия.

Генри с минуту изучал меня, весь юмор и поддразнивания улетучились.

— Ты заботишься о нем, — пробормотал он.

Я не ответила. В этом не было необходимости. Некоторое время назад я поняла, что Генри Лексингтон более проницателен, чем показывает.

— Лекси, — произнес он низким обеспокоенным голосом, — Кейн не... Что бы он к тебе ни чувствовал... не рассчитывай...

Сердце грохотало в груди.

— Не рассчитывать на что?

— Просто... — Он потянулся, чтобы хлопнуть меня по плечу в знак поддержки. — Ты хороший человек, и я рад, что тебе удалось вернуть его... но я не хочу, чтобы тебе стало больно.

В моей душе поселилось беспокойство, и я отчаянно боролась, чтобы отогнать его. Генри основывался на том, что знал о Кейне, но он не был в курсе того, как его друг ведет себя со мной. Он не знал, что прошедшие выходные стали для нас прорывом. Я держалась за эту уверенность, позволяя ей удерживать меня от сомнений.

— Не станет, — пообещала. — Я все еще думаю, что это не очень хорошая идея для нас — быть увиденными вместе здесь, — и выразительно оглянулась вокруг.

***

В теплый полдень четверга мы с Кейном встретились в Бикон-Хилл за бранчем. К моему удивлению, он предложил прогуляться после обеда, и некоторое время мы прогуливались по скверу. Мы шли по мосту, глядя, как гиды управляют «лебедиными лодками» (прим. пер.: туристические лодки в Бостоне, на корме которых находится фигура лебедя, служащая кабиной для лодочника).

— Думаю, пока мы не начнем тискать друг друга, все будет хорошо, — отозвался Кейн.

Я бросила на него быстрый взгляд, услышав прозвучавшее в голосе недовольство. Естественно, раздражение отразилось и в подергивании мышц его челюсти.

С вечеринки прошла почти неделя, и я никогда не чувствовала себя настолько близкой к Кейну. Тем не менее, он впервые продемонстрировал, что его раздражает то, что мы скрываем наши отношения.

Я молчала, не зная, как исправить ситуацию, потому что мы ничего не могли с этим поделать. Конечно, я понимала, что так не может продолжаться вечно, но, пока у меня есть некий знак от Кейна, подтверждающий стабильность наших отношений, не видела смысла наживать себе проблем, в то время как пыталась наладить взаимоотношения с семьей отца.