Чтение онлайн

А эти, даже такие, как Чек с Тормом, замечательные люди и опытные воины, но если с ними рядом её брата не будет, многое не смогут. Полковник Ашер ей нравился. Это-то и обидно, вдвойне.

— Кажется зашевелились, — прокомментировала Лолита начавшееся движение противника.

Солнце взошло уже давно, но мятежники и наёмники в бой не торопились. В своей скорой победе они явно были уверены.

Уля, по рассказам Чека, думала, что враги сначала пришлют парламентёров с предложением и условиями сдачи. Но, то ли такое практиковалось перед сражениями между армиями разных государств, то ли мятежники вообще рассчитывали смять противника первым же натиском, но никаких переговоров не было.

После неторопливого построения в фаланги, под противный звук рога, полки начали движение.

— Наёмников вперёд поставили, — сказал очевидное кто-то из ниндзя.

— А ты как хотела, Мерга? Им деньги заплатили. Пусть теперь отрабатывают, — напряжённым голосом ответила Герда, — А наниматели могут и сзади поберечься, — лейтенант уже всеми мыслями была там, на поле боя.

В отличие от полков, вытянувшихся в две ровные линии фаланг — в первой линии шли три фаланги наёмников, а во второй — четыре фаланги ополченцев, баталии выстроились невиданным в этих местах порядком оросской пехоты.

Впереди, на правом фланге оказалась вторая баталия, в которой служил Гнус, вернее, теперь уже Ковин. В центре бригады шла третья баталия, отставая от второй на пол-сотни шагов. На левом фланге, также отставая на те же пол-сотни шагов, шла первая баталия. Получилось какое-то рваное построение уступами.

— Они уже устали, что ли? Смотрите, первая и третья, они отстают, — заметила Герда, первый раз наблюдая за действиями баталий в бою.

Уле уже приходилось в Растине видеть попытку создать такой строй. Только, к счастью, тогда баталиям легиона это сделать не довелось, в том числе, и благодаря действиям самой Ули.

Но что-то объяснять она не стала, полностью сосредоточившись на том, что происходило на поле боя.

А там пока всё складывалось в пользу баталий, ещё до столкновения строев.

Не было сомнений, что индивидуальная выучка во владении оружием, у наёмников, большинство из которых уже давно занимаются воинским делом, выше, чем у солдат баталий. Но вот, физически, бывшие преступники и бомжи, как их иногда называл в шутку Олег, раскаченные непрерывными, надрывными до полного упаду, тренировками, были намного сильнее.

Но не это, пожалуй, было главное. Уле бросилась в глаза полная несогласованность действий наёмников в строю. Чек ей рассказывал, что наёмные полки набираются из множества самостоятельных отрядов разной численности и боевого слаживания добиться от них сложно, но, всё же, наёмники — это профессионалы, и многое они могут и без тренировок.

Тем не менее, сейчас, они продемонстрировали полную неразбериху, особенно, когда подошли к линиям выкопанных по приказу полковника Ашера ям.

Строй, шедшей справа фаланги наёмников, смешался как раз к моменту, когда вторая баталия обрушилась на её левый фланг и полностью смяв его и опрокинув, ударила в бок вторую фалангу, на которую, ускорив шаг почти до бега, набегала третья баталия.

В каждой баталии, построенной в двадцать шеренг, по двадцать пять человек в каждой, только первые две и одна последняя шеренги были вооружены мечами-полуторниками, а все остальные — тяжёлыми длинными алебардами, которыми солдаты, через спины своих товарищей, наносили мощные удары по противникам.

Долгие изматывающие тренировки дали о себе знать — в тяжёлых латных доспехах оросской пехоты, укреплённых магией, закованные в них, практически, с ног до головы, солдаты баталий сохраняли удивительную подвижность и полную согласованность действий.

Ставшая жертвой первого удара, шедшая справа, фаланга наёмников ещё не успела переформироваться и вновь поставить строй, как центральная фаланга наёмников, получив два мощных таранных удара, сначала в бок, а потом и во фронт, смешалась в кучу и начала отступать. Через совсем короткое время это отступление превратилось в бегство.

Шедшая слева фаланга наёмников ничем не могла помочь, потому что в это время встретила удар первой баталии. И тут наёмники тоже почувствовали себя бессильными перед плотно сомкнутым строем тяжеловооружённых латных пехотинцев и обрушивающимися на них ударами не только мечей первых рядов баталий, но и алебард из задних рядов.

— Во дают! — восхитилась Лолита.

И графиня разделяла восторг своей охранницы-подруги. То, как быстро и ловко баталии раздавили три фаланги наёмников, пусть и вооружённых намного проще и не имеющих такой строевой выучки, зато вдвое превосходящих количеством, было удивительно. Особенно, если вспомнить, из кого Олег эти баталии формировал.

Но битва на этом не была закончена. Смешавшиеся в неорганизованные толпы наёмники отступили, оставив на поле боя почти четверть своих товарищей убитыми и раненными, а на их место пришли четыре фаланги ополченцев.

К этому времени, баталии оказались стянутыми на левый фланг, где добивали остатки наступавшей там фаланги наёмников.

Воспользовавшись тем, что бригада, по-сути, оставила свободным почти всё поле боя, полки мятежников широким полукругом принялись прижимать баталии к оврагу.

Первый удар полков пришёлся на вторую баталию. Казалось, что эта огромная толпа сейчас её просто поглотит. Но не тут-то было.

— Это же Малыш Гнус! Или как там его теперь? — возбуждённо вскрикнула Уля, увидев, как впереди, перестроившейся клином баталии, оказалась полусотня, которую вёл знакомый ей невысокий парень, сейчас весь заляпанный кровью.

— Ковин, госпожа, — машинально ответила Лолита, — Вы обещали запомнить, — опять напомнила она хозяйке, — Семеро, что они творят!

А зрелище и впрямь было завораживающее. Уле оно напомнило придуманное братом устройство для рубки мяса, под придуманные, им же, манты. Клин входил в строй центрального полка, словно нож в масло.

В этот момент, ещё бы чуть-чуть, и противник бы побежал. Но полк, на который обрушила свой удар вторая баталия сумел выстоять до того момента, как остальные три полка закончили охват баталий. И теперь, все предыдущие успехи бригады сошли на нет.