Чтение онлайн

Тело Ки-Ары содрогалось от напряжения. Его рука потянулась к ножу, но, взглянув на неумолимо жестокое лицо наместника, он вдруг схватил хедрон. В тот же момент Ки-Ара преобразился. Он выпрямился, и выражение тоски исчезло с его лица. Держа хедрон перед собой в сложенных чашей ладонях, он поклонился наместнику, потом надзирателю Туниц, старшему мастеру Иризис и всем рабочим. Потом он ловко развернулся и зашагал к печи. Но там решимость покинула оператора. Он неуверенно вытянул руки вперед, намереваясь бросить хедрон, но никак не мог отважиться на такое святотатство. Скрипя зубами, он повернулся спиной к печи и окинул взглядом стоящих в безмолвии людей. Наместник не шелохнулся.

Ки-Ара поднялся к самой топке. Ниш уже решил, что он бросится в огонь вместе с кристаллом, но Ки-Ара все еще колебался. Вот он поднял хедрон над головой. На фоне пламени его фигура предстала черным силуэтом, зато хедрон засиял ярким огнем. Ки-Ара напрягся до дрожи в руках. Кто-то из подмастерьев с криком упал на землю, Иризис тоже вскрикнула и прижала ладони к вискам, только тогда Ниш понял, что задумал оператор. Он принимал поток энергии через кристалл на себя, а это было чертовски опасно. Неужели он намерен их всех погубить? Ниш рванулся вперед, но наместник ухватил его за воротник куртки.

— Я не могу допустить твоей гибели, мальчик.

Хедрон продолжал разгораться, и пальцы Ки-Ары покраснели. От рук поднялась струйка пара, потом кристалл вспыхнул так ярко, что Ниш закрыл глаза. Юлия закричала и свернулась в клубок прямо на земле. Через несколько секунд Ниш снова открыл глаза и увидел, что кристалл потускнел. Как он понял, то была струйка дыма, а не пара. Теперь дымилось все тело бывшего оператора, дым поднимался и от его одежды, и от волос. Хедрон вспыхнул еще раз, с губ Ки-Ары сорвался резко оборвавшийся смех. Струйки дыма теперь выходили из его рта, ноздрей, ушей и, что ужаснее всего, из глаз. Ки-Ара коротко вздохнул, и его тело, начиная с головы, стало чернеть. Остатки обгоревшей одежды свалились к его ногам, и осталась только обуглившаяся плоть.

Ки-Ара погиб, но так и не упал. Он превратился в черную статую с кристаллом в руках. За спиной Ниша раздался пронзительный крик Юлии. Он нагнулся и поднес к ее носу ладонь. Чувствительница не могла успокоиться до тех пор, пока кристалл, негромко хлопнув, не рассыпался на мелкие части. Тогда Юлия мгновенно затихла.

— Антрацизм. Подходящий конец для оператора, — заметил наместник. — Бросьте останки в печь.

Конец зимы прошел в беспрерывных тяжелых трудах на шахте и на заводе. Все люди, уцелевшие после набега лиринксов, вернулись на производство, но даже их усилий не хватало. Не одна неделя потребовалась, чтобы запустить остановленное производство. Одна из печей была полна застывшего металла, и ее пришлось частично разобрать, чтобы начать плавку снова. Это было нелегкое время. Надзиратель Грист, ополчившийся на всех механиков после назначения Туниц, обращался с ними как с рабами и накладывал штрафы за малейшее отступление от правил. Однажды и Ниша выпороли только за то, что без разрешения отправился в отхожее место. Ожесточенность Гриста граничила с безумием, а все рабочие были вынуждены молча терпеть его придирки.

Прежде чем выпустить первый кланкер, пришлось изготовить все его детали: пластины брони, металлические тяги и рычаги, болты и гайки, тысячи других деталей, не говоря уже о контроллерах. Чувствительница тоже прилагала все усилия, но от нее требовалось не просто указать направление, а еще и определить глубину залегания кристаллов. Однако найденные при ее участии камни оказались наилучшими из тех, что встречались до сих пор.

В редкие свободные от основной работы минуты Ниш да и все остальные рабочие помогали каменщикам и плотникам соорудить достойную ограду вокруг завода. Новые ворота и укрепленная стена не стали неприступными, но они были способны выдержать нападение небольших групп врагов, которые так разорили производство совсем недавно.

На развлечения абсолютно не оставалось времени. После окончания работы, около полуночи, люди падали в постель и засыпали, зная, что на рассвете за ними придут снова. И даже в эти тяжелые дни Нишу приходилось каждую ночь навещать Юлию и спрашивать, не видела ли она чего-нибудь подозрительного или не появилась ли Тиана в ее модели мира. Каждый раз ответ был отрицательным. Ничего.

Целыми неделями Ниш не встречался с Иризис, но каждый раз, когда это случалось, девушка выглядела все более расстроенной. Они уже давно не были любовниками, но однажды, проходя в два часа ночи мимо ее комнаты и увидев свет под дверью, Ниш постучал.

— Заходи, Ниш.

Иризис сидела в постели, набросив на плечи куртку и бесцельно глядя в стену перед собой.

— Я не в настроении, — сказала она, прежде чем Ниш успел вымолвить хоть слово.

— Я тоже.

— Но… — Иризис не договорила и замолчала.

— Я пришел… Иризис, у тебя все в порядке?

Она закрыла лицо рукавами куртки и раздраженно потерла глаза:

— Все началось сначала.

— Что именно?

— Вредительство. Вчера кто-то в мое отсутствие сломал еще один контроллер. Грист угрожает мне.

— Почему тебе? — удивленно спросил Ниш.

— Тиана не была вредителем, — не скрывая сарказма, ответила Иризис. — Когда ее отправили в детский питомник, я подумала на аптекаря, но он умер. Тогда кто же это? Одно время я подозревала Мосса, но теперь уже не знаю, что и думать. Настала моя очередь. Каждый раз, как что-то происходит, я непременно нахожусь поблизости. Поэтому подозрения падают на меня. А если это не я, то Грист хочет знать, почему я не видела, кто это сделал. А я не знаю!

— Грист — тяжелый человек, — сказал Ниш. — Как ты думаешь, может, он так пытается добиться твоей благосклонности?

— Это не мой тип мужчин.

— Ты когда-нибудь отвергала его притязания? — осторожно спросил Ниш.

— Сознательно — нет. Он никогда открыто не обращался ко мне. Кроме того, ему больше по вкусу краснощекие толстухи. Механики или еще кто-нибудь из рабочих низшего ранга.

Ниш не отреагировал на оскорбление. Иризис явно была не в себе.

— Тогда почему он так тебя ненавидит?

— Его обошли с назначением управляющего. Положение Туниц было менее значительным, но теперь она на самом верху. К ее работе он не может придраться, вот и выбрал меня в качестве жертвы. Ему все равно не справиться с управляющим, а наместник еще ставит ему в вину, что в прошлый раз не выявили вредителя. Грист просто пытается свалить на меня свои несчастья.

На следующее утро Ниш по пути к бадье с водой подслушал разговор двух механиков.

— Спорю, это сделала мастер, — сказал один. — Ты слышал, что она творила, чтобы подставить ремесленника Тиану?

— Да, мне Иризис никогда не нравилась, высокомерная корова! Дай время, наместник…

При его приближении оба сплетника замолчали и торопливо разошлись по своим местам. В следующие несколько дней Нишу довелось выслушать множество подобных сплетен. Наместник расхаживал по заводу с грозным выражением на лице, и вскоре во многих комнатах, в том числе в спальнях Ниша и Иризис, провели негласные обыски. Тогда ничего не нашли, но еще через неделю один из лучших хедронов был найден расколотым в столе старшего мастера. Через час Иризис оказалась в темнице.