Чтение онлайн

— Это неправда, черт побери. Господин пришел ко мне, когда ты предала его и он перестал чувствовать себя мужчиной. И больше никогда не уходил от меня, никогда.

— Ты дура, Марта, не делай ошибки. Я всегда была хозяйкой и хозяином Пендерлига. Каждый раз, залезая тебе под юбку, он думал обо мне.

— Я любила его, — задрожал голос Марты.

Леди Аделла грубо засмеялась.

— Любовь? Ты глупая шлюха. Тебе не хватало его вялого члена. Знаешь, Марта, я никогда никому не говорила об этом. Он был, как животное, желающее удовлетворить только свою страсть, а потом всегда засыпал, воображая себя прекрасным любовником. Только не ври мне и не рассказывай, как тебе было с ним хорошо. Он и козу бы не смог удовлетворить.

— Но больше ты не будешь хозяйкой и хозяином Пендерлига. Новый граф — это тебе не хилый Робертсон. Он сильный и любит, чтобы все было так, как ему хочется. Герцог разговаривает вежливо, потому что благороден, но на самом деле он властен и терпелив, как король, и не позволит делать тебе то, что не понравится его светлости. И твои штучки с ним не пройдут.

Герцог стоял, словно оплеванный, забыв о том, что подслушивать нехорошо. Ему очень польстило, что он не какой-то «хилый Робертсон», но относительно благородного и терпеливого, «как король», не очень-то понравилось, потому что Георг III был просто сумасшедшим и никто не стал бы с этим спорить.

— Какие еще «штучки», ты, старая шлюха, — резко зазвучал голос леди Аделлы. — Я только исправляю ошибки старого козла Ангуса. А что касается твоего любимого герцога, то скоро и следа его не останется в Пендерлиге — он вернется к себе в Лондон. И советую тебе впредь попридержать свой чертов язык или…

— Или что? Ты заставишь меня драить полы на кухне?

Леди Аделла понизила голос, и герцог напряг слух, чтобы расслышать последние слова.

— Ты ведь знаешь, что наследство не нужно Перси. Просто, когда я узаконю его права, он сможет жениться на нашей маленькой Брэнди.

— А, так вот что задумала! Ты — ведьма. Девочка терпеть его не может, и он точно заразит ее сифилисом. Если бы получше присмотрелась, то увидела бы, что Перси не хочет оставаться в Пендерлиге, да и Брэнди он не любит. Ему нравится лишь то, что она девственница и отвергает его.

— Ты романтичная дура, — гневно сказала леди Аделла, — нет у Перси никакого сифилиса, я разговаривала с ним, он всегда предохраняется, и мне не будет врать. Может быть, я уговорю его изнасиловать Брэнди, чтобы она забеременела, и тогда он точно женится на ней. Вот увидишь, Перси будет плясать под мою дудку, думая, что полностью контролирует ситуацию.

— Ты не права. Брэнди терпеть не может Перси. Ты хочешь, чтобы ребенок стал злым, как это случилось с тобой?

— Заткнись, черт бы тебя побрал. Брэнди еще слишком мала, чтобы знать, чего она хочет, и поэтому будет делать то, что я пожелаю. И не говори мне высоких слов про любовь. Ты старая шлюха и любовь для тебя — просто очередной мужик между твоих ног.

— Ты сумасшедшая баба, еще более сумасшедшая, чем думал старый Ангус.

Герцог услышал, как застучали по полу тяжелые деревянные туфли, и отошел от двери. Старуха опростоволосилась. Если Перси тронет девушку хоть пальцем, то вряд ли та останется под каблучком леди Аделлы.

Он подождал еще несколько минут, а затем вошел в кабинет леди Аделлы. Настало время открыто сказать ей, кто хозяин Пендерлига.

Старуха сидела в высоком кресле возле камина. Подушка Брэнди лежала около ее ног. Ян осмотрел кабинет и подумал, что вряд ли видел место более заброшенное и замусоренное.

Он сел напротив нее и начал издалека:

— Я столкнулся здесь с одной проблемой и нуждаюсь в вашем совете, тетя.

Ее голубые глаза заблестели.

— Да.

— Это касается девочек, в частности Брэнди, так как она самая старшая. Поскольку теперь я их официальный опекун, то должен обеспечить приданое, и, скорее всего, им придется переехать в Лондон.

— Что-то я не понимаю, зачем?

— Я подумал, — сказал он спокойно, — что вы захотите, чтобы ваши внучки были невестами с приданым.

— Разумеется, приданое им не помешает, но отправлять девочек в Лондон — не вижу в этом смысла. Мои планы совсем другие, и вообще, не волнуйтесь о будущем девочек, я уже давно о нем позаботилась.

— Прошу прощения, но я не хочу, чтобы мои деньги попали в руки каких-то неизвестных мне женихов. Если я обеспечу девушек приданым, то выходить замуж они будут только с моего согласия.

— Я уже сказала вам: будущее девушек — моя забота. И посоветовала бы вам не соваться куда не следует. Вы можете обеспечить девушек приданым, но выбирать им мужей буду я, а не молодой и спесивый англичанин.

— Я говорю в первый и последний раз, что не позволю вам распоряжаться судьбой девушек, леди Аделла. Теперь я — новый хозяин Пендерлига, и вы не имеете никаких прав на то, чтобы называться его хозяйкой. Короче говоря, у вас будет столько прав, сколько я позволю вам иметь.

Она прикусила язык, поняв, что зашла слишком далеко. Леди Аделла была неглупой женщиной и быстро сориентировалась.

— Что вы хотите этим сказать?

— Я хочу сказать только то, что как бы вы ни выгораживали Перси и кем бы этот молодой человек ни оказался в результате ваших махинаций, он не женится на Брэнди. Я ее опекун и запрещу ему подходить к ней близко, так как она терпеть его не может.

— Ты боишься, что он отнимет у тебя права на Пендерлиг или на Брэнди?

Герцог не ответил, так как почувствовал нарастающую злость, и молчал до тех пор, пока не обрел контроль над собой. Леди Аделла добавила мирным голосом:

— Ты не даешь ему шансов. Перси неплохой парень, но просто без царя в голове. Ему нужна хорошая жена, чтобы он почувствовал себя мужчиной и проявил то положительное, что сидит глубоко внутри него. Вам не кажется, ваша светлость, что они с Брэнди будут неплохой парой? А ваше приданое останется в Пендерлиге. Девочка еще слишком молода, чтобы иметь собственное мнение, и просто дразнит парня. Я твердо уверена, Перси остепенится, женившись на ней.

Герцог откинулся на стуле. Он заговорил медленно, чтобы скрыть гнев.