Чтение онлайн

Кстати говоря, учитывая общий ультра-кондовый пром-дизайн бывшей верхушки башни управления 29-й подстанцией (кстати, подстанцией чего?), уверен - наши, земные инженеры ни за что бы не разместили на подобном объекте сенсорные пульты. Кнопки, переключатели в максимально неубиваемом исполнении - да, но не прихотливые штуковины без реализации физического замыкания-разъединения. Тем не менее, выбор был сделан, что наводило на очень интересные размышления о создателях Шрама. Например, что магию они освоили гораздо раньше науки, и потому распознающий касание артефакт им казался значительно надёжнее пульта с кнопками.

Тем не менее, общая логика, например, размещения и подключения оборудования мне была совершенно понятна. И я даже знал, почему: в биологии это называется конвергенция. Схожие задачи вызывают появление схожих решений. Стремительные тела дельфина и акулы во многом похожи между собой, а летучая мышь и птицы имеют совершенно идентичный грудной киль, вырост грудины, к которому крепятся мышцы, приводящие крылья. Примеров масса. Собственно, ничего удивительного, что люди из разных миров с разным развитием цивилизации для решения схожих задач использовали схожие решения.

Например, те же гермоворота на двух уровнях - явно ведь для того, чтобы исключить блокировку единственного выхода в случае неудачной посадки. Земные конструкторы обязательно добавили бы возможность раскрыть створки без энергии, чисто на физической силе, маги же, похоже, были уверены, что Стихии никогда не кончатся. И раз уж они “научили” БОРЛ их самостоятельно собирать на манер живого существа - то и проблем нет. Почти нет - потому что люк в потолке зала управления с ручным затвором всё-таки наличествовал. Его, правда, я сам, без подсказки сатрапа, не нашёл - не опознал в вырезанных в стене прямоугольных нишах вертикальную аварийную лестницу…

В общем, логика подсказывала однозначно: главный контур в сердце Шрама можно отключить. Причём не только штатно, но и в ручном режиме - слишком опасная штука, чтобы не предусмотреть дублирующие системы деактивации. Как раз на тот случай, если обычный способ и все другие удалённые не сработают. Главное - найти нужный рубильник, кран, винт, рычаг или как там реализовано. Что ж, мы теперь знаем, у кого можно спросить.

В теории средства навигации позволяли местным ориентироваться по солнцу и звёздам, но на практике наш капитан всеми силами старался не терять из виду горы, слагающие западный берег нашего континента. Для военно-морского флота Объединённых Протекторатов выбраться из своей “лужи” между берегом и островами архипелага, где все мели, течения и господствующие ветра известны - всё равно что на орбиту было выйти. А международный проект по исследованию другого континента и вовсе был чем-то сродни полёту даже не на Луну - на соседнюю планету. Только сейчас я понял, насколько рисковала мать, набиваясь в состав научной группы. У Кристиана не было и шанса в ближайшие лет пятьдесят даже просто увидеть жену - как и у экспедиции взять и вернуться назад. Они и не планировали, собственно. Наверное, именно потому мама и не реагировала на письма обо мне от Мартина: имея возможность прожить и сотню, и две сотни лет просто умение оставлять прошлое в прошлом реально необходимо.

Понять нашего кэпа тоже можно было: грозный и опасный (восьмипушечный!) военный борт от носа до кормы имел наибольшую длину в 34 метра. Что не мешало ему дерзко разрезать волны острым форштевнем и нести целых три “этажа” прямых и косых парусов. Вот только стоило ветру посвежеть - и даже мне становилось понятно наше место в открытом океане. Даже не скорлупка - блоха. Если бы начался настоящий шторм - уповать можно было бы только на одно: вовремя уйти под берег и там разыскать подходящую бухту в скальном массиве, где можно было бы непогоду просто пересидеть.

