Генерал бубновый
Шрифт:
Все же я убедил, что действует жестокая банда, что могут быть новые трупы. В виду серьезности преступлений, к нашей группе подключили сотрудника КГБ. В те годы у них была великолепно поставлена работа. В каждом райцентре, в каждом городе отдел с небольшим штатом, и у каждого сотрудника обязательно по пять-десять прикормленных информаторов. Кроме того съемные квартиры для встреч, аппаратурка импортная для фото и видеосъемки, прослушки. Мы о таком тогда и не мечтали.
– Согласен. Мне приходилось с ними работать, – сказал Мищев, вспоминая что-то свое, давнее.
– Будем здоровы! – Милюков приподнял рюмку с водкой. Выпили. Милюков тут же закурил, предложил Мищеву, а тот с улыбкой хитроватой отказался. Пояснил, что старшему сыну лет семь было, когда застукал его с сигаретой в руке. Ругаю, а сын мне в ответ: но ты же куришь? Нет, отвечаю ему, больше не курю. Хотя в прозекторской, ох, как хотелось окутаться дымом…
– Я больше двадцати лет следователем, а как попадаю в морг, сразу сигарету в зубы и аж цепенею от запахов. Недавно отморозок из группировки Тушеного гранату бойцам под ноги кинул и сам же пострадал. Судмедэксперт у трупа кишки приподнял, показывает, куда осколок влетел. И мне этак весело: придержи дознавателя, пока не упала. А та, бедная, уже глаза к небу закатила.
– Трудно привыкнуть и трудно смотреть на это философски. На мясокомбинатах люди годами крушат животинку, внутренности перебирают, разделывают, кровь ручьем…
После третьей выпитой рюмки они легко перешли на «ты» и Милюков продолжил рассказ о банде Назарова.
Вскоре через осведомителя мы вышли на молодого парня Петренко, судимого по малолетке. Он «рисанулся» в пьяной компании дорогой вещицей. Печатка приметная. Оперативники настроились взять подозреваемого в оборот и крутить по полной, как это они умели. Я уговорил парня не трогать. Наладили негласное наблюдение. Вышли на его приятеля: двадцатилетний хулиган Хромов, имел два привода за драки, кличка Кастет. Отец у него директор птицефабрики, в распоряжении машина УАЗ в армейском исполнении. Удобно трупы возить.
Сделали слепки, не привлекая внимания. Рисунок протектора совпал, но это еще не доказательство, как вы понимаете. Понятно, что парни молодые, что ими кто-то рулит, что есть главарь банды. А выявить через наружное наблюдение, через общих знакомых не удается. Арестовали обоих. И только через месяц вышли на Назарова, главаря банды, который жил в Царевске, а время от времени выезжал в область и грабил с молодыми подельниками кооператоров. Задержание проходило тяжело. У Назарова оказался пистолет трофейный, отстреливался, пока не кончились патроны.
На допросах Назаров вел себя дерзко, вызывающе. Привычно валил все на подельников.
В итоге мы выяснили, что снабженец из Уссурийска познакомился с заведующей ателье и увлекся. Она женщина одинокая и, судя по фото, весьма привлекательная, как говорится: «баба ягодка опять». В тот вечер они устроили совместный ужин, стали заниматься любовью. А Назаров заранее выяснил и эту связь, и денежные потоки. Бандиты проникли в частный дом через окно. Мужчина-снабженец деньги наличные отдал без борьбы, а вот перстень-печатка не снимался с пальца никак. Тогда Кастет ударил снабженца фомкой по голове несколько раз. А Смирнову они задушили нечаянно, как утверждал Назаров. Она, мол, дура вопить начала и кусаться.
Кастет предложил отрубить головы, отвезти в степь, а там сжечь вместе с одеждой, мол, никто не найдет. Назарова удивила такая жестокость, но спорить не стал.
А трупы они решили отвезти к реке и сбросить в полынью под лед. Темной ночью убийцы полезли на реку, но не рассчитали, что по весне лед рыхлый, у закраины провалились. Чуть было не утонули вместе с трупом Смирновой. Когда выбрались из реки, то быстрее в машину и помчались спасаться водкой к Назарову. У него там частный дом в дальней слободке. Удобный заезд. Подельники молодые быстро опьянели. Назаров решил в одного довести начатое дело до конца. Чуть отъехал от дома, заглохла машина. «Кончился бензин», – пояснил он на допросе.
Обезглавленный труп снабженца так и остался лежать на берегу. А утром его обнаружил объездчик на лошади, точнее, его собака.
Позже выявили еще пять эпизодов ограбления кооператоров, которые боялись огласки, не заявляли в милицию, чем и пользовался Назаров.
Под разговор они распили бутылку водки, что весьма удивило Ивана Сергеевича, выпивающего крайне редко и неохотно.
– Виктор Евсеевич, нас правильно поучали: главное не сколько, а с кем… Мне брат из Москвы прислал копии отдельных документов по этому делу. Но целостной картины не получалось. Скажи, а что же им по суду?
– Петренко двенадцать, Назарову пятнадцать, а Хромова за двойное убийство приговорили к расстрелу. Но, почему-то помиловали, и дали те же пятнадцать. Помнишь, как в известном фильме Вицин выкрикивает: «Да здравствует самый гуманный суд в мире!» Назаров был в лагере в авторитете. Недавно вышел на свободу, стал коммерсантом. Знаю, наведывается в родной Царевск. Думаю, мы о нем услышим. Бандитский передел сфер влияния продолжается.
– Я теперь уволился из МВД. Кто ж у нас в городе главным решальщиком, после Вити Борца и его команды.
– Одно время в каждом районе был свой смотрящий. Кировцы по магазинам и ларькам, чеченцы по рынкам, армяне во главе с Васояном пытались предприятия грабить. Но на сегодня в живых почти никого не осталось. Кировских бойцов перестреляли из автомата два года назад. У Васояна все семейство на кладбище. А сам он в тюрьме. Чеченцы притихли. Теперь Сева Курин пытается мазу держать. Это не просто. Пять покушений на него. Но пока живой. Последний раз чудом уцелел, стрелял киллер… Пуля прошла в сантиметре от виска. То ли счастье, то ли чутье звериное.
Интуиция мне подсказывает, что Назаров по кличке Хазар приезжает в город не просто так. Но, мне удалось выяснить, и Курин, и Хазар это, как бы сказать, бригадиры. А рулит регионом, некто по кличке Колдун. А вот по нему нет информации даже у знакомого сотрудника в ФСБ.
Глава 3. Сева Курин и Хазар
Челябинская область.
Утром после построения и переклички Назарову поднесли кружку с чифиром и небольшие подъемные из лагерного общака. В администрации он заполнил несколько заявлений, ему выдали документы, деньги на проезд до Царевска и сухой паек на трое суток. Завхоз старательно подобрал гражданский прикид, куртку на молнии с капюшоном, джинсы – такие он видел лишь по телевизору и в пересылках, но сам никогда не носил. Наскоро распрощавшись с отрядниками, Назаров уехал на такси в Копейск, затем на автобусе до Челябинска.