Герцогиня
Шрифт:
— Могу я чем-нибудь помочь вам, мисс? — осведомился дворецкий.
— Мисс Роджерс… — начала было Клер. Дворецкий поклонился.
— Я позабочусь, чтобы она была занята сегодня вечером, — сказал он и направился через спальню в гардеробную.
— О-о-о! — воскликнула Клер, — а… — Она посмотрела на потайную дверь, из которой появилась Сара Энн.
Дворецкий позволил себе слегка улыбнуться. — В этом доме учишься не все замечать… — С этими словами он вышел.
Отродье вошла в спальню Клер.
— Представляешь, я нашла план дома, мне его дал один старик. Он ездит в кресле на колесах, говорят, он убил четырех жен, а последняя выстрелила в него. Теперь он живет в дальнем конце дома…
— У меня нет времени слушать твои сказки. Иди к себе и не показывайся мне на глаза.
Отродье взглянула на сестру.
— А что в этом письме?
Клер достала из гардероба амазонку. Глаза Сары широко раскрылись, и она ловким движением выхватила записку из рук Клер.
— О-о-о! Я иду с тобой!
— Ни в коем случае. Я хочу, чтобы ты отправилась в свою
комнату и молчала. Я не знаю, что там случилось, но собираюсь
выяснить.
— Почему сестра Гарри пишет тебе, а не ему?
Клер на мгновение остановилась.
— Это хороший вопрос, но у меня нет на него ответа. А теперь убирайся! И никому не говори о подземных ходах!
Отродье стояла и смотрела на сестру.
— Если ты не возьмешь меня с собой, я скажу маме, что ты виделась с другим мужчиной, и пожалуюсь папе, что ты плохо ко мне относишься, а Гарри скажу, что в туннеле, ведущем к тебе в комнату, есть следы…
— Ну ладно, — перебила ее Клер. Спорить с сестрой было некогда. — Можешь пойти со мной, но не лезь вперед, слушайся! Поняла?
— Конечно. — Отродье взглянула на сестру. — Ты хоть знаешь, где находится летний домик?
Клер не успела ответить. В дверь постучали, и вошел Гарри.
— Клер, вы получили это? — спросил он, показав такую же записку. Лицо его было хмурым, но, увидев Отродье, он заулыбался. — Привет, Сара. Ты хорошеешь с каждым днем.
— Правда?..
Клер издала звук, похожий на стон.
— Гарри! — намеренно резко бросила она жениху, чтобы привлечь его внимание. — Да, я получила такую же записку. Мы должны отправиться к летнему дому.
Гарри, казалось, не считал дело слишком срочным. Он держался так, будто сестра каждый день посылала ему подобные записки.
— Должен заметить, все это мне не очень нравится. Как вы думаете, кто ее запер?
Клер ничего не ответила. Сара Энн бросила на сестру взгляд, в котором легко угадывалось ее мнение о Гарри, как не самом умном человеке на свете. Но Клер не отреагировала.
— Не знаю, кажется, она хочет, чтобы пришли именно мы, а может быть, этого требует тот, кто держит Леа в домике. Гарри, не могли бы вы выйти, пока я одеваюсь? Я спущусь через десять минут.
— Конечно, дорогая.
Отродье растянулась на постели Клер.
— Держу пари, между вами происходят занимательнейшие беседы! Ум Гарри подобен яркому пламени…
— Да замолчишь ли ты наконец?! Не понимаю, почему вы оба так спокойны! Дело может принять очень серьезный оборот…
— Вряд ли. Иначе выкуп потребовали бы у старой карги, не так ли?
Клер замерла.
— Кого ты имеешь в виду?
— Старую каргу, ведьму, самую ненавидимую людьми женщину, из всех, живущих в Англии, Шотландии и Ирландии. Правда, шотландцы мало говорят об Ирландии, так что тут я не уверена.
— Помоги мне расстегнуть платье, — попросила Клер, задумавшись над словами сестры. — И, пожалуйста, не болтай так много.
Несколько минут спустя Клер готова была присоединиться к Гарри. Он дремал в кресле у двери. Она тронула жениха за плечо, он послал слугу на конюшню за лошадьми.
Вскоре появились слуги с лошадьми, каждый держал в руке фонарь.
Клер попыталась объяснить Гарри, что им следует сохранить все в тайне, иначе честь Леатрис может пострадать. Гарри посмотрел на нее, как на сумасшедшую, и приказал своим людям ехать вперед.
Отродье, сидя верхом на норовистом жеребце, улыбнулась Клер с понимающим видом.
— Все как в романе: Старый Запад мчится на выручку, а…
— Гарри — шотландец, — отпарировала Клер, — а они все делают по-другому.
— Гарри — англичанин, — бросила Отродье, посылая лошадь вперед. Отец посадил Сару Энн в седло до того, как она научилась ходить, девочка составляла с лошадью одно целое. Клер была превосходной наездницей, но она не могла состязаться с сестрой.
Их было шестеро. Они быстро скакали по аллеям, земля летела из-под копыт лошадей, так что, вопреки желанию Клер, никакого секрета из их поездки не получилось. Она надеялась, что Леатрис не грозит серьезная опасность и эта история — обыкновенный розыгрыш.
Когда они медленно ехали по узкой тропинке, Отродье обернулась к Клер и сказала:
— Знаешь, мне начинает нравиться это семейство. Клер в ответ только поморщилась.
Когда кавалькада подъехала наконец к летнему дому, Клер была поражена увиденным. Окна заколочены досками, на Двери большой замок, из трубы на крыше струится дым.
— Открывайте, — приказал Гарри, не слезая с лошади. В этот момент появился священник. Это был крупный мужчина, казавшийся еще выше из-за того, что сидел на низкорослой лошадке. Его ряса топорщилась на огромном животе лицо наполовину закрывали длинные густые бакенбарды.