Повезло - штормов не было. Правда, с каждым днём похода на север становилось всё холоднее и холоднее, но тут уж ничего не попишешь: зима. Уже на подходе к конечной точке нашего маршрута, где вал Шрама с материковой стороны горного хребта встречался с горами, начались снежные заряды и обледенение. За то, что последнее никак не повлияло на наш ход, благодарить нужно было Машу: Свет, задействованный на максимальной площади, не слишком охотно разрушал намерзающую корку, но такой “противник” и убежать не мог. Мне тоже пришлось взять за правило сразу обрабатывать сменившуюся вахту вне зависимости от самочувствия. Право, сущие мелочи по сравнению с сухопутным маршрутом: в степи мы бы уже давно были вынуждены днём и ночью отбивать наседающих тварей.

Из-за погоды нужный залив открылся внезапно: после очередного снежного заряда вдруг выглянуло солнце - и мы увидели это. Словно в сплошной стене гор кто-то выломал одну, а то и парочку. Понимаю, почему дедушка нынешнего сатрапа немедленно туда свернул - больно многообещающе выглядело место, похоже на устье полноводной реки, например. Это потом, когда корабль заходит в залив, становится понятно: разрыва в цепи никакого нет, просто этакая выемка, гигантская природная чаша, в которую открывались несколько невысоких перевалов. Уже кем-то когда-то обжитая: в воды залива врезался монументальный каменный пирс. К такому и океанический лайнер подвести не стыдно. Со стороны берега рядом с причалом к склонам жались несколько небольших домиков… и всё. При некотором напряжении воображения можно было увидеть “дорогу”, ведущую от пирса к одному из перевалов.

Матросы шумно обрадовались возможности ступить на твёрдую землю, а вот мне вдруг стало не по себе. Потребовалась минута самокопания, чтобы понять - близость гор, словно держащих тебя на блюдце на ладонях и пронзительная безлюдность были ни при чём. Я вновь почувствовал подзабытое и пока слабое давление дикой магии.

– Кэп, бросайте якорь и лучше подальше от берега, мы возьмём шлюпку, - предупредил я о смене планов.
– И ни в коем случае ближе корабль не подводите, если решите пополнить припасы. Лодкой в случае чего можно пожертвовать - уж лучше так, чем на борт пролезет какая-нибудь тварь. Может статься, вы наш единственный билет назад. Полак… я искренне советую тебе остаться на борту, если есть хоть малейшая возможность.

– Приказ главкома, - развёл руками майор.

Грести пришлось самим - лучше уж так, чем припрячь матросов и из-за нападения мутантов лишиться части команды. Ничего, не развалились. И с каждым движением весла я чувствовал, как растёт давление. То ли дело было в горах, то ли большие массы воды как-то влияли на “дикую” магию - недаром создатели Шрама сделали модуляционную ёмкость в виде неохватного солёного озера. Пока вытаскивали шлюпку на узкий галечный пляж в стороне от причала, я едва себе шею не вывернул, стараясь смотреть сразу во все стороны: включились наработанные на заставе Сим привычки.

– Малейшее недомогание - и ты сразу, сразу должна мне сообщить, - раз, наверное, в десятый проинструктировал я химеру. Да, помню, крылатый почтальон продержался в схожих условиях довольно долго, да и Печать у Тани не в пример сложнее и мощнее, но… Если так и дальше пойдёт - то и просто неодарённые разумные рядом со мной окажутся под угрозой!

– Здесь пусто, вообще никого, - интенсивно поработав носом и ушами, вынесла вердикт волкодевушка. Только после этого мы, наконец, отпустили борта шлюпки. В доспехи или другой вариант брони мы облачились заранее и оружие сложили так, чтобы в любой момент можно было схватить со дна лодки - но хуже нет, чем сражаться прижатым спиной к преграде. Лучше отплыть от опасности - а дальше пусть канониры кэпа в стрельбе по берегу поупражняются. Даже с нашим вооружением и снаряжением. Жизнь в этом мире и служба на Рубеже в особенности меня очень хорошо выучили: безопасности, как и подготовки, никогда не бывает много.