Чтение онлайн

Первым к ним кинулся Кривцов, увидевший их сквозь деревья. Вид у него был весьма потрепанный и жалкий. Александр Иванович с междометиями, которые очень смахивали на "непереводимую игру слов", ломанулся через густой кустарник, на ходу крича:

– Где вы были, черт вас возьми?! С вами все в порядке?

Жарков, наконец, выбрался из подлеска, шатаясь от усталости и с трудом ведя под руки почти повисшую на нем Аглаю. Он вскинул больные, измученные глаза на Кривцова, собираясь от всей души прокомментировать происшедшее, но неожиданно осекся, натолкнувшись на изумленный и испуганный взгляд майора. Кривцов смотрел, как бы на него, но в тоже время - мимо. Это был странный, ничего хорошего не сулящий взгляд человека, который, казалось, находится за гранью нормального восприятия мира.

– Что?
– хрипло спросил Жарков.
– Что еще?!!

– Миша... Миша...
– начальник впервые назвал подчиненного по имени и лицо его при этом приняло выражение крайнего сочувствия.
– Миша... повторил он в который раз, видимо не в состоянии поверить в очевидное. ... Ты только не волнуйся, ладно?
– Он судорожно сглотнул: - Дело в том, что ты... ты... весь седой.

Жарков дернулся и неосознанным движением схватился руками за голову, словно пальцы его могли видеть и передавать изображение. При этом он выпустил Аглаю и она стала медленно заваливаться навзничь на землю. Подбежавшие комитетчики живо подхватили ее и на руках понесли в сторону своей машины. Животные опрометью кинулись вослед, недовольно мяукая и ворча. Кривцов подошел вплотную к Жаркову, они посмотрели друг другу в глаза и, сделав шаг навстречу, крепко обнялись.

– Миша, прости, - голос начальника дрогнул.

Тот в ответ мотнул головой.

– Всем досталось, Александр Иванович.

Они пошли к машине, негромко переговариваясь.

– Звонарев нашел его, - просветил майор Жаркова. Он сделал паузу и нехотя проговорил: - По всему выходит, что предполагаемый убийца был другом семьи Осеневых. Особенно хорошо знал Аглаю Сергеевну.

– Его взяли?

Кривцов бросил взгляд на часы, недоуменно поднял брови.

– Чертовщина какая-то... Сколько на твоих?

Миша задрал рукав куртки:

– Мне казалось, прошло больше времени, - проговорил он с сомнением. А по часам выходит... семнадцать минут...

Они сидели в комнате и беседовали, когда приглушенные голоса резко перекрыл долгий телефонный звонок. Все вздрогнули и напряженно замерли.

– Вдруг это Машуня?
– спросил Даньшин, обводя взглядом присутствующих.

– А если менты?
– Осенев нервно прикурил и глубоко затянулся.

Звонки повторились несколько раз и смолкли. Но спустя буквально несколько секунд возобновились. С той лишь разницей, что это уже были звонки в дверь.

– Они не могли так быстро доехать, - высказала предположение Светлана.
– Я имею в виду милицию.

– Сейчас гляну, - Дмитрий поднялся и, стараясь ступать неслышно, прошел в прихожую, предварительно плотно закрыв дверь в кухню, чтобы свет оттуда не отсвечивал в дверной глазок.

Приподняв его язычок, осмотрел лестничную площадку. На ней одиноко, с испуганным выражением лица, стояла соседка с нижнего, второго этажа. Она приблизилась и несколько раз стукнула сухоньким кулачком по массивной, оббитой деревянной планкой, двери.

– Димочка, вы нас затопили, - послышался ее неуверенный голос.

"Разумеется, - подумал Димка, криво ухмыляясь.
– А еще мне телеграмму должны принести. Как минимум, правительственную. На меньшее черта с два я открою!"

Осенев неслышной тенью метнулся назад в комнату:

– Они здесь. Не откроем, начнут двери высаживать.

– Как же быть?
– побледнела Светлана.

– Так как "Боржоми" пить поздно, будем пить водку, - решительно, но шепотом заявил Осенев.

– А как же...

– Светик, на хитрый гвоздик у меня всегда плоскогубцы найдутся, засмеялся он.
– Пойдем, Валера, на балкончик, свежим воздухом подышем. Только тебе лучше, по-пластунски. А вы, ребятки, накачивайтесь, накачивайтесь, - ободряюще кивнул он коллегам.
– Лучше пятнадцать суток в вытрезвителе, чем пятнадцать лет на "зоне".

Осенев, пошатываясь и держась за стенки, почти выполз на балкон, громко отрыгивая. Снизу последовала незамедлительная реакция.

– Дмитрий, немедленно откройте дверь. Слово офицера, я гарантирую вам во всем тщательно разобраться.

Димка свесился через перила. Лицо его озарила глупая, довольная улыбка.

– О-о-о! Серге-е-ей Конс.. шти.. Кистан..тонович!
– радостно завопил он.
– А че вы тут делаете? Вы тут, че, тоже живете?

– Гражданин Осенев! Откройте дверь! В противном случае, в действие вступят подразделения ОМОНА и "Беркута".

– О-о-ох уж эти мне подразделения...
– протянул Димка с тоской, держась за голову.
– Вечно они у вас куда-нибудь или во что-нибудь да вступят... Сейчас открою, уважаемый Сергконстнович...

Дмитрий шагнул с балкона в комнату, по пути опрокинув журнальный столик, громко матерясь сквозь зубы. Проходя мимо коллег, резво опрокидывающих стопки, он подмигнул им, не без удивления отметив, что вместо "Кремлевской", на столе уже красуется изрядно початая "Посольская".

Щелкнули замки на входных дверях... В квартиру весело, с настроением и доброжелательными улыбками, которые не могли скрыть даже маски, тщательно вытирая о половик ноги и вежливо здороваясь с присутствующими, ворвалась штурмовая группа "Беркута". Присутствующие попадали на пол, пораженные обходительностью и вежливостью стражей порядка. Последние услужливо подставляли падающим свою обувь и оружейную экипировку, чтобы те не дай Бог не зашибли почки или ребра. Встреча обеих сторон носила ярко выраженный эмоциональный характер. Но даже среди разнообразия его оттенков не нашлось ни одного, способного в полной мере передать выражение лиц "гостей", когда они не обнаружили среди "хозяев" Гладкова.

– Где?
– подойдя вплотную к Осеневу и буравя его глазами, жестко спросил Шугайло. Судя по его виду, он бы с радостью прижал Димку к своей груди в порыве страсти и не выпускал до тех пор, пока Осенев не испустит дух.
– И не вздумайте мне строить из себя пионера-героя.

– Сергей Константинович, вы шорты носите?

Вопрос, заданный Осеневым начальнику приморского горуправления, заставил всех замереть, затаив дыхание. Об подобном приеме Дмитрию в свое время рассказали знакомые гэрэушники. Если сильно достали, а ты не знаешь, как себя вести, то чтобы перехватить инициативу, надо сбить оппонента совершенно абсурдной фразой.