Чтение онлайн

— Това-арищи женщины! — сказал им в манере красноармейца Сухова. — Ни за что не поверю, что вы научились так ходить, пока я убивался над «людочкой» в Литве. Месяц тренировались?

— Конечно! — воскликнули хором, Машка добавила: — Всего лишь не включали режим «смерть мужикам», жалели твои нервы.

Стол они приготовили праздничный, заранее зная про грядущее назначение гендиром. Денег потратили за четыре дня… кошмар. Не только больше двух тысяч из нычки, но и несколько сотен инвалютных чеков. Позже понял, что свыше двух третей ушло на сестру, у Вали имелся кое-какой приличный гардероб, купленный с февраля, Машка особо не шиковала, у меня брала мало, стараясь укладываться в стипендию и 100 рублей ежемесячных от отца. Правда, кров и стол с самого начала за мой счёт. А ведь ещё зимнюю одежду им покупать — в соответствии с обновлённым имиджем!

Придётся впахивать на полторы ставки, пока у Вали только половина.

Я в претензии на судьбу? Нет. У меня есть Мариночка, Валя с Машкой, теперь ещё «людочка», сплошь женский пол. «Руслан» подождёт, но недолго.

Размер имеет значение

Я намеревался отпустить Машку на свободный выгул, то есть отвести на каникулы в Харьков к родителям, туда же определить на пару недель Мариночку. Потом мама обещала подъехать в Москву с ней и подменить сестрицу.

На этом, довольно простом эпизоде, зародился конфликт. Валентина поставила мне в упрёк, что тяну с регистрацией брака. Когда ехали на работу утром всей семьёй, включая самого юного её члена, буркнула:

— Вчера был как Ромео влюблённый. А сегодня тянешь резину?

Мы катились на «копейке», город был менее загружен, чем обычно, начался сезон отпусков. По меркам 2020-х годов — вообще вымер, коль нет пробок.

— Дорогая, ещё раз объясняю ситуацию. Машка прогуляла стройотряд. Из-за меня, точнее — из-за всех нас, потому что часть каникулярного времени помогает с Мариночкой. Ей идти на 4-й курс осенью, от картошки освобождён только выпускной 5-й. Значит, лопату и ведро в зубы, марш в колхоз до начала октября. Придётся тебе брать отпуск за свой счёт, а кто мне на заводе спину прикроет, когда опять пули полетят? Короче, в августе напишу письмо от парткома завода в деканат: войдите в положение отца-одиночки, которому сестра замещает жену в декрете. Если я буду женат, получится слегка нехорошо. Давай подадим заявление прямо сейчас, но с регистрацией на конец августа. Договорились?

— Ты всегда всё делаешь по-своему!

— Именно поэтому всё всегда делаю правильно.

Машка прыснула с заднего сиденья.

«Вот оно», — ввернул пердунчик.

Обе мои дамы начистили пёрышки ещё тщательнее, чем вчера, разработав целый сценарий, как работать парой на камеру, но вышло сплошное разочарование. Конечно, фотограф из журнала «За рулём» нащёлкал рекламных сюжетов с обеими — вместе и по одной. Даже не видя снимков, уверен, что получилось не хуже, чем для автоэкспортовских постеров «рогнеды» и «березины». А для обложки номера и телерепортажа съёмочная группа попросила загнать автомобиль на главный конвейер, сзади чтоб суетился рабочий класс обоих полов, как бы автор сего технического прорыва. Обе модели на каблуках-шпильках, в коротких юбках, вызывающих блузках и с архитектурными сооружениями на голове ни в малейшей степени не смахивали на рабочий класс, скорее подошли бы для глянца.

Мне интервью далось нервно. Телевизионщики давили — когда машина появится в продаже, сколько будет стоит для населения, срок конец 1981 — начало 1982 года их решительно не устраивал, никто не хотел вникать, что создание автомобиля занимает годы, а таймер запущен только с апреля. Широкая публика больше не информировалась о расследовании злоупотреблений на заводе, соответственно, в эфир не позволялось говорить, что прежняя администрация прошлёпала время для запуска. Ожидаемая чиновничеством ГАЗ-3102, мучительно рождающаяся с 1960-х годов, за полтора десятка лет не созрела до выпуска опытной партии.

Надо — значит надо. Я нацепил смайл от уха до уха и пообещал «людмилу» в самое ближайшее время по доступной для трудящихся цене.

— О новейшей модели «москвича», предназначенного для советских граждан, рассказал Генеральный директор завода имени Ленинского комсомола Сергей Борисович Брунов, главный конструктор этого прекрасного автомобиля, — закончил диктор, стоя рядом со мной.

Интервью журналу было гораздо подробнее и техничнее, касалось устройства и компоновки. Когда дошло до впечатлений от езды, я придумал, как пропиарить дражайшую, не зря же извела столько туши для ресниц.

— О водительских ощущениях наиболее полно расскажет наша знаменитая автогонщица, член победоносной сборной на ралли Париж-Дакар. Валентина, жги!

— Как водительница отмечу качественную отделку и высокую комфортность салона. Процесс езды доставляет истинное удовольствие, рулевое управление точное и информативное, подвеска тихая и хорошо гасит неровности. Как гонщица я готова выступать на «людмиле», естественно, с доводкой до спортивного уровня — с монтажом каркаса безопасности и установкой штурманских приборов.

После этого ребята из «За рулём» загнали её за руль и снова принялись фотографировать, хоть раньше морщили носы от слишком эстетической внешности водительницы. Я подавил ухмылку, зная, что Валя ни метра не проехала за баранкой «людмилы», а спич про её достоинства выдумала экспромтом, ни разу не запнувшись.

Дальше был тяжёлый разговор, не смазанный демонстрацией женских прелестей, репортёр сообщил, что намерен использовать текст для другой статьи — проблемной. Он успел узнать о Конструкторском центре и принялся расспрашивать о перспективах создания новых моделей.

— В СССР образовалось четыре центра по выпуску малолитражных автомашин: Москва, Тольятти, Ижевск и Минск. Автомобили среднего класса сходят с конвейера только в Горьком, высшего — на ЗИЛе. Как вы считаете, достоин ли советский человек увеличения числа выпуска автомашин, а также расширения модельного ряда?

Я предложил пройти в кабинет, там рассказал о наболевшем.

— К сожалению, вы ничего из реального не сможете опубликовать. Но я расскажу правду, а далее будем решать, что включить в статью. Знаете, сколько составляет заводская себестоимость серийной продукции предприятий Минавтопрома?

— ВАЗ-2101, насколько я знаю, стартовал с 2 тысяч рублей. М-412 дешевле.

— А населению «копейка» продавалась где-то за 5100. Дороже всего обходится государству ГАЗ-24, около двух с половиной тысяч. Населению «волга» продаётся только за особо большие заслуги и вчетверо выше себестоимости, причём цену собираются поднимать. ВАЗ-2106 в самом примитивном варианте с мотором 1600 и задним приводом чуть дороже в производстве «копейки», гражданам достаётся за 9300, на него хронически висит длинная очередь. Буржуи счастливы из-за нескольких десятков процентов прибыли, наш автопром работает с сотнями процентов, но ассигнования на создание новых моделей мизерны. Минавтопром забирает почти всю прибыль, предприятию остаются несколько сот рублей с экземпляра.