Чтение онлайн

– Только своих котов оставь с той стороны! – тут же начал ставить условия Хранитель лаборатории.

То, что он шибко борзый, я уже давно понял, вот бы еще узнать, откуда у него столь не свойственные искусственным программируемым системам замашки? Только просвещать на эту тему никто меня не собирается. Профессор, например, любит отвечать, когда задаю ему такие вопросы, что для полного понимания мне нужно еще очень многое узнать и переосмыслить. С его точки зрения – уверен, что предвзятой, – у меня есть некоторые моральные препоны к пониманию и принятию определенных ценностей. Нет, я с ним полностью согласен! Например, его садистские замашки претят мне, и считаю такое поведение очень непедагогичным. Ну и что, что показатели высокие? А каково бы вам было, если бы вы решили ради спортивного интереса выучить язык, например немецкий, а добрый дядя приставил к вам цербера, карающего за каждое невыполненное задание? Скажите, только честно, вам бы такое понравилось? Вот и мне его подход доставляет очень мало удовольствия.

Так, о чем это я? А-а-а… Говорил о том, что местный искусственный интеллект очень нагло ведет себя по отношению ко мне. Появилось большое желание надавать ему по рогам. Не нравятся ему мои Мурзики? Сам виноват! Никто не заставлял его вести себя по-свински. Мы ведь просто адекватно отреагировали на его закидоны. Так что нечего выдвигать претензии!

– Я бы на твоем месте, железяка, вел себя поскромнее, – съязвил в ответ.

– Будем считать, что я уже испугался, – парировал он.

Ну-ну, посмотрим, как ты будешь петь, когда начну выковыривать тебя из установочного разъема. Это я подумал, а в ответ продолжил свою пикировку.

– Никто никого пугать и не собирается, – заявил, входя в знакомую дверь.

Решил сильно не наглеть и оставил своих спутников в коридоре, как и просил смотритель этого захолустья. Незачем его пугать раньше времени.

Вошел и начал внимательно осматриваться, выискивая взглядом нужную мне панельку, за которой находится мой собеседник. Ничего сложного в идентификации этого места не было. Правда, так стало только после инструктажа, который провел инженер Кузьмы. До того все панели были для меня, если так можно сказать, на одно лицо.

Подойдя к стенной панели, за которой находился интересующий меня субъект, протянул руку и нажатием постарался утопить ее в стену. Здесь был использован метод, которым пользуются во многих приборах мои соотечественники. Есть такие кнопки, нажав на которую один раз происходит открытие, а повторное нажатие инициирует закрытие. Думаю, что вы с такими сталкивались, и неоднократно.

Если до моих действий Хранитель вел себя как местный божок, то теперь его поведение резко изменилось.

– Кевин! Кевин! Туда нельзя! Там опасно! – начал панически придумывать отговорки этот умник.

– Я знаю, – согласился с его предупреждением, – мне уже об этом говорили.

– Так зачем же ты лезешь, куда не положено! – решил он надавить психологически.

– Понимаешь, Хранитель, – начал свой злодейский монолог. – Некоторые шибко умные в последнее время ведут себя непозволительно нагло. А это неправильно. Нельзя обижать тех, кто тебе помог, да еще и не один раз. Согласен?

В ответ прозвучало нечто среднее между мычанием и угуканьем. В принципе это можно было интерпретировать как душе угодно. Я решил, что ответ положительный.

– Вот я и говорю, что ты обнаглел в корень и я решил заменить тебя. Не люблю наглых!

Последнюю фразу произносил, держа кристалл с Искином в руке. Ничего сверхординарного не произошло. Свет не вырубился и жизнь в комплексе не прекратилась. Аппаратура работала в штатном режиме, абсолютно не отреагировав на исчезновение главного мозга лаборатории. Хотя меня и просветили об этом, но все равно было как-то не по себе. Вдруг здесь все по-иному? Но это были банальные страхи, которым не суждено сбыться.

Очень аккуратно достал коробочку, в которой с комфортом расположился Кузьма. Поставил ее на кресло оператора и попытался открыть одной рукой. Если у вас есть опыт отпирания замка, когда как ни возьми ключ, что-то из рук так и норовит выпасть, то вы поймете меня. Вот скажите на милость, кому пришло в голову сделать столь идиотскую систему отпирания? Положить старого Хранителя на кресло и воспользоваться обеими руками? Страшно. Вдруг там какое-то статическое электричество или иная пакость? У меня ведь нет цели уничтожить эти мозги, хоть они и вредные. Мало ли что может произойти в жизни. Вдруг да пригодятся.

Непонятно с какой попытки контейнер для транспортировки искусственных интеллектов был открыт. Кузьма потихоньку извлечен из него, а пустое место занял мой недавний собеседник. Захлопнул крышку контейнера и занялся установкой нового Искина. Руки тряслись, как у потомственного алкоголика. Никогда не думал, что установка центрального процессора, хоть и столь навороченного, будет так бить по нервам. Или это снова подростковые гормоны вкупе с максимализмом выкидывают фортели? В данной ситуации было не до выяснения таких тонкостей, так что Профессора не дергал. Он же молчал как немой. Даже ни разу не вклинился в происходящее. На него это совсем не похоже. А если происходит нечто, не поддающееся логическим пояснениям, то у меня начинается нервный мандраж.

Для того чтобы взять себя в руки, пришлось потратить несколько минут. Единственное, что мне помогло в тот момент, была дыхательная гимнастика. Вдох, выдох, вдох, выдох. И то ее помощь начала проявляться только после того, как разозлился на не срабатывающий аутотренинг. Это помогло переключиться на иную задачу, и руки перестали дрожать. Воткнул кристалл с Кузьмой с первого раза и решил дать себе оплеуху. Если ничего не помогает успокоиться, то ведь нужно что-то делать? И только после того, как на щеке отпечаталась моя пятерня, понял, что зря я так. Работа-то выполнена!

Кристалл с Кузьмой находился в гнезде и никак не реагировал на происходящее. Помня, что говорил его инженер, решил подождать. Устроился на кресле, так как все равно больше подходящих мест не было, и начал ждать. Первые минут пять еще держал себя в руках, а потом начал грызть ногти. Я таким негигиеничным образом нервничаю. Понимаю, что там микробы и вообще это некрасиво, но ничего поделать с собой не могу. Это у меня было мало силы воли на то, чтобы прекратить такое поведение, а вот Профессор слабоволием не страдал. Когда в голове просветлело – после небольшого разряда, – мне доходчиво и буквально на пальцах пояснили, что нельзя портить наш внешний вид